напрямую на Алиева, а на какого-то левого человека. Мне нужен список его друзей, сотрудников, соратников, вплоть до обслуживающей его официантки ресторана, где он обычно обедает и уборщицы, моющей его туалет.
Северов смотрел на нее, а в груди благодатным теплом согревало. Непонятным, которому и название-то нет. Или Вадик не знал, как объяснить, да словами выразить. Приятно осознавать, что Рыжик — за него. Дуется, однако поможет. Чертовски классно знать, что есть кто-то, кто разделит с ним проблему. Пусть Лора ничего не найдет, так же, как и Антон, просто… теперь он знает: Рыжик рядом.
— К концу дня у тебя будут все данные, — пообещал Вадик. Лора кивнула и зашла внутрь, оставляя его одного. Вадик уперся руками в перила, глядел сквозь заснеженные деревья.
Да, область будет принадлежать ему. Север здесь вырос. Он бегал по этим улицам с голым ободранным задом. Всего добился именно здесь. Подыхать Вадику вот совсем не улыбалось, даже если Алиеву очень хочется. Валить отсюда, потому как неугоден некоторым, он не намерен. Бегать, рвать жопу и прогибаться под законы и желания окружающих достало. Не тот характер, да и возраст уже другой. Тридцать восемь в апреле стукнет. Чай, уже не сопливый голодранец. Вадик ― боец. Пора взбираться наверх. Хватит отсиживаться. Пришло время ставить новую планку, достигать новой вершины. Устанавливать свои законы. Жесткие и крутые. Вадик ― чемпион. Не может не получиться. Он ― победитель. По пальцам можно пересчитать, когда Север продул. Но ни разу не сдался. Сейчас же он права такого не имеет в принципе. Вадик не один. Рыжик рядом.
В области Север наведет порядок. Хмыкнул себе под нос. Заговорил, как Феликс. Хороший мужик. Правильный. Жесткий, но справедливый. Жаль, что часто не удавалось найти общий знаменатель. Однако Северов всегда его уважал. Часто даже равнялся, чего уж хитрить. Отца у Вадика не было. А Феликс частенько вправлял ему мозг так, что мама не балуй. Вон, даже в последний раз так наказал их с Бариновым за беспредел, что до сих пор жутко становится. Жестоко. Зато понятно. Внятно и четко объяснил, как не надо себя вести. Унизительно, дрючил как пацанов сопливых, но справедливо. После того, как Феликс “отчитал” их в своей извращенной манере, как нашкодивших мальчишек, они с Русланом нажрались вусмерть. В обнимку сидели в кабаке и бухали водяру, не закусывая. Баринов даже всплакнул. До сих пор у Вадика руку потряхивает от воспоминаний. Думал: все, песня спета, прощай жизнь! (*отсылка к книге «Ты — Моя Любовь»)
Феликс умел найти нужные слова. Не всегда удавалось воззвать к адеквату, но все же… Вадик прекрасно осознавал, что он был для него чужим. Баринов ― любимчик Феликса. Если уж совсем быть искренним с самим собой, то где-то даже обидно. Северов ничем не был хуже, если не наоборот. Оттого до сих пор в голове не укладывалась малява Феликса, которая спасла Вадику жизнь в СИЗО и после освобождения. Зачем? Почему? За какие заслуги? Уже тогда все было решено насчет Феликса, мог бы забить на Вадика большой болт, у него своих проблем выше крыши было. Да и не обязан Феликс помогать Северову. Не Барин он, не родной ему. Странно. Необъяснимо. И уже и не спросишь… А Вадику хотелось бы знать.
Север добьется своего. Область будет под его контролем. Самоличным. Вадик ― чемпион. Он сумеет выиграть этот бой! Рыжик рядом…
— Вадик, кое-что есть! — сутки спустя Лора с ноутбуком зашла к нему в кабинет. Кто бы сомневался, что его неугомонный талантливый чудик все же нароет нужную информацию. Гениальная женщина! Жаль, однако, что совершенно ни во что не ставит свои способности. Ничего, Вадик подсобит и исправит такое абсолютно недопустимое упущение. Рыжик поверит в себя и перестанет считать себя неудачницей. — Это может быть фигня, — Лора передернула плечами, прикусывая губу. — Но просто это единственное, что нашла.
— Че ты ломаешься, показывай уже, — Рыжик вручила ему ноутбук.
— А может, я ошиблась и это ничего не означает.
— Может, да, а может, нет, — Вадик достал телефон, набрал номер, почему-то ставший в последнее время одним из первых в истории вызовов его телефона, что жутко нервировало.
— Барин, линия защищенная? — первым делом спросил Северов. У него-то самого стопудово. Лора ему какую-то крутую штуку установила на телефон и компьютеры. Хрен подслушаешь и взломаешь. Удобно иметь под боком своего персонального хакера.
— Да.
— Кое-что есть. Надо съездить по-тихому, проверить.
— Я сегодня никак, — ответил Барин. — Завтра.
— А, ну ты это… не спеши… Алиев подождет. Авось нам повезет, и он добро свое наркоманское не перепрячет. Времени вагон! — язвил Север. — Ты охренел?! — рявкнул он. — Ехать надо сейчас!
— Млять… — выдохнул почему-то расстроенный Руслан. — Хорошо. Но только не больше пары часов. У меня очень важное дело.
— Думаю, хватит. Через час тогда. Сам знаешь, где, — бросил Северов и отключился, стал собираться. Рыжик вертелась вокруг него, как заведенная юла. Вадик никак не мог сообразить, чего с ней происходит, пока на выходе Лора не выдала:
— Вадик, ты это… ну… эм-м-м… я хотела сказать… — Лора мялась, переминалась с ноги на ногу, обхватив себя руками, покусывала губы и никак не решалась произнести, что собиралась. Вадик с вопросом уставился на нее.
— Я… просто… эм-м-м… ну, я короче… — Рыжик неожиданно кинулась ему на шею и чмокнула в щеку, по-детски глупо и смешно. А потом, уставившись глазами в пол, затараторила на одном дыхании шепотом: — Вадик, ты ж просто проверить, да? Туда и обратно? Ты же не будешь играть в Терминатора? В отличие от него, ты не железный вот совсем… Шварценеггер тоже качок, как и ты, и я не говорю, что ты типо хуже или слабее. Я совершенно не это имею в виду… но просто…
— Рыжик, — он остановил поток этой совершенно глупой хрени, которая вызвала в нем дурацкую счастливую улыбку. Она за него боится. Переживает. За него никто никогда не боялся. Слез не лил. Не тревожился. Потому что всю свою жизнь он нахер никому не был нужен. Вечно лишний. Вечно не к месту. Всеми брошеный. Эта рыжая веснушчатая девица неумело, нелепо стесняясь, сейчас делала то, что для Северова никто никогда не делал. Он впился в ее сочные пухлые губы,
