Последний день невольной свободы, уж извините за каламбур, когда за каждым твоим шагом неотступно, словно твоей второй тенью, по пятам следуют два огромных мужика, разве что дубинки им не хватает для полноты картины. Последняя тренировка перед тем, как начнётся бой… Последний день моей жизни…
Завтра… всё решится завтра.
Я не собираюсь целенаправленно проигрывать, но и убивать другого человека, пусть это и всего лишь слово по отношению к таким «хорошим» людям, не в моих силах.
Я не смогу так легко смириться с тем, что мне нужно будет кого-то лишить жизни, оставить без права на будущее, хоть и не факт, что светлого и беззаботного. Я не такой, как они, и уж точно не горю желанием таким становиться!
Сижу за рулём своей малышки, пальцами нежно поглаживаю кожаную обивку руля и стараюсь контролировать бушевавшую внутри бурю, которая то утихает, то внезапно поднимается, грозясь снести всё на своём пути.
Светофор, что сейчас горит красным, для меня словно бы какой-то сигнал. Я впиваюсь в яркую точку на фоне всего блеклого и неброского, и не мигающим взглядом начинаю гипнотизировать. Мысли сгущаются, стягиваются в это маленькое и хаотичное пространство, тем самым не давая мне думать о чём-то постороннем.
О том, что сзади меня на огромном чёрном внедорожнике едет моя охрана; о том, что совсем скоро я окажусь в гадюшнике из мерзких людей и буду вынужден им подчиняться; о том, что тренироваться я буду под чётким и неусыпным наблюдением Славы, который буквально спит и видит, как купается в миллионах…
Всё сейчас для меня становится аморфным, чем то, вроде существующим, но при этом неосязаемым, а значит, неважным, отходящим на второй план…
Стоит только красному свету в одну секунду переключиться на зелёный, как в моей голове тоже что-то происходит и, вместо того, чтобы на перекрёстке поехать прямо, я выворачиваю руль влево, тем самым мгновенно пересекая встречную полосу и вызывая гнев у других водителей и звон клаксонов, и уезжаю совсем в другом направлении.
Мне становится всё равно на то, что от данного поступка я сделал только хуже, пофиг на то, что сейчас начнётся дикая гонка и преследование. Уже не имеет значения то, что будет дальше…
Хвост придаёт драйва, скорость на спидометре растет до нереальных цифр, встречка, крутые повороты, машины, которые остаются за спиной и смотрят мне вслед немым укором, правила дорожного движения нарушаются только так, ну а на штрафы уже становится просто всё равно…
Я хочу убежать… От проблем. От всех. От себя…
Наконец, пустынная трасса, скорость под двести сорок, шины скользят по мокрому асфальту, мелкие капли дождя разбиваются о стеклянную поверхность лобового стекла…
И резкое осознание пробивает мой мозг. Вспышка, яркий свет, четкая мысль: «так нельзя!».
В одно мгновение сбрасываю скорость и торможу, громкий визг шин стоит в ушах, а я выхожу из машины и от злости и отчаяния сильно хлопаю металлической дверцей.
Дождь холодной моросью мгновенно пробирает до костей и я, откидывая голову назад, по наивному смотрю на небо и, щурясь от капающей воды, вслух громко задаю поистине глупый вопрос, желая выпустить пар в этом крике души:
— ПОЧЕМУ ВСЁ ЭТО ПРОИСХОДИТ СО МНОЙ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ?! ПОЧЕМУ Я?.. ГДЕ Я ТАК НАКОСЯЧИЛ-ТО?!
Естественно, ответить мне было некому. И я, сперва горько усмехнувшись, очень быстро расхохотался. Смех перерос в настоящую истерику и вот уже от злости я пинаю колесо собственной машины.
— СУКААААААААААА!!!
Пустое пространство даёт свободу, даёт осознание, что ты наедине с собой и можешь больше не притворяться. А значит, ты остался один. Со своими проблемами, которые тысячетонным весом давят на плечи, придавливая к земле и желая сломать. Но нет, я не сломаюсь!
— Я НЕ СДАМСЯ, СЛЫШИШЬ?! КТО БЫ ТЫ НИ БЫЛ, Я НЕ СДАМСЯ! — проорал я в пустоту, ощущая легкость на душе, когда дождь тем временем хоть немного заглушал мои крики.
— Мне есть, ради кого жить… и бороться… — уже шёпотом выдохнул я, облокачиваясь на мокрый капот синей машины.
Вся одежда промокла насквозь, дождь лил как из ведра, но при этом мне стало так легко, как не было уже довольно долгое время…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тут неожиданно в кармане я ощущаю вибрацию и достаю свой смартфон. Звонит неизвестный номер, вынуждая меня насторожиться, но я тут же отбрасываю все эти навязчивые мысли и, скользящим по экрану пальцем, еле как отвечаю на звонок.
— Да, алло…
В ответ тишина и я так и не понимаю, кто это звонил. Хм, странно всё это, ведь стоило моему неведомому собеседнику услышать мой голос, как звонок тут же отключился и я недоуменно нахмурился. Не успев как следует подумать над этим, переключаюсь на пришедшую смс-ку.
Обхожу машину и сажусь внутрь, погружаясь в тепло и уют моей малышки. Становится сразу тепло и я, быстро вытерев руки и мокрый экран телефона, вчитываюсь в текст:
«Добрый день, уважаемый Раймис Михаил Викторович, поздравляем вас с успешной сдачей сессии и защитой диплома! Приносим вам свои самые наилучшие пожелания и просим вас придти … числа в 12:00 дня на торжественное вручение дипломов и завершающей линейки! Спасибо за внимание! Всего хорошего!»
Хммм… уже получение диплома… а я даже и не заметил толком, как для меня прошёл последний курс, как прошла сессия и, уж тем более, защита самого диплома. Из-за проблем я даже не обращал на это внимание, на автомате что-то писал, сдавал и говорил. Помню только лишь то, как пересекался с Ульяной и тонул в её зелёных глазах… Остальное для меня прошло бесследно. Ну и хорошо… Одной проблемой уж точно меньше.
Окончательно успокоившись, я перевожу дыхание, завожу машину и уже в более спокойном темпе еду обратно, в бойцовский клуб, на тренировку…
Что-что, а мне бы не хотелось, чтобы Слава пошёл на отчаянные меры и хоть как-то угрожал моим близким. Не позволю ему это!
*****
Зал встречает меня своей непривычной пустотой и тишиной. Словно всего за один день все люди, обитающие здесь, взяли и вымерли, просто растворяясь без следа в пространстве. Что происходит?..
Ни ребят, которые обычно в темпе тренируются, желая привлечь внимание своих тренеров, ни охранников, которые преследовали меня по пятам, ни самих тренеров, соколом наблюдавших за процессом всех тренировок. Странно, очень-очень странно…
Прошёлся по всем помещениям, заглянул в раздевалки. Ни-ко-го. Да где все? Не то, чтобы я прям расстроился, просто это затишье… настораживает. И не оставляет в покое мои мысли.
Решаю подняться на второй этаж, иду в сторону кабинета Славы, где застаю большой беспорядок в виде разбросанных повсюду бумаг, документов и других канцелярских принадлежностей, словно бы здесь сам Мамай прошёлся. Мда, не завидно…
Дверь в его персональное место приоткрыто и, зайдя вовнутрь, я застаю всего одного единственного человека, суетливо роющегося в каких-то бумагах и справках. Меня он не замечает сразу, что даёт мне возможность хорошенько оглядеться и оценить всю загадочность обстановки.
— А что здесь вообще происходит? — наконец, спрашиваю я, тем самым пугая человека до икоты.
— ААААА! — от неожиданности подпрыгивает мужчина и, хватаясь за сердце, с ужасом на лице поворачивается ко мне.
— Я задал вопрос. Потрудитесь на него ответить, — сухо бросаю я, проходя в кабинет, а мужик, наконец, берет себя в руки и присаживается на стул, пытаясь отдышаться.
— Всё! Прикрылась лавочка! Ты же Михаил Раймис, верно? Забирай свои документы и проваливай отсюда! Нечего тебе здесь делать!
— Что? Что происходит? — не понял я и с каменным лицом продолжил стоять, в то время как непонятный мужичок, которого я сегодня вообще в первый раз увидел, закончил капаться в документах и, выудив из них темно-красную папку, протянул в мою сторону.
Я забрал папку и, раскрыв её, на первой же странице увидел свою фотографию и все документы, которые когда-то сдавал для поступления в клуб. Но зачем? Я ничего не понимаю. Где Слава? Куда все делись? Что значит «прикрылась лавочка»?
