Охрана безмолвствовала. Запретить разговаривать между собой они нам не могли.
Мы еще не успели дойти до конца коридора третьего этажа, как к нам устремилась пестрая телевизионная толпа. Нашим так называемым коллегам не терпелось поскорее заснять виновников самого грандиозного в истории телевидения захвата Останкино. А, скорее всего, кроме нас никто и не пробовал — такая дурацкая затея, как размахивать пистолетом перед экраном, больше никому в голову не пришла.
— В системе телевизионного вещания компании «Мир» произошел сбой. В 14 часов 30 минут по московскому времени на всех шестнадцати каналах этой телекорпорации был включен единственный канал «Вести», где неизвестные злоумышленники озвучили сенсационную информацию о нынешнем Президенте России Иване Дерябенко…
— Я уверена, этот ролик уже сейчас гуляет по всему Интернету, — веско заметила я и улыбнулась. — Сережка, мы молодцы, мы это сделали. Сделали!
— Теперь будем ожидать реакции общественности, — заметил Сергей.
— Скажите, пожалуйста, вам было страшно? — Подлетела ко мне с вопросами какая-то молоденькая журналистка.
— Как вы думаете, как этот процесс повлияет на международные отношения? — Задал мне кто-то новый вопрос.
— Считаете ли вы, что Президент в ответе за проводимые опыты над людьми?
— А правда ли, что у вас вырастет третья рука?
… и тому подобные глупости.
«Теперь я понимаю, каково живётся знаменитостям».
В небольшой каморке, где располагалась охрана Останкино, нас уже поджидал следователь по особо важным делам, приехавший с самой Петровки. Кроме того, нас там ждали и другие штатские лица, по некоторым признакам принадлежащие к какой-то из российских спецслужб.
— А, Юра, привет, — криво усмехнулся Леонов, обращаясь к одному из этих людей. — Не ожидал тебя здесь увидеть.
— Всё воюешь, Леонов? — Так же усмехнулся человек в темно-сером костюме в мелкую полоску, вставая и подавая ему руку. — На этот раз ты, кажется, национальный герой.
— Да уж, попали в переделку, — согласился Сергей.
— Это Юрий Климашин, — представил мне товарища Сергей. — Мы с ним вместе проходили спецкурсы по борьбе с террористами. Только он ушел в одно ведомство потом, я в другое.
— Ясно, — пожала я плечами.
— А это что за дамочка с тобой? — Показал на меня Юрий. — Помощница?
— Это пиарщица, — со смехом объяснил Сергей. — Она, собственно, главное изобличительное лицо.
— Далеко пойдете, девушка, — кивнул Юрий. — Родина вас не забудет.
Эта фраза навязла мне в зубах. Я ее слышала при совершенно иных обстоятельствах.
— Лучше бы забыла. — Растерянно пробубнила я. — Мне такая скандальная слава точно не нужна. А что теперь с нами будет?
— Ну что будет, — деловито ответил Юрий. — Если все, что вы сообщили, подтвердится, то Дерябенко-Мазурова ждет международный трибунал. Если не подтвердится, то вас, как террористов, расстреляют. Но вообще скандал, конечно, нешуточный. Гипнометр попадет в разряд запрещенных к использованию приборов.
Постоянно звонил телефон. Немного отвлекшись от нас с Сергеем, Юрий ответил на телефонный звонок:
— Да, да, понял вас, — безэмоциональным голосом согласился он с кем-то. — Мы тоже на месте разбираемся. Виновных допрашиваем.
Юрий нажал на кнопку вызова и посмотрел на часы:
— Ну, что ж, поехали потихоньку в сторону милиции, составим протокол хотя бы. Дерябенко арестован. Его сдали собственные же люди, — пояснил он. — Видимо, они тоже смотрят телевизор.
В сопровождении вооруженной охраны мы всей группой вышли из здания Останкино.
Около телецентра уже собралась приличная толпа, — после сеанса обратной гипнотерапии люди моментально очухались. Подозреваю, что кое-кто в этот момент собирал чемоданы в дорогу и готовился ехать на вокзал. А оттуда прямиком в заснеженные леса Сибири. Новость, которая облетела половину России, заставила многих людей прийти в себя и встрепенуться. И теперь все эти люди собрались у Останкино, грозясь устроить самый настоящий погром.
— Дерябенко к ответу! — Кричали со всех сторон. — Арестовать диктатора!
Увидев нас, люди бросились к нам, и охране пришлось отбивать нас у обезумевшей толпы. С огромным трудом нас отодрали от желающих справедливости граждан и погрузили в небольшой фургончик:
— Я представляю, что сейчас творится на других улицах Москвы, — произнесла я, глядя на Сергея.
Сергей молчал.
* * *
Новость, которую мы озвучили в прямом эфире, буквально всколыхнула весь мир. Наверное, такого эффекта не было уже со времен ГКЧП, когда люди вышли на баррикады к Белому Дому, и когда по Москве ездили танки.
Мировая общественность потребовала привлечь к ответу Дерябенко-Мазурова и всю ту шайку, которая допустила использование психотехнологий в корыстных целях. Экспертиза установила соответствие ДНК Бориса Мазурова и фальшивого Ивана Дерябенко.
Игнатьев смог беспрепятственно вернуться домой. Он давал многочисленные интервью и даже успел подписать несколько контрактов с крупными издательствами — на издание мемуаров и научных монографий. Чертежи гипнометра были изъяты из указанных им сейфов и в обстановке строжайшей секретности перевезены в Россию. Сам же гипнометр был объявлен узкоспециализированным прибором, запрещенным к использованию, действие которого продолжает изучаться.
Но самое ужасное было не в этом. Самое ужасное состояло в том, что Россия осталась без Президента. Срочно созвав внеочередное заседание Госдумы, временно исполняющим обязанности Президента выбрали… угадайте, кого? Юрия Петровича Калиносова, безусловно. Он сразу же выдвинул ряд антикризисных мер, направленных на увеличение занятости населения.
Из Останкино нас с Сергеем отвезли в здание ФСБ на Лубянке, где мы каждый день по несколько часов давали показания. В общей сложности провели мы там неделю, пока проводились необходимые расследования и выяснялись все обстоятельства дела.
Наконец, нас отпустили. Едва мы с Сергеем вышли из здания ФСБ, как тут же попали под «обстрел» журналистов, огромное количество которых поджидало нас около центрального входа.
— Комментариев не даем! — Громко и профессионально заявила я. — На все вопросы ответим на пресс-конференции, которая состоится завтра в здании РИА Новости.
«Как хорошо, когда знаешь, как общаться с коллегами».
Нас еще немного поснимали, затем толпа папарацци потихоньку начала рассеиваться.
— Все хорошо, что хорошо заканчивается, ведь правда? — Сказал мне Сергей и ласково улыбнулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
