Эти результаты резонируют с историей Пифагора и несколькими эпизодами Южного Парка, привлекавшими силу музыки для изменения поведения людей. В эпизоде «Сдохни, хиппи, сдохни», когда Южный Парк наводнили тысячи хиппи, собравшиеся на фестиваль музыки, единственным способом разогнать толпу — оказалась музыка. «Мы используем силу рок-н-ролла, чтобы изменить мир», сказал один хиппи. Но, в ответ, Картман использовал даже более сильную музыку — Death-метал. Убедив город, что хиппи — это отстой, группа горожан построила машину, чтобы просверлить массы хиппи и достичь центра толпы. Как только они сделали это, из динамиков полился «Кровавый дождь» Slayer^, и хиппи мгновенно исчезли, а город был спасен. Достаточно странно, что эпизод начинается с буквального намека на распыление «инсектицида», поскольку Картман, словно борец с насекомыми, перерывает дома поисках хиппи, спрятавшихся на чердаке и в стенах.
Другой пример музыкального распыления происходит в эпизоде «Два голых парня в горячей ванне». Во время оргии взрослые привлекают внимание Бюро по контролю за продажами алкоголя, сигарет и оружия, члены которого полагают, что все гости — члены секты самоубийц. Чтобы прекратить вечеринку, федералы включают «Ты веришь в любовь?» Шер, через гигантские динамики. Как выразился один из бойцов спецназа: «Никто не сможет выдержать много Шер. Это — ее новый альбом. Если это не сможет выкурить их, то ничто не сможет». Удивительно, но достаточно опьяненные гости высоко оценили эту музыку.
Южный Парк показывает, что музыка оказывает различные эффекты на людей. Различие между музыкой и шумом не столь уж ясно, как это могло бы казаться. Музыка Шер подходит для того, чтобы пить (как Ионическая), в то время как музыка Slayer — для войны (как Дорическая Платона). Но в Южном Парке нет никакого непосредственного отображения эффектов. Для Платона эффект музыки был всеобщим: Лидийская, например, оказывала одинаковое влияние на всех. Это — невыполнимо сегодня, и потому не представлено в Южном Парке: Шер и Slayer работают по-разному, в различном окружении и с различными зрителями.
Музыка может также оказывать прямые физиологические эффекты. В эпизоде «Всемирный флейтовый концерт» Картман обнаруживает «коричневую ноту», звук, который заставляет кишку расслабляться, расположенный «на 92 октавы ниже самого низкого Ми-бемоль». Картман изменяет ноты, чтобы все могли услышать ее. Когда оркестр из четырех миллионов детей играет ее — последствия глобальны. К сожалению, такая низкая нота не может быть воспроизведена динамиками, даже сабвуферами. Но история указывает на связь между волшебством в музыке и физикой в физиологии. Есть кое-что правдоподобное в понятии резонирования звуковых волн и вмешательстве резонанса в автономную часть нервной системы.
Платонова музыка для движения душиПлатон делит душу на три части: a) аппетитная часть, где мы можем найти основы большинства наших иррациональных эмоций и чувств; б) духовная часть, которая дает нам заряд энергии и, как предполагается, помогает в ситуациях, когда мы должны быть храбрыми, моральными или рациональными; и в) рациональная часть, где мы находим самые сложные вопросы, и которая, предположительно, направляет духовную часть, управляя аппетитной — подобно вознице, что направляет и управляет колесницей (Республика, Книга 4). Музыка-инсектицид и «коричневый шум» — оба звука «резонируют с» аппетитной частью человеческой души по Платону. В этих случаях музыка непосредственно затрагивает тело.
Музыка также может воздействовать непосредственно на духовную часть души. В «Доисторическом ледяном человеке» хит группы Ace of Base «Все, что она хочет», включают специально для «Ледяного человека» Стива, который был заморожен во льду в течение двух лет и был помещен в среду обитания со знакомыми культурными элементами. Как в колыбельной, успокаивающей ребенка, Стив нуждался в знакомой музыке своего времени, 1996-го года, чтобы нормально себя чувствовать. В эпизоде «Суккуб» Шеф влюбился в Веронику, женщину, которая привлекла его пением «Следующего утра», песни награжденной призом киноакадемии, ставшей известной в 1972-м, благодаря фильму «Приключения Посейдона». Мальчики полагают, что Вероника пытается украсть у них Шефа, а мр. Гаррисон говорит им, что она — суккуб, демон женского пола, который обольщает мужчин. Они находят определение в старом словаре: «Суккуб очаровывает жертву жуткой (истинно так) мелодией. Это — сила суккуба. Только проигрывание этой мелодии задом-наперед может победить суккуба». Во время свадьбы Шефа и Вероники, мальчики исполняют песню наоборот, и она открывает свое истинное дьявольское обличье, прежде чем быть уничтоженной музыкой. Одна только музыка может снять заклятие, единственный способ сломать его — полностью изменить порядок нот. Это кажется достаточно логичным; буквальное переворачивание заклятья таким же образом изменило бы чары.
Для Платона, тем временем, это была третья часть души, рациональная, самая важная. «Когда кто-то говорит, что музыка должна оцениваться удовольствием, его учение нельзя допускать», Платон утверждал: «и если там есть любая музыка, критерий которой — удовольствие, такая музыка не должна сочиняться или иметь реальное превосходство над другой музыкой, которая является источником пользы». Чтобы судить что хорошо, что плохо, мы должны рассмотреть эстетическую ценность рационально.
Некоторая музыка — просто плоха, как ни крути. Платон полагал, что должен быть способ отделить хорошую музыку от плохой до рассмотрения последовательности отдельных частей музыкальной работы.
Поэт, когда садится на треножник Музы, уже не находится в здравом рассудке, но дает изливаться своему наитию, словно источнику. А так как искусство его — подражание, то он принужден изображать людей, противоположно настроенных, и в силу этого вынужден нередко противоречить самому себе, не ведая, что из сказанного истинно, а что нет. (Законы, Книга 4)
На Симпозиуме он добавил: «Вы не можете находиться в гармонии с тем, с чем Вы не соглашаетесь». Хотя мы не можем сказать, какую музыку считали хорошей во времена Платона, его аргумент имеет смысл и сегодня. Пусть мы, возможно, не в состоянии точно определить проблему со специфической частью музыки, у всех нас есть сильное чувство, что нечто — не является правильным.
В проекте 1997-го года, названном «Народная Музыка», Солджер и Комар & Меламид продемонстрировали, на что будет походить неправильная музыкальная работа. Они провели опрос в Интернете, где приблизительно 500 посетителей ответили на вопросы относительно музыкальных жанров, инструментов и структуры. Они использовали результаты обзора, чтобы сочинить музыку и стихи для «Наиболее востребованной» и «нежелаемой большинством» песни. «Нежелаемой большинством» стала 25-минутная композиция, которая сочетала множество стилей и тонов: оперный сопрано-рэп и детское пение, с рекламными джинглами невпопад. Немногие, если таковые вообще есть, слушатели найдут, что-нибудь ценное в этой музыке. Ее проблема — смесь несовместимых элементов, так же, как описывал Платон. Инструменты также важны, поскольку, как показывает исследование, наименее популярные, основываясь на результате опроса: аккордеон и волынка. Действительно, легче сделать плохую музыку, чем хорошую.
В Южном Парке нет таких ужасающих музыкальных тем, но, тем не менее, дихотомия между плохой и хорошей музыкой выражена достаточно ясно. В Южном Парке хорошая музыка служит тем же самым функциям, что и у древних греков: она обучает, повышает нравы и, иногда, используется, чтобы направлять людей — отсылать к тому, что хорошая музыка должна быть подлинной. Сериал жестко противостоит некоторым известным артистам, у которых, кажется, нет никаких оправданий. У плохой музыки нет никакой ценности в Южном Парке. Хорошая музыка должна быть когерентной и должна следовать определенными эстетическими критериями, установленным в мире искусства.
Что касается греков, музыка — часть образования; но музыка всегда — рутина в официальной образовательной системе начальной школы Южного Парка. Помните школьный оркестр во время празднования четвертого июля из эпизода «Лето — отстой»? Учеников ведь насильно заставили выступать, без всякого вознаграждения. С другой стороны, музыка является творчеством и приносит радость за пределами школы и является очень благодатной для детей. Истинный дух музыки не проникает через академические действия. Истинный художник работает на себя, а истинное мастерство не может преподаваться. Следовательно, истинного художника считают гением, постоянным понятием в эстетике, еще с эры древнего Рима. Гаражная группа, такая как «Тимми и властелины подземелий» превосходит школьный оркестр (даже состоящий из четырех миллионов артистов).
