Мне не нравится то, что происходит сейчас. Это ужасная тишина… она угнетает и сводит с ума.
Не думала, что когда-то скажу это снова, но мне не хватает Алекса и я, чёрт возьми, за него беспокоюсь.
Наконец, я решаюсь. Складываю в стопку все разбросанные по столу папки с делами и убираю их в сейф. Выхожу из своего кабинета и быстро поднимаюсь по лестнице на два этажа выше. Я знаю, что здесь сейчас работает команда Алекса.
Подхожу к первому кабинету и, пока я читаю надпись на нём, соседняя дверь открывается, и из неё выходит помятый и взъерошенный помощник Алекса.
- Борис! – быстро направляюсь к нему, - здравствуйте.
Мужчина переводит на меня абсолютно пустой взгляд, кажется, что мыслями он совершенно не здесь сейчас, но через пару мгновений его взгляд становится всё более и более осознанным, и, наконец, он узнаёт меня.
- Карина!
- Точно, - улыбаюсь ему, но в душе поганое предчувствие так и точит меня, - Борис, я уже долгое время не могу связаться с Алексом, - замечаю, как хмурится мужчина при этих словах, и на его лицо будто падает тень, - Вы не могли бы помочь мне… - каждое следующее слово произношу всё тише и тише, понимая, что ничего хорошего сейчас не услышу.
- Карина… могу я так обращаться к Вам?
- Конечно.
- Алекс… он пропал.
Молчу, а моё сердце молотит в груди и жжёт меня изнутри… жжёт… жжёт…
- Самолёт, на котором он с братом летел, взорвался.
Сердце стремглав ухает вниз, мои ноги подгибаются, и я пошатываюсь, но Борис меня успевает поймать. Он прижимает меня к себе и всматривается в мои наполняющиеся слезами глазами, вздыхает.
- Андрей! – зовёт он кого-то, а я продолжаю молча стоять, и лишь горячие слёзы стекают по моим похолодевшим щекам, - проводи Карину в мой кабинет и присмотри… чаю дай сладкого.
- Сделаю.
Кажется, Борис передаёт меня из рук в руки кому-то ещё, я почти не чувствую этого, лишь улавливаю чужие холодные руки на себе.
- Карина, мне жаль… правда, очень жаль, что всё вот так, - он на мгновение замолкает, а потом уже увереннее продолжает, - сейчас я вынужден Вас оставить… мы вылетаем на розыски Але…
И тут что-то толкает меня изнутри. Я резко выпутываюсь из мужских удерживающих меня рук и почти кричу:
- Я полечу с вами!
Глава 71
Кари
Борис против, ему категорически не нравится моё требование. Очевидно, мужчина ещё чувствует вину перед Алексом за то, что не смог защитить Юлю от Орхана, и сейчас пока его командира нет рядом, мужчина хочет защитить нас, оградить от любой опасности до возвращения Алекса.
Но времени на долгие препирательства у нас нет, поэтому Борису приходится хоть и нехотя, но согласиться на моё право лететь вместе с группой Алекса.
Иду за мужчинами и облегчённо выдыхаю, хотя обжигающее внутренности отчаяние разъедает меня.
Через несколько часов нас доставляют на место крушения.
Внимательным взглядом пожираю укрытое снегом пространство, сердце гулко бьётся где-то в горле, разгоняя отравленную ужасом холодную кровь по моим венам.
Сильный ветер разносит по полю отвратительный запах гари. Недалеко от нас, у самой кромки леса видны искорёженные обломки самолёта. Огонь уже почти потух, но жёлтое пламя ещё облизывает погнутые края когда-то белоснежного фюзеляжа, и чёрный дым ядовитым облаком разлетается над полем.
Кутаюсь в ворот длинного пуховика, закрываю нос и щёки от ледяного ветра, и пытаюсь усмирить бешеную пульсацию крови.
Холодная и ясная голова тебе нужна, Кари!
Соберись!
- Мы поделили территорию на квадраты, - громко начинает Борис, - у каждого из Вас есть карта с помеченным участком, который Вы будете обследовать, запомните его, - он обводит всю группу внимательным хмурым взглядом, - дальше идём Волками, и да прибудет с нами удача!
Дрожащими пальцами начинаю расстёгивать пуховик, но руки не слушаются.
Сердце отчаянно бьётся в груди, больно ударяясь о рёбра.
Закрываю на несколько мгновений глаза и глубоко вдыхаю холодный воздух. Едкая гарь обжигает лёгкие, и я закашливаюсь.
- Карина, как ты? – Борис осторожно обхватывает своими ладонями мои предплечья, - можешь остаться здесь.
Резко открываю глаза и сталкиваюсь с пронзительным взглядом мужчины.
- Нет, - мотаю головой, - я пойду с вами.
Несколько секунд Борис вглядывается в моё лицо, оценивая моё реальное состояние, а потом отпускает меня.
- Хорошо, но прошу тебя, сосредоточься.
Молча кивая, давая понять, что я в порядке и всё поняла.
Борис отходит и начинает резко скидывать с себя одежду. Видно, что он очень торопится. Я понимаю его – они с Алексом друзья.
Когда он расстёгивает брюки, я отворачиваюсь.
Руки ещё подрагивают, глаза слезятся от едкого дыма.
Злюсь на себя.
Чёрт возьми, соберись Карина!
Снимаю шапку и откидываю её. Резко дёргаю металлическую собачку вниз, выдирая из пластмассовой молнии несколько зубчиков, отбрасываю пуховик в сторону. Быстро избавляюсь от брюк и тонкой шёлковой блузки.
Ледяной ветер тонкими иглами впивается в кожу. Недавно зажившие шрамы ноют, но внутри меня тревога за Алекса и отчаянная решимость найти его смешиваются в убойный жаркий коктейль.
Кровь бурлит от адреналина, мышцы болезненно напрягаются, горячие угольки рассыпаются по моей обнажённой коже.
Волчица подходит всё ближе. Она водит носом, поднимая вверх чёрную морду, принюхивается, ищет запах… его запах… Лея среди тысячи ароматов леса, гари и снега ищет один единственный аромат – аромат своего Волка.
Громкий вой раздаётся впереди, и мои глаза вспыхивают желтизной, а через мгновение на замёрзшей земле, укрытой снегом, стоит моя Чёрная Волчица.
Огромное сердце Леи тревожно стучит в груди. Она не чувствует запаха своего Волка.
Звериные глаза внимательно смотрят, как небольшая стая Волков уходит в лес, но Лея не торопится. Она взывает к нашей с Алексом связи, стараясь уловить хотя бы небольшой отклик со стороны своей пары.
Мы видим, как Волки быстро рассредоточиваются по территории и уходят в лес, но наши с Волчицей сердца тянут нас в немного в другую сторону, и мы прислушиваемся к ним – уходим восточнее обозначенной картой площади.
Лея шумно дышит, она быстро бежит к высоким заснеженным елям и, глубоко вдохнув воздух, скрывается среди них.
Лес в этом месте оказывается очень густым. Волчице приходится пробираться между заснеженными еловыми лапами, а иногда и проползать на брюхе под ними.
Здесь очень темно и почти не видно солнца, зато ядовитого запаха
