я не могу дышать. Это пугает и наполняет счастьем одновременно. Наверное, это не правильно, настолько тонуть и растворяться в мужчине, но для меня это и есть любовь. Когда ты дышишь им, чувствуешь мельчайшие перемены настроения, предугадываешь желания. Мы словно идеально чувствующие друг друга партнеры в танце.
Именно из-за этой всепоглощающей любви мне и было так сложно после расставания с ним. Если после Стаса я знала, что обязательно встречу еще кого-нибудь, кого смогу полюбить, но после Яна была лишь разрывающая боль и понимание, что такого в моей жизни больше не будет.
31 декабря наступило как-то неожиданно быстро. Оставшиеся перед праздником дни прошли в заботах, покупке подарков и подготовке к празднику. Я бегала по украшенному гирляндами и елками городу, практически паря над землей.
Улыбалась продавцам и случайным прохожим, перевела деньги в несколько собачьих приютов и поучаствовала в сборе подарков для нуждающихся деток. Осчастливить хотелось всех и каждого. Поделиться частичкой того счастья, что есть у меня внутри. Правду говорят, когда ты сам полон позитивных эмоций и они хлещут через край, то быть щедрым и открытым легко.
На всю новогоднюю премию накупила коллекционных елочных игрушек в Рождественском магазинчике и целый вечер украшала с Яном настоящую елку, которую мы вместе тащили с елочного базара, рассказывала, как важна была эта традиция для моих родителей и нас с Ирой, когда мы были маленькими.
Утро мы провели с Ирой и Пашей, которые решили встретить праздник романтично вдвоем.
– Точнее втроем, – сестра погладила животик, – на гуляния нет сил.
– Поедим салаты, посмотрим поздравления президентов и спать, – озвучил программу Паша и прижал счастливую Ирку к себе.
– Идеальный беременный Новый год, – согласилась я.
Потом мы навестили Ивонну с Марком, которые собирались на празднование в пафосный клубешник и заехали к родителям Яна. Мама у него оказалась идеальной и Ян был прав, мы с ней действительно похожи.
Ближе к пяти нас встретили в загородном коттедже, где друзья Яна праздновали Новый год в шумной компании. Несмотря на опасения, приняли меня хорошо. Максим, тот друг Яна, слова которого меня обидели, тоже был там. Он извинился за свой развязный язык и пообещал, что будет держать себя в рамках.
Строить из себя обиженку смысла больше не было. Да, вот так ужасно все вышло, но мы с Яном смогли пережить этот удар судьбы и наладить отношения. Обиды только копят в сердце горечь, а мне этого не нужно. Я хочу жить счастливо и без камней за пазухой. Поэтому просто отпустила прошлое.
Попрощавшись с ребятами, мы вернулись обратно в город, в уютную квартиру Яна, к которой я привыкла за последние дни и куда перекочевала добрая часть моих вещей.
– Устала? – Ян размял мои плечи и я со стоном откинулась на него.
– Это был какой-то безумный марш-бросок.
– Согласен, – он отправился к камину, который, как оказалось, тоже находился на первом этаже, был функционирующим и излучал настоящий огонь и тепло, – но тебя хотели увидеть все.
– Меня? – поднимаю бровь.
– На меня за целый год насмотрелись, – пожал он плечами и занялся распалкой, – а вот ты стала сюрпризом. Новогодним подарком для всех, который вернул меня к нормально жизни. Родители не нарадуются, мама даже плакала.
– Она у тебя потрясающая. Тебе так повезло, что они оба живы и заботятся о тебе. У нас с Иркой остались только мы сами.
– Теперь у Иры есть Паша и будущий малыш. А у тебя я, так что вы больше не одни.
– Ты прав. Повезло мне завернуть именно в твою автомастерскую, – целую его в макушку и ершу короткие волосы, – знаю, что ты не механик, но так и тянет так называть тебя снова.
– Вообще механик, – Ян оборачивается на меня, – я часто помогаю ребятам, если это необходимо. Так мы с тобой и познакомились.
– Да, – прикусываю губу, – ты был невероятно сексуален весь в масле и потертых джинсах.
– Знаю, – он усмехнулся, – поэтому ты меня так активно и соблазняла. От твоих коротеньких шортиков и топика без лифчика у меня штаны дымились, я даже ходил в тот день с трудом.
– Ауч, – я виновато хлопнула ресничками, – стояла адская жара, Ян. А в жуке не работал кондиционер, так что сам понимаешь – пришлось раздеваться.
– Парни на следующий день сказали, что шансов у меня не было никаких. Да вообще никто не устоял бы против тебя.
– Сразила?
– Я мог починить твою машину прямо там, поломка была ерундовой. Но только доломал специально.
– Что? – у меня от шока округляются глазки, – сломал мне жука?
– Да, – бесстыдник кивает и разводит свои ручищи, – но я же довез до дома и вещи твои дотащил до квартиры.
– Вероломный механик, – утыкаю кулачки в бока.
– Моя горячая иностранка, – он поднялся на колени и обнял меня за талию, – ты выйдешь за меня?
– Что? – смотрю вниз и глотаю ртом воздух.
– Выйдешь за меня? – Ян вытаскивает из заднего кармана кольцо с камушком и берет мой кулачек, все еще упирающийся в поясницу. Расслабляю пальцы и замираю, от волнения не в силах произнести ни слова.
Ян замирает и я интенсивно киваю головой в знак согласия. Смотрю, как золотой кружочек скользит по пальчику и застывает на положенном ему месте. Ноги перестают держать и я опускаюсь на ковер рядом с любимым мужчиной, утыкаюсь ему в шею и горячие слезы оставляют дорожки на его коже.
– Мне кажется, я влюбилась в тебя с самого первого взгляда, – выдаю свою маленькую тайну.
– И я, – он усмехается, – не зря же бедный жук пострадал ни за что. Милая девочка из Минска украла мое сердце в один момент.
– И не отдам, – прижимаюсь губами к его,
