на хозяина, кивнул и поспешил удалиться выполнять приказ.
* * *
Я сидел в кресле и с улыбкой смотрел на Настю, которая нетерпеливо ёрзала рядом, не понимая, что происходит.
– Теодор, – сказала она наконец, не выдержав. – Скажи честно, ты ведь уже давно мог бы разделаться с Ивановым, если бы захотел. Я права?
– Разделаться? – я усмехнулся и пожал плечами. – Мне это не нужно. Быстрая победа вызовет слишком много вопросов. А я хочу, чтобы все думали, что мне просто повезло.
На самом деле, Анастасия была права. Я действительно мог бы уже давно покончить с Ивановым, но это не входило в мои планы. Дело в том, что я не собирался раскрывать свои истинные способности. Для окружающего мира наше открытое противостояние должно было выглядеть максимально правдоподобно. Я – молодой аристократ, который ещё не набрал достаточно силы, не создал надёжный тыл. Мои люди, хоть и профессионалы, но их слишком мало. И я действительно не хотел рисковать их жизнями в открытой войне.
Пока Иванов не воспринимает меня всерьёз, он будет действовать «по понятиям», чтобы сохранить свою репутацию. И атаковать в полную силу не посмеет. Но, в то же время, я понимал, что хожу по тонкому льду. Одно дело – атаковать мою усадьбу. И совсем другое – лавку. Если Иванов решится на неё напасть… Мысль об этом заставляла меня нервничать. Пока шли боевые действия, я не мог быть в нескольких местах одновременно.
Звонок Семёна Семёновича ещё больше распалил моё недовольство – несмотря на войну, в лавке постоянно появлялись новые клиенты с интересными и, что немаловажно, дорогими заказами. А ещё я понимал, что, если всё будет идти такими темпами, то вторую казарму я буду достраивать ещё очень долго.
«Значит, – подумал я, потирая подбородок, – нужно подтолкнуть Иванова к более решительным действиям. И я знаю, как это сделать».
Я вышел из комнаты, спустился в подвал, и через несколько минут вернулся, бережно неся в руках небольшую песочную фигурку.
– Это ещё что такое? – Борис с неподдельным удивлением уставился на мою новую «игрушку».
– Это – песчаный голем, – пояснил я, поглаживая фигурку. – Он доставит Иванову небольшое послание.
Я подошёл к Скале, который как раз осматривал трофейное оружие, разложенное на столе.
– Дядь Кирь, – сказал я, понизив голос, – у тебя случайно не завалялось… гхм… лишней гранаты?
– Гранаты? – Скала рассмеялся, его глаза заблестели азартом. – Конечно, остались! Тебе какую? Противопехотную, противотанковую, или… – он понизил голос до шёпота, – с особым сюрпризом?
– Давай с сюрпризом, – кивнул я. – Такую, которая сможет напугать нашего любимого соседа до чёртиков.
Я передал ему фигурку, и Скала, хитро улыбнувшись, кивнул и вышел из комнаты. Уже через несколько минут он вернулся, осторожно неся преображённого голема. Теперь в песчаном теле фигурки находился взрывоопасный груз.
– Готово! – сказал Скала.
Я активировал голема, и тот, повинуясь моей воле, отправился в путешествие. Закрыв глаза, я сконцентрировался на своей силе, чтобы отследить его передвижения. В моём сознании возникла карта подземелий и особняка Иванова.
Голем быстро прошёл через запутанный подземный лабиринт. Незаметно для всех он пробрался в обесточенное имение Иванова, бесшумно скользя по коридорам и лестницам. Наконец, преодолев последнее препятствие в виде охранников, голем добрался до спальни герцога.
Вскоре раздался оглушительный взрыв, который был слышен даже из нашей усадьбы. Я выглянул в окно и невольно вздрогнул от увиденного. Часть стены, где располагалась спальня герцога, обрушилась, обнажив внутренности комнаты. Из зияющей дыры валил густой дым, поднимаясь к небу чёрным столбом.
– Дядь Кирь, – позвал я, – я забыл спросить… гхм… а что необычного было в той гранате?
Глава 19
Имение герцога Иванова
Город Вадуц, княжество Лихтенштейн
Герцог Иванов, измученный тревогами бессонной ночи, наконец-то приготовился ко сну. Обычно перед сном он выпивал дежурные пятьдесят грамм коньяка, но в последнее время эта доза постоянно увеличивалась, быстро дойдя до ста грамм. А сегодня он и вовсе решил выпить все сто пятьдесят.
Тяжёлое, свинцовое чувство бессилия навалилось на Сергея Никифоровича. Он устало откинулся на подушки, пытаясь найти хоть какое-то подобие комфорта. Вот до чего он докатился! Герцог Иванов, привыкший к роскоши, к власти, к тому, что его желания исполняются по первому щелчку пальцев, теперь сидел в тихой комнате, глотая коньяк, как воду, и проклинал тот день, когда этот выскочка Вавилонский появился в его жизни.
Сто пятьдесят грамм обжигающей жидкости, казалось, ничуть не согревали. Скорее, наоборот – обжигали горло, оставляя после себя горькое послевкусие. А ведь он, Иванов, всегда был ценителем хороших напитков! Предпочитал смаковать, наслаждаться каждым глотком, а не глушить, как какой-то забулдыга!
И всё из-за этого молокососа! Вавилонский-младший… Этот сопляк умудрился перевернуть его тщательно выстроенный, налаженный годами мир с ног на голову!
Со временем гвардейцы Иванова поняли фишку – откуда стрелял противник по их снайперам. Оказывается, в усадьбе Вавилонского были так называемые «ложные стены». Его бойцы обнаружили, что в некоторых частях усадьбы стен, по факту, не было. Там стояли каменные щиты, за которыми располагались снайперы. Они даже попытались их пробить, используя противотанковые ружья с артефактами пробоя. В итоге часть ложных стен была разрушена, но это всё равно не принесло особого вреда самой усадьбе.
Иванов хмурился, вспоминая доклады своих людей. Понятно, что Вавилонский использовал какую-то особую, невероятно прочную артефактную защиту. Но откуда у него такое могло быть? Ведь, насколько знал герцог, даже у самого князя Лихтенштейна не было ничего подобного!
Мысль о том, что этот парень переигрывает его по всем фронтам, вызывала у Иванова настоящую ярость. Но он упрямо не хотел признавать своё поражение.
«Я всё равно его уничтожу, – думал Иванов, сжимая кулаки, – и заберу себе всё, что ему принадлежит!»
Взгляд Иванова невольно упал на разбитую вазу, осколки которой, словно острые зубы хищника, валялись на полу. Очередной «подарок» от Вавилонского. С тех пор, как началась эта чёртова война, в его доме ни часа не проходило без разрушений. Многие окна выбиты, стены иссечены осколками, гараж наполовину разрушен…
Лазарет был переполнен ранеными. Хоть его люди и хвастались победами, докладывали, что уничтожили десятки врагов, но Иванов понимал – что-то в этом уравнении не сходится. Ведь у этого недоноска, по его данным, просто не могло быть столько бойцов!
«Неужели он – имперский агент?», – мелькнула в голове Иванова неприятная мысль.
Иначе как объяснить, что к Вавилонскому, словно мухи на мёд, слетаются такие сильные Одарённые? Да, он читал досье на этих
