до волхвов довести и пусть они решают! – прервал его главный волхв тихим, но твёрдым голосом, явно несочетающимся с внешностью глубокого старика.
- Я не разбираюсь в самом колдовстве, но никто и никогда таких чар не видел, а значит наваждение это всё. Дурман он на нас наводил, вот и наказание соразмерное! – снова парировал глава совета.
- Хочешь сказать, что ежели любой знахарь, колдун, ведун или волхв покажет тебе то, чего ты не видел или не понимаешь, то ты его из города выгонишь, лишив всего имущества и наложив виру? – снова спокойно спросил главный волхв, а я убедился, что «вира» означает штраф.
- Нет, ежели это не вредит городу, но тут он явно наводил дурман, чтобы выгородить неумелого знахаря! Как это ещё можно объяснить? – очередная отговорка от главы совета. Он явно не в первый раз на подобном суде и довольно подкован в извращении законов под себя.
- Габриэль, чем ты можешь доказать умелость своего ученика перед всеми присутствующими, дабы этот вопрос больше не поднимался? – спросил главный волхв.
- Если нужно, я могу поставить свою жизнь на кон. – твёрдо ответил я и подошёл к ближайшему дружиннику. – Нанесите мне удар мечом. Я не буду защищаться. Лука, вылечи меня, докажи всем, что ты лучший в лечении! – и я развёл руки в стороны, открывая себя для удара.
- Раз ты готов на это, не смею тебя останавливать. Действуй. – распорядился князь и скорее всего дал знак дружиннику. Тот медленно достал меч и нанёс мне удар, он явно не сдерживался, и оставил глубокий разрез от ключицы до живота. Мне повезло, что кости выдержали удар и что разрез ниже не пошёл, но помимо жуткой боли от самой раны, было ещё и очень паршивое чувство, когда что-то скребёт по твоим костям. Я еле сдержался, чтобы не вскрикнуть от боли, а стоило дружиннику убрать меч, я повернулся к князю и всем остальным. Но я смотрел не на них. Я смотрел на Луку. Я хочу, чтобы он был уверен в себе.
- Лука, покажи, на что ты способен. – попросил я мальчика, стараясь, чтобы голос не дрожал.
- Хорошо. – просто кивнул Лука, перейдя в свой сосредоточенный режим, когда его не волнует ничего, кроме цели. После он махнул рукой в мою сторону и меня окатило водой, которая не намочила ничего. Потом он, поднял руки над головой, зачитал «высшие светлые воды», в его руках собрался видимый поток слегка светящейся воды и Лука направил его в мою сторону. А все увидели, как моя рана затянулась.
- Если вам этого недостаточно, мы можем продолжить. Молодец Лука. – объявил я сначала всем, а потом улыбнулся мальчику. Но он лишь испуганно посмотрел на меня.
- Я считаю, что этого достаточно. Не каждый лекарь, сможет закрыть такую рану так же быстро и так ровно. – согласился главный волхв. – Но решение за тобой, княже.
- Моя рана была серьёзнее, и он не вылечил её до конца! – внезапно прокричал Кривжа.
- Хорошо. Вот, держи, ударь меня по руке! – не выдержал я столь наглого заявления, достал утяжелённый моргенштерн, подготовленный мной для тренировок силы, и весящий около пятнадцати килограммов. Я протянул его рукояткой вперёд глядя этому уроду прямо в глаза. – Или ты не в ответе за свои слова, в отличии от меня?
- Остановитесь! Вы перед князем! Только он решает, кому и что можно! – возмущённо закричал один из бояр.
- А я не против. Если Габриэль так жертвует собой ради своего ученика, значит уверен в его способностях. – остановил боярина явно заинтересованный князь. А Кривжа усмехнувшись схватился за рукоять. Я отпустил навершие, и тот не смог справиться с тяжестью оружия, буквально согнувшись и ударив по полу, едва успев убрать свою ногу. Полу был нанесён неплохой урон, место вокруг падения навершия растрескалось. Как не пытался он поднять эту булаву, у него получилось лишь слегка оторвать её от пола двумя руками. Я не представлял, что этот «почтенный» мужчина настолько размяк.
- Он специально подсунул мне такое оружие, которое кроме колдуна никто не может поднять! – закричал вспотевший Кривжа, тыча в меня дрожащим пальцем.
- Ярополк, подними оружие. – приказал князь. И всё тот же дружинник подошёл и поднял моргенштерн одной рукой. – Теперь ударь по руке мальчика со всей силы. – я выставил руку в бок и приготовился к тому, что мне сейчас её сломают и нанесут рваные раны. Я незаметно использовал «подавление боли», а через пару секунд моргенштерн опустился на мою руку. С громким хрустом локтевая и лучевая кости были сломаны. Они прорвали кожу и мышцы, а кровь обильно полилась на ковры. В моих глазах всё потемнело, не смотря на заклинание, и я не смог сдержать крика боли.
- Габриэль! Не надо! Не мучайте его больше! – закричал Лука и бросился ко мне. Я почувствовал на себе воздействие «исцеляющего потока». Я сел на колени, чтобы Луке было проще. Потом он своими небольшими руками вправил мои кости обратно, а я положил себе в рот тот кляп, который сам использую на операциях. Я почувствовал, как Лука вытащил несколько осколков кости, проверил, всё ли правильно вправил и залечил мою руку «высшими исцеляющими водами». Самым сильным заклинанием исцеления магии духов, которое ему доступно. При этом, каждый десяток секунд Лука отвлекался на использование «подавления боли».
- Спасибо братишка. – поблагодарил я и обнял плачущего мальчика. – Я бы мог продолжать и дальше, княже, да не стоит это слёз моего брата. – сказал я, глядя на князя и главного волхва.
- Княже, я согласен с мальчиком. Мы все убедились, что Лука хороший лекарь. Я считаю, что налицо наговор на честных ведунов, поклёп, вымогательство и незаконное присвоение чужого владения. – сурово объявил главный волхв.
- Хорошо. Есть ли у вас что ещё предъявить этим детям по существу? Или вы ещё какие-то отговорки придумаете? – строго спросил князь.
- Мне нечего больше сказать княже. – ответил глава совета, склонив голову. А Кривжа всё продолжал смотреть на то, как я прижимаю к себе плачущего Луку только что сломанной рукой.
- Тогда вот вам моё решение. Кривжа, ты лишаешься всех своих имений и средств, ты становишься холопом на двадцать лет. Весь текущий совет распущен без возможности снова в
