Читаем без скачивания Россия — всадник без головы - Юрий Мухин

И без него впечатление от показываемого в Спитаке для специалиста было ужасным: неразбериха, люди в панике, слезы и страдания, все просят помощи, мечутся. В такой ситуации жизненно необходим труд руководителей, которые должны были расставить людей по рабочим местам, дать команду работать и обеспечить эту работу всем необходимым, реагировать на изменение условий, определять, какая и кому помощь нужна в первую очередь.

Но вместо этого телевизор показывал кадры, не могущие не вызвать злобу у любого настоящего руководителя: в Спитак въезжает «Икарус», из него выходит глава Правительства СССР с толпой республиканских руководителей. Какая радость! Все местные руководители вынуждены бросить работу по спасению людей и присоединиться к свите любопытствующего начальника. (Чем Рыжков мог помочь в Спитаке? Он бы принес в миллион раз больше пользы, если бы из своего кабинета в Москве руководил обеспечением спитакских спасателей.) После «экскурсии» — обязательное совещание и пустые фразы типа: «Нужно напрячь все силы» и т. д. И вот на этом совещании какой-то инженер пытается объяснить Рыжкову, что нужно применить второй способ спасения людей (с использованием мощных бульдозеров), но его слова не дошли до премьера — боссы были поглощены призывами друг к другу «немедленно организовать помощь» и «напрячь все силы», посему на него не обратили никакого внимания. А если бы Рыжкова в Спитаке не было, то, может, у местных руководителей все же нашлось бы время услышать этого инженера?

Приезд Рыжкова, отвлекший местных руководителей от Дела спасения людей, наверняка стоил спитакцам сотен, если не тысяч, неспасенных жизней, но зато какое шоу! Сам глава СССР! В гуще событий! Вместе со страждущим народом! В самый раз заплакать, но не от радости встречи с Рыжковым. А от его тупости и тупости прессы, освещавшей это событие.

Сталин таким руководителем не был — он был великим руководителем, а на фронт и в Гражданскую, и в Отечественную войну выезжал работать, а не шоу показывать. Вот поэтому о его приездах на фронты и знали только личная охрана, да принимавшие его генералы.

Причина ненависти

Мы выросли и возмужали в хрущевские и послехрущевские времена, мы впитали в себя всю ложь той пропаганды, и даже те из нас, кто действительно хочет разобраться в том, что же тогда происходило, в основу своих рассуждений ставит все ту же недоразоблаченную хрущевскую брехню. Вот зашла на форуме дискуссия о том, почему Сталин «не пиарился», и мне выдвигают доводы.

«Странно для исследователя заявлять, что Сталин «не пиарился», когда вся страна была увешана его портретами, снимались фильмы, писались стихи, песни, ставились памятники живому — помните: «Рвется цоколь монумента…»

Даже постороннему человеку, Лиону Фейхтвангеру, написавшему очень комплиментарную книжку про СССР, в 1936 году бросилось в глаза несоразмерное количество наглядной агитации, прославляющей Сталина. О чем он и спросил вождя и получил ответ такой же, как дал недавно на аналогичный вопрос Р. А. Кадыров, — мол, что я могу поделать, если людям это нравится?

Ну и главное — сказать, что Сталин «не пиарился», значит, заявить о том, что ему не было дела до общественного мнения. А ведь т. Сталин был демократически избранным руководителем и не мог пренебрегать общественным мнением. Или как? Да он им и не пренебрегал.

Почему как отрезало в войну? Не знаю. После войны опять пошла волна сталинианы».

Вынужден признаться, что Кадыров меня не интересует, но если он действительно так отвечает, то и Кадыров не понимает, что на самом деле происходит.

Мы, сегодняшние, никогда не были в положении наших предков, которое характеризовалось реальной опасностью для них и для их семей. И наши предки понимали, что нет иного способа спасения, кроме того, чтобы действовать всем миром, сообща. Но как узнать, есть ли мир — будут ли окружающие тебя люди действовать вместе с тобой, или ты, как дурак, один придешь на призывной участок?

Сообща люди действуют, когда приказы на их действие поступают из одного центра, следовательно, те, кто считает для себя обязательным подчиняться этому центру, — это и есть мир. Сегодня охотно болтают о том, зачем Сталину была нужна должность вождя, что он ее очень желал, и никто не рассматривает вопрос, а зачем народу нужен был вождь? (Сталин, кстати, вождем быть не хотел, во что кретины поверить не могут.) Так вот, народу вождь был нужен, чтобы осознавать себя единым, осознавать себя миром. И те уроды, которые сомневаются в том, что солдаты шли в бой с криками «За Сталина!», просто не понимают мир.

Помню, в каком-то фильме о запорожских казаках был показан ритуал приема в казаки. А ведь это вопрос непростой: ты вновь прибывшего посчитал товарищем, а он в первом же бою сбежит и бросит тебя одного. Как узнать — вновь прибывший в Сечь тебе товарищ или нет? Не знаю, правда это или нет, но авторы фильма воспроизвели такой тест: «В Бога веришь? Водку пьешь?» Это логично! Если верит в Бога, значит, есть совесть, а совесть может и не позволить струсить в бою. Водку пьет — бесшабашный, будет драться по своей лихости.

Сталин был тестом на единство: раз он и твой вождь — значит, ты свой. Ты Сталина поносишь — значит, ты чужой, при угрозе войны — враг! Над народом стояли вожди мелкого плана, и мир был уверен — Сталин не предаст мир, а эти могут! Что было делать мелким вождям, чтобы вызвать доверие мира к себе? Только одно: доказывать миру, что и для них Сталин — безусловный вождь. Отсюда их многословные прославления Сталина. Этими прославлениями они не у Сталина пытались завоевать расположение, а у народа. Надо понять, что при Сталине в СССР была демократия — власть народа, а это означает, что слуги народа боялись не своего вождя, а народа. И для народа они строили памятники и развешивали портреты — они показывали народу: «Мы тоже для народа, поскольку и наш вождь — Сталин!» А поскольку люди примыкают к большинству, то массовой пропагандой вождя руководители на местах создавали впечатление, что за Сталина весь народ — и еще сильнее цементировали мир.

Есть рассказ, достоверный своей логичностью. Сталин требовал от Василия скромности и выговаривал ему: «Ты думаешь, ты Сталин? Нет, ты не Сталин! И я не Сталин! — Сталин показал в окно на свой огромный портрет на улице. — Сталин — это он!».

(Этого не понимала «элита нации» — интеллигенция, которая часто нахваливала Сталина не для завоевания доверия мира (народа), а в надежде получить кусок пожирнее от самого Сталина или вождей поменьше. Но раболепие у интеллигенции в крови.)

Похоже, Кадыров не понимает того, что понимал Сталин: чеченцы устали от междуусобиц, им нужно единство и портретами Кадырова сами чеченцы пытаются этого единства достичь, показывая всем вокруг, что только Кадыров их вождь. Если говорить несправедливо грубо, то они этими портретами метят территорию уже единого мира чеченцев.

А как человек, Сталин ненавидел всю эту лесть — она отнимала время своей бесполезностью лично для Сталина, хотя Сталин не мог не понимать своего значения для единства народа. Однако должен сказать, что партийные пропагандисты держали нос по ветру: они знали, что Сталин не выносит лести, и вели себя соответственно.

Вот передо мной подшивки журнала «Красноармеец», издававшегося Главным политическим управлением Красной армии, т. е. подшивки главного солдатского журнала той войны. Подшивки за 1943 и 1944 гг. Шла война, и, сами понимаете, я ожидал, что в главном солдатском журнале мне по меньшей мере в каждом номере должен был встречаться портрет Верховного главнокомандующего — это ведь обязательно для воюющих армий любых стран.

Возвеличивание своего главнокомандующего и дискредитация командования противника — это один из главных приемов боевой военной пропаганды. Скажем, немецкая еженедельная кинохроника тех лет каждый выпуск начинала с показа Гитлера или лидеров союзных Германии стран.

В каждом из 24 номеров «Красноармейца» за данный год давалось до 50 фотографий самых различных лиц: от рядового солдата до маршала Жукова, от писателей до генерал-лейтенанта Н. С. Хрущева, от рабочего до бывшего врага народа инженера Рамзина. Казалось, можно было бы найти в этом журнале место и для портретов Сталина, чтобы возвеличить его.

Так вот, просмотрев за 1943 г. почти 1200 фотографий, можно увидеть, что партийные пропагандисты — редакция журнала — всего один раз нашли место для портрета И. В. Сталина — его рисованный карандашом портрет украсил стихи в честь 25-летия Красной армии.

В 1944 г. возвеличивание Сталина «резко» возросло: портретом Сталина украшена обложка первого номера; его портрет помещен в апрельском номере, посвященном 25-летию самого журнала (на страницах с поздравлениями журналу от Сталина); портрет Сталина и в октябрьском номере, в котором Красной армии поставлена боевая задача Верховного главнокомандующего: «Добьем врага в его логове!», и наконец, есть его портрет в декабрьском номере, подгадавшем под 65-летие самого Сталина, о чем, впрочем, в самом номере не сообщается. Четыре фотографии Верховного главнокомандующего на 24 номера армейского журнала! И это что — культ личности и страх перед Сталиным?