войти туда. Предположили, что ей стало плохо, или нужна еда и вода. В храме никого не оказалось. Они вызвали своего Верховного, поскольку считались только с ним. Лишь потом Стил вызвал меня. Столько потерянного времени! В храме остался след портала, но спустя много часов Кассиан не смог его отследить. Во второй день жрецы молились во всех храмах. Они взывали к богам и просили сообщить, где сейчас Лина. На удивление, ответ был дан. В центральном храме раздался звучный голос Перуна: «На Земле».
Это был крах всех их надежд. Ангелина Перунова решила бросить Светану и вернуться домой. На следующий день было созвано экстренное заседание Совета. Больше всех негодовал Первый министр. Оорон Серн предложил бросить меня в камеру и казнить поскорее за то, что я упустил ангела. Упустил единственный шанс на спасение Светаны. Я молча слушал его упрёки. Все они были заслуженны. Я был слишком самонадеян, слишком доверчив. Я поверил, что Лина действительно хочет помочь их миру. Хочет вернуть Перуну его силу. Я поверил ей. Когда Первый министр сузил глаза и резко высказал, что личные отношения для меня затмили всё остальное, я с трудом сдержался. После этого вмешался король. Оллиан жестом заставил всех замолчать, а затем напомнил, что они говорят о члене королевской семьи, его названной дочери.
– Ангелина Перунова – принцесса рода Доррант, и я не потерплю даже малейших оскорблений в её адрес. Всем ясно? – его голос не терпел возражений.
– Поддерживаю, – вмешался принц Арасто. – Принцесса Ангелина успела зарекомендовать себя как очень ответственная личность. Не говорю человек, поскольку, не забывайте, она не человек. Все вы сидите здесь и осуждаете ангела, которая добровольно решила вам помочь. Она выложилась во время ритуала, рисковала собой, хотя это было и не обязательно. Но вот профессор Лимер, по-моему, не очень хорошо справился с ситуацией. Мне сообщили, что едва ангел пришла в себя, как он отругал её и давил. А мы с вами понимаем, что ангел – молодая девушка. Такое поведение неприемлемо, и, возможно, девушке просто надоело такое обращение, и она решила взять перерыв.
Я по-прежнему стоял в центе зала, но теперь на меня смотрели с презрением, и это было невыносимо.
– Что вы предлагаете, принц Арасто? – спросил его Оллиан.
Мужчина сделал вид, что задумался, затем ответил.
– Думаю, нам нужно подождать. Ангел вернётся, я уверен. А когда это произойдёт, лучше оградить её от навязчивости некоторых людей.
Арасто многозначительно смотрел на меня.
– Профессор Лимер и Ангелина помолвлены, как вы знаете. У нас не принято вмешиваться в отношения молодых людей, – сказал Оллиан спокойным голосом, как будто обсуждал обычный рабочий вопрос.
– Зря. В культуре Сунже не принято отдавать такие серьёзные вопросы на откуп случая, – Арасто пожал плечами.
– Так мы будем просто ждать? – громко спросил Первый министр.
– Именно так, – ответил Оллиан ему и всем остальным. – Сейчас мы можем только это. Благодаря ангелу мы многое узнали. Мы знаем, что боги тоже пытаются решить эту проблему, что они не ушли и не бросили нас. Однако залатать Купол нашей магией мы не можем. Пусть учёные продолжают работать в прежнем режиме, а нам остаётся только ждать.
Советники закивали в ответ. После заседания ко мне подошёл секретарь короля, и приказал явиться к нему в кабинет. Там, за закрытыми дверьми, король высказал мне всё, что хотел. Не сдерживаясь в выражениях, Оллиан больше часа отчитывал меня. Выплеснув гнев, король приказал расформировать мою исследовательскую группу. Джадд и Андрей получили приказы о переводе в южный гарнизон, а Энни попросили покинуть Королевскую академию и пожить в поместье у родителей, пока ей не подберут новое место работы. Вместо этого Энни просилась в гарнизон к парням. Аспирантов получилось пока оставить, но никто не давал гарантии, что это продлится долго.
На следующий день в академию приехал Фред. Мы долго сидели, напиваясь дешевым алкоголем, пока в голове совсем не осталось мыслей. Я перебирал в голове снова и снова каждое своё действие. Я пытался понять, где допустил ошибку, что сделал не так. Наверное, я вообще не должен был ей верить. Как я мог довериться иномирянке? Девушке, воспитанной в непонятном мне мире. Я знал о Земле только крохи информации, которыми она делилась. И неизвестно, чему из этого можно было верить. Лина – дитя иного мира, она воспитана и обучена по-другому. А я принял наши различия и даже пытался ценить их. Я должен был что-то заподозрить, должен был тщательнее следить за ней. Можно было действовать иначе. Следовало ограничить её перемещения. Нужно было следить за ней и не думать о посторонних вещах.
Я не мог поверить в то, что Лина ушла из-за конфликта со мной. Мы постоянно ругались с момента её появления. Слова Арасто на Совете зацепили меня, но я понимал, что это явная манипуляция. Умелая игра, чтобы советники встали на его сторону. Но всё это было неважно. Время шло, а Лина не возвращалась.
В очередной день, мало отличимый от предыдущего, я проснулся с головной болью, и поэтому сначала не поверил своим глазам. Вечером я заснул на диване в своём кабинете, а сейчас за моим столом сидела Лина и что-то писала. Я медленно сел, опустил ноги вниз и уставился на девушку.
– Что ты здесь делаешь? – тихо спросил я.
Лина коротко улыбнулась.
– Мне нужно написать письмо. В моём кабинете всё перевёрнуто, представляешь? Какой сумасшедший там что-то искал? Я ему всё выскажу.
Я резко встал, стараясь побороть головокружение, и подошёл к ней.
– Где ты была? – спросил я, стараясь не повышать голос.
– На Земле. Деяна пошла со мной, представляешь? Одна я, наверное, не смогла бы. Хотя не знаю, если ещё потренироваться…
Я сжал руки в кулаки.
– Потренироваться? Ты серьёзно говоришь это?
Лина нахмурилась и удивлённо посмотрела на меня.
– У тебя что-то случилось? Ты плохо выглядишь.
Я не сдержал смешок. Развернувшись, я отошёл на пару шагов, затем снова повернулся к ней. Я взглянул на беззаботное лицо девушки и почувствовал, как подступает гнев. Я ничего не мог сделать, и осознание собственного бессилия ещё больше распаляло меня. Я не понимал её с самого начала, и, видимо, уже не пойму.
– Как ты могла просто уйти? – прокричал я.
Лина смотрела на меня непонимающим взглядом.
– Тебе нет никакого дела до Светаны! Наверное, ты вообще бесчувственная! В мире каждый день умирают дети, каждый день страдают люди. Скоро вся магия уйдёт из мира, и весь наш мир погибнет. А тебе всё равно…
– О чём ты говоришь? Я тебя не понимаю.
Лина встала из-за стола и попыталась взять меня за руки, но я резко вырвался.
– Кассиан. Подожди. Что произошло?
Я с негодованием подошёл к ней и замер, пытаясь взять гнев
