Читаем без скачивания Чисто альпийское убийство, или Олигархи тоже смертны - Ирина Пушкарева

Из-под белоснежной рубахи игриво выглядывали широкие кружевные резинки стильных чулок на подвязках, хотя на такие стройные ноги можно было ничего и не надевать. И вся эта элегантная красотища плавно передвигалась на высоченных, до истерики красивых каблуках.

– Ёрш твою качель… – выдохнул эмоциональный Женька.

А Элка на подобные проявления чувств даже обижаться не стала, а честно себе призналась, что Ритка была чудо как хороша.

Но то, что принялась вытворять эта полуголая стерва, вообще сбило всех с толку.

– Эл, извини меня, пожалуйста, – тоном юной отличницы молвила неземная красота, невинно глядя на свою обидчицу. – Со мной иногда такое бывает… Не сдержалась, разнервничалась.

И вот что прикажете ей в ответ говорить?

Будь у Ёлки время подумать, она бы, наверное, сделала снисходительно-добродушное лицо и приняла извинения. Но, так как подумать не получилось, дочь министра растерялась, захлопала ресницами и промычала нечто невразумительное:

– Это ты меня извини. Такое платье тебе испортила. Неловко как-то получилось.

Похоже, именно на такую реакцию хитрая Ритка и рассчитывала. Благосклонно выслушав Элкино блеяние, она ласково улыбнулась, поправила чуть сползший чулок и великодушно предложила:

– Давай забудем все обиды и сядем за стол переговоров. Надеюсь, из случившегося мы обе сделаем правильные выводы.

Что именно она считала правильным, Ритка уточнять не стала. Она села за стол, сама наполнила свою рюмку и, взяв посудину за короткую хрустальную ножку, протянула ее собеседнице:

– За взаимопонимание?

Сашка ловко вставил в Элкину руку бокал с коктейлем.

– За него! – зеркально улыбаясь, ответила Ёлка.

Дзынь!

Ритуля вкатила в себя водочку как воду – даже не поморщившись.

Несмотря на то что шустрый Сашка успел плеснуть в Элкин бокал немного колы, ром все равно пошел куда как менее легко и физиономию Элки перекосило. Впрочем, она все же смогла с собой справиться и заглотила спиртное.

– Итак, на чем мы остановились?

Твою мать, и где только эта зараза научилась говорить таким всепонимающим материнским тоном? Не иначе, как у своего психотерапевта нахваталась.

– На том, что вы с Валеркой так и не развелись. Потому что твоему папе это было невыгодно.

А потом твой муж погиб при странных обстоятельствах, – столь же участливо отвечала молодой вдове Ёлка.

А вот так вот – мы, конечно, психоаналитиков не посещаем, но разговаривать в предложенной манере обучены. Ясно?

И своего Элка добилась. Ритка не выдержала. Сорвалась.

– Чего ты хочешь? – начала она заводиться.

– Ничего. Честное слово, – спокойно ответила Ёлка. – Как в зарубежных фильмах – просто хочу поговорить. С Валеркой ты сама разобралась? Хотя о чем это я… Зачем тебе маникюр портить, у тебя для таких грязных дел пацанчики имеются. – Элка указала взглядом на зло сверкающих глазами Риткиных телохранителей. – Хотя, может, и сама. Вы, эмоциональные женщины, в порыве гнева иногда такие глупости творите. Кстати, про иностранные фильмы! Как там у них говорят? «Где вы находились в момент убийства?» Так вроде? Точно, так. И еще иногда добавляют: «И кто может это подтвердить?» Давай ролевые игры устроим, а? Сделаем вид, что мы в американской киношке снимаемся. Позадаем друг другу идиотские вопросы и будем честно на них отвечать.

– Что за глупости ты говоришь!

Похоже, Риткино терпение лопнуло. Глядя в ее глубокие глаза, Элка поняла, что еще немного, и придется за следующую бутылку с газировкой хвататься.

– Почему глупости? Согласись, все логично. Объясни, пожалуйста, почему вы за столько лет так и не развелись?

Самое-то интересное – Ритка держалась из последних сил, чтобы не сорваться, но на вопросы почему-то отвечала. Хотя с ее стороны было бы гораздо логичней послать собеседницу в пень и прекратить эту непонятную игру в дурацкие вопросы.

– Тебе же популярно объяснили! Твой телохранитель прав: отец действительно после свадьбы перекинул на Валерку значительные активы, какие именно – я не знаю, никогда в их мужские дела не лезла. И наш развод папе был совершенно не нужен. Мне, между прочим, от родного папаши тогда тоже порядком досталось!

Николай Семеныч, беспардонно вмешавшись в разговор, пожал плечами:

– А разве нельзя было просто у бывшего зятя эти самые активы обратно забрать? Я уверен, что Валерка какие угодно бумаги подписал бы, только чтобы тебя не видеть. Да и не жадным он парнем был, вряд ли бы ему в голову пришло за счет переписанного на его имя богатства поживиться.

– Он и не сопротивлялся, – хмуро пробурчала Ритка, глядя в пустую рюмку. – Валерка действительно был порядочным человеком, ему папашины деньги не были нужны. А не развелись, потому что отец запретил. Просто наорал на нас обоих, пообещал головы поотрывать и навсегда закрыл эту тему. Вы себе представить не можете, что такое против моего папочки идти…

Элка, в силу своего довольно свободного воспитания, подобных вещей просто не понимала.

– Средневековье какое-то… Ну не может же один человек запретить что-то делать другим людям!

– Может. Еще как может. – вздохнула Ритка и помахала перед собой рюмкой.

Вова-два тут же схватил со стола бутылку и ровненько, по края, заполнил посуду.

– Тяжело вам, обеспеченным девушкам. А если бы ты влюбилась и опять замуж собралась? Что тогда делать?

Шустрый Женька налил всем остальным, выбрал с большого блюда канапе посимпатичней и протянул его Ритке:

– Тяпнем?

– А ничего не делать. – Молодая вдова так тяжело вздохнула, что даже Элку проняло.

Ритка выпила, шумно занюхала это дело предложенным бутербродом и продолжила:

– Я же влюбилась. И замуж собралась. А папаша мне даже думать о новом браке запретил. Знаете как орал! Ни на какие уговоры не поддавался, вообще меня слушать не хотел. «Я вас обоих поубиваю, если вы разводиться соберетесь!» – орал. А я по-настоящему влюбилась…

У-у-у, похоже девушка наклюкалась… Рассказывая о своей несчастной влюбленности и невозможности связать судьбу с очередным избранником, она захлюпала носом и даже собралась разрыдаться.

Только этого нам не хватало. Она и трезвая-то невменяема, а что будет, если ей за воротник лишний грамм упадет? Даже представить страшно.

– Саша…

Решив, что кувыркаться с пьяненькой Маргаритой ей вовсе не хочется, Элка показала глазами сначала на Ритку, потом на барную стойку.

Телохранитель понял все правильно – только сделал по-своему.

– Чего стоишь, как пи´нгвин? – Терминатор довольно грубо ткнул локтем добермана. – Сгоняй за кофе.

Вот ведь люди тяжелые на мыслительные процессы бывают – у этого тупенького лакея все со скрипящими паузами получается.

– Идешь сейчас к барной стойке. Понял?

Доберман подумал. Кивнул.

– Говоришь бармену…

Опять подумал. Опять кивнул.

– Кофе. Крепкий. Двойной. Запомнил?

Ага, задача сложная, слов много. На эту операцию мозг Ритулиного телохранителя потратил около минуты.

– Вперед! – дождавшись визуальной реакции на свои слова, скомандовал Сашка.

Доберман рысью поскакал в указанном направлении.

– Извини, Ритусик, но все на тебе сходится. Один, буквально, в один. Мало того, что ты Лерке жизнь постоянно портила, так, получается, в последнее время живым он тебе совсем мешал. Ты долго думала, прежде чем решилась мужа убить?

Хороший крепкий кофе подействовал почти моментально. Пьяненький женский организм встрепенулся и начал оживать.

И, как следствие, адекватно реагировать на окружающую действительность.

Если человеческим языком говорить – испив полчашки кофе, вдова несколько протрезвела и смогла отвечать на вопросы. Вернее, реагировать на наезды министерской дочери.

– Эл, ну ты опять пургу несешь. Как он мог мне помешать?

Ритка сидела, пригорюнясь, тонким пальчиком накручивая выбившийся из прически локон.

– Если следовать твоей логике, то мне скорее от папы надо было избавляться. И вопрос с разводом и последующим замужеством автоматически решается, и наследство о-го-го какое получила бы.

Логично, конечно, но…

– Отца родного убить далеко не каждый способен, вам тут не Украина времен Тараса Бульбы. Опять же папина смерть в криминальном мире может много шума наделать, а то, что беспокоить серьезных людей не надо, даже ты понимать должна. Но вот если ненавистного мужа на тот свет отправить, то, во-первых, долгожданная свобода, а во-вторых, как ни странно, достойное наследство. Сама же призналась, что на Валерку имущество и активы были оформлены, теперь по закону это все только тебе принадлежит, да и сам Лерка за свою недолгую жизнь наверняка что-то заработать успел. У парня никого из родственников не было – теперь все тебе отойдет. Так что ты у нас нынче и богатая и свободная.

Ритка безразлично пожала плечами:

– Звучит логично.

– А то! Скажи мне, пожалуйста, неужели ты не понимаешь, что Валеркины друзья тебе этого не простят? Они же рано или поздно доберутся до твоей изящной шейки и свернут ее на хрен. У мужчин так принято – мстить за смерть товарища. И я буду на их стороне. Не страшно?