-И реку, и гору, – ответила Велка, привстав. – Пошли по пути повторения? И Менегрот у вас есть?
-Есть, осведомленная ты наша, – отмахнулась свободной рукой Нора. В конце концов, на соответствии исторической правде настаивал ее собственный отец, вооруженный «Сильмариллионом» издания «Гиль-Эстель». – Только у нас квартира не там, мы с дуба рухнувшие…
-То есть, на мэллорне живете? – вот такой осведомленности во внутренней терминологии поселения Нора не ожидала.
-Ну, живем, – согласилась она. Тем временем чокам резко пошел на снижение.
-Предупреждать надо! – Велка чуть не потеряла равновесие. Но это уже не было страшным: орел красиво завис над вершиной одного из деревьев. Нора, опять-таки без предупреждения, спрыгнула вниз. Велка мысленно сплюнула и последовала ее примеру.
-Чуть не промазала, – сказала Нора, отпуская подругу. Они стояли на тщательно замаскированной ветками небольшой площадке. От нее вниз вдоль ствола шла винтовая лестница. – Следующий этаж – моя комната. Пошли, только если тебя замутит, просьба чистоту не нарушать. У папы бзик на этой почве, поддерживает мое отношение к миру. Правоверный…
-Нора, ты дома? – послышалось снизу. – Извини, не успел прибрать твою свалку, ко мне друг приехал…
-Папа, я тоже не одна, – прокричала Нора. – Кстати, а что за друзья у тебя появились?
-Объект, ненавидимый меньше, чем твоя мама! – голос прозвучал на той же высоте. – Спускайся немедленно!
-О, заговорил как хейтер, – Нора быстро спустилась по лестнице. За ней сбежала Велка. В комнате царил Хаос в первозданном его виде. Во всяком случае, так показалось сенгарийке. В центре хаоса стоял рыжий, как Контер, и злой, как черт, мужчина с хвостиком. Вид Веледы Сенгарри оставил его полностью равнодушным.
-Нора, к тебе зайти невозможно, – сквозь зубы процедил он. – Мне стыдно перед демоном, который привел тебя в организацию!
-Папа, Пейнджел у нас? – радостно закричала Нора. – Мне нужно с ним поговорить, срочно! Это серьезно!
-Сначала уберешь в комнате, – Евгений Лойе очень строго следовал кодексу хейтеров, который читал трижды.
-Это касается его сына, – Велка знала, что такое упертый хейтер. Сама такая. – Он вас убьет, если не узнает этого вовремя.
Нора изумленно посмотрела на подругу. Неужели Велка, которая всерьез считала любой мир помойкой, всех демонов – гадами, а все звезды – долбанными фонарями, приходит ей на помощь? Или это очередное поползновение в сторону Рингила? Нора нахмурилась, но подумала, что ушастика лучше сначала спасти, а уже потом делить.
-Что с ним? – из аналогичной потолочной дырки в полу в центре комнаты показалась голова с острыми ушами и ярко-красными волосами. Нора сразу узнала Пейнджела, по жене Джайниса, достаточно известного вербовщика.
-Нелимитированные, – коротко ответила Нора. – Снова.
-За что мне все это, – простонала голова и снова скрылась. Нора бросилась вниз.
Прямо под Нориной комнатой располагалось нечто вроде гостиной, благо размер позволял размесить на данном ярусе дома больше одной комнаты. Стены были увешаны работами Евгения Лойе, в основном изображениями купающихся эльфиек. За эти картины художнику часто попадало от жены, что позволяло поддерживать нормальную атмосферу в хейтерской семье. Кроме того, помещение исполняло обязанности библиотеки. Там стоял книжный шкаф, нижнюю полку которого занимало мусорное ведро, полное книг, и маломощный семейный компьютер, подключенный к автономному источнику питания. На стул, стоявший у компьютерного стола, со стоном шмякнулся отец демона, с которым Нора уже собиралась общаться серьезно. От уже виденного Норой Элара он отличался только формой одежды (надетой поверх майки с изображением какой-то зверюги косухой).
-Нет, ну вот за что мне это? – повторил он свою жалобу, только на сей раз с вопросительной интонацией. – Все сами решают, когда заниматься поддержкой своего отношения к жизни, а вот за меня этим все, кому не лень, занимаются! Начиная с моей же семьи… Он там хоть живой?
-Так уж им и надо его убивать, – ответила Нора. – А самому ему еще рано, я знаю.
-Я отдохнуть хотел, – сквозь зубы пожаловался Пейнджел. – Ну почему я тогда у непредельщиков не остался? Ведь мог бы, жил бы сейчас в качестве подопытной крысы, все легче…
-Если не создавать себе трудностей, их создаст жизнь, – процитировала кодекс Велка, перевесившись через перила.
-Мне достаточно тех, что у меня уже были, – ответил ей Пейнджел, но Нора не позволила увести беседу в сторону.
-Так его там оставлять или нет? Раз в качестве крысы жить легче?
-Вот выродки, – охарактеризовал Нору и Велку Пейнджел. Дети-хейтеры в последнее время просто выводили его из себя, свои в том числе. Но было слишком поздно влиять на отпрысков и объяснять им, что он думает насчет их идеи последовать примеру отца. Алара, по крайней мере, собиралась в качестве исключения приносить пользу обществу, но возможность самопожертвования такого плана, предписанная кодексом, была, к сожалению, не единственной. И Рингил выбрал другую дорогу… Вот чего от сына никак не ожидалось. А ведь сам Пейнджел и открыл демонам, ненавидящим свою жизнь во всех ее проявлениях, дорогу к наконец-то необратимой смерти. Это и так было достаточной платой за спокойную жизнь вне ограничений кодекса, только вот выведенный в этом труде закон воздаяния за малейшую радость жизни никто не отменил. И уже почти решившийся на окончательный разрыв с хейтерами Пейнджел был вынужден остаться. Ради Наоми, ради Алары, ради Рингила… правда, дети никогда бы не оценили должным образом, чего ему стоит каждый их шаг по дороге ненависти к миру. Ему самому, чтобы понять, какой, в сущности, чушью является вся эта мура с ненавистью и необходимостью ее постоянной поддержки, пришлось на время стать человеком. Не физически, конечно, но для сознания это куда большее испытание, чем для тела. Это произошло около девяти лет назад. – Это мне легче, а не ему, – тем временем сказал он вслух. Зачем девчонкам знать историю его жизни? Как пристроивший наконец спихнутую на него доченьку в «Путь истинного Света» хейтер решил развеяться и случайно влез в один из локальных конфликтов на стороне людей… Как его в этом конфликте зацепило выстрелом из неизвестно как попавшего в руки смертных излучателя… Как он память потерял и как эти самые смертные его посчитали одним из своих… Как его вместе с ними загребли непредельщики, выяснили, что он демон и обрадовались по уши… Как Наоми ему сбежать помогла… Действительно, зачем им это рассказывать? Для них Наоми – изобретательница способа ухода из жизни, а он сам – официально зарегистрированный вербовщик новых хейтеров… Вот уж чем не хотелось никогда заниматься, только вот особого выбора не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
