— А теперь, пожалуй, главное: уже в этом году я планирую передать пост главы Ордена Гарри. Моё время прошло, его — только начинается. Я прошу вас поддержать его так же, как все эти годы вы поддерживали меня.
Директор посмотрел на Амелию и получил в ответ кивок.
— В заключение я предоставляю слово министру Боунс.
Та встала.
— Я отниму у вас не больше пяти минут.
На самом деле, когда Дамблдор рассказал о пророчестве, её это не сильно удивило — слишком много деталей встало на свои места.
Что же получается? Забрав малыша у крёстного, директор нарушил права Блэка, а Гарри получил пятнадцать лет издевательств. А потом Дамблдор не стал препятствовать, когда Крауч-старший отправил того же Блэка в тюрьму без суда и следствия. Очень похоже, что сделал он это для того, чтобы Гарри никуда не делся из дома своей тёти, и никто бы не сумел оспорить и отменить решение главы Визенгамота. Но не слишком ли она сгущает краски? Сейчас Амелия была уверена только в одном: ради того, что он считал правильным, Дамблдор нарушил слишком много законов.
— Сейчас я выступаю не как министр магии, а как опекун юной ведьмы и заинтересованный гражданин. Многих из вас потрясли сегодняшние откровения профессора Дамблдора. Правда, есть и такие, для кого его рассказ всего лишь заполнил небольшие пробелы в уже известных фактах.
— Едва ли не каждый из вас знает, что мы с профессором Дамблдором поссорились. Конечно, наша ссора не касается его намерений — мы по-прежнему вместе сражаемся с Волдеморотом и его сторонниками. Всё дело в его методах. Из-за него люди раз за разом подвергаются опасности. Правительство, разумеется, не доверяет частным вооружённым отрядам, а Орден, по сути, таким и является. Но предлагаю это обсудить как-нибудь в другой раз. Однако я признаю: вы добровольно рисковали собой ради правого, как все мы считали, дела.
Министр сделала небольшую паузу.
— В связи с тем, что профессор Дамблдор не возражал против незаконного решения, права Сириуса Блэка нарушались тринадцать лет. Права мистера Поттера нарушались пятнадцать лет. С такой же проблемой столкнулись и Грейнджеры. Мы не имеем никакого права настаивать, что Гарри должен решать за нас наши же проблемы. Да, Трелони произнесла пророчество. Так его можно объяснить десятком способов. Если на обычного волшебника вывалить те же новости, что и на Гарри, большинство впадёт в отчаяние или обезумеет. А он всего-то попросил, чтобы ему дали провести летние каникулы, как обычному подростку. Поэтому его не надо было запирать в клетку, а просто охранять. Именно это мой наставник называет постоянной бдительностью.
Грюм кивнул, и Амелия продолжила:
— Мы не спасём мистера Поттера, если Волдеморт раздобудет ядерное оружие и решит испепелить Хогвартс или центр Лондона. В конце концов, всему есть предел, в том числе и количеству охранников. Нас здесь десятка три. Скажите, мы справимся, если на нас навалится огромная армия, которую соберёт Волдеморт? И там будут не только Пожиратели, а ещё и дементоры, оборотни, вампиры…
Несколько человек покачали головой.
— Но безопасность в разумных пределах мы обеспечить можем, в том числе — путь к отступлению на случай атаки. Я считаю, что пока всё в порядке, но если понадобится, Министерство безо всякого напряжения удвоит охрану.
Оратор сделала глоток воды.
— Да, он сам решил остаться с Грейнджерами, и теперь эта семья действительно в опасности.
Поднялась Тонкс.
— Простите, госпожа министр.
Та ободряюще улыбнулась.
— Слушаю, аврор Тонкс.
— Гарри рассказал Грейнджерам всё, что мы сегодня здесь услышали, если не больше. Так что теперь они знают, чем рискуют. То же самое он предложил и мне, и сейчас я понимаю, что охранять его — занятие небезопасное. Для своего возраста он весьма ответственный молодой человек.
Нимфадора села, а едва ли не все присутствующие закивали в знак согласия.
Тем временем Амелия продолжила:
— С последними словами полностью согласна. И требую, чтобы сразу после собрания аврор Тонкс вернулась на свой пост. Насколько я понимаю, в июне за мистером Поттером в Министерство охотно бы пошла половина студентов Хогвартса. Похоже, молодое поколение уже готово вступить в борьбу, а Гарри — прирождённый лидер. Время покажет.
— Что касается Ордена — откровенность я только приветствую. Слишком долго хранились секреты, и слишком дорого это обошлось. Я приветствую передачу лидерства и допускаю, что мистер Поттер заинтересован в сотрудничестве с вами. Но я хочу, чтобы все вы уяснили одну вещь: Орден Феникса не должен нарушать законы Великобритании и права её граждан. Я призываю вас и впредь бороться с Волдемортом и его приспешниками. Тем не менее, вы должны действовать в рамках закона, как и авроры. Правда, теперь политика Министерства по отношению к Пожирателям смерти станет более агрессивной. Так что и вы в рамках закона сможете делать намного больше.
Мадам Боунс обвела взглядом всех.
— Вопросы?
* * *
После совещания Ремус подошёл к Минерве.
— Чем мы можем ему помочь?
— Не думаю, что Дамблдор…
Но Люпин сразу же её перебил:
— Я про Гарри.
Профессор на мгновение задумалась.
— Я сильно сомневаюсь, что сейчас он захочет вступить в Орден, стать его лидером или примет от Ордена любую помощь. Мы даже о его собственности пока не позаботились: этот дом — старая развалина, а метла Гарри до сих пор прикована где-то в подземельях замка.
— Пришла пора это изменить. Как думаешь, мадам Боунс знает, где его искать? Я хочу туда поехать и помочь ему, чем смогу.
— Уверена, что знает. Удачи.
* * *
Альбус и Амелия снова беседовали на кухне.
— Что ж, профессор, я в вас верила. — Небрежным жестом госпожа министр снова наколдовала чары тишины, а потом спросила: — Кто «помог» Снейпу?
— Я, — просто ответил собеседник.
— Итак, признание я от тебя получила — можно двигаться дальше, не так ли? Я не твой священник, поэтому грехи отпустить не могу. В следующей жизни сам разберёшься. А вот мисс Грейнджер заслуживает, чтобы ей сказали, что она никого не убивала. Я сама ей всё объясню. В конце концов, тебя там не было, а большинство посетителей Мунго тем утром с удовольствием отправили бы подонка на тот свет. Давай оставим эту тему, ладно? Теперь: я могу чем-то помочь в подготовке мистера Поттера? Если, конечно, он примет чью-то помощь.
Директор на мгновение задумался.
— Предлагаю в течение двух дней встретиться и обсудить этот вопрос. А пока я подумаю о вариантах, которые мы сможем ему предложить. Ты согласна? — сообразив, что арестовывать его никто не собирается, Альбус явно успокоился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
