Расставшись с Живущим-в-Прохладе, Тина взяла бот и полетела на Ни’Алле, где стояла яхта. Она всегда была лихим пилотом, так что до силарского спутника добралась в два счета. Стив и Поль уже побывали на яхте, поменяли комплекты кислородных баллонов – и опять на Рузу. Так и предполагалось, что их разведка займет больше времени, вот только зачем им бот понадобился?.. Потом Тина заглянула в салон, увидела на столике, рядом с коробкой из-под конфет, записку от Ивены – и поняла, куда делся второй бот.
Она-то рассчитывала отдохнуть… Оставив коротенькое послание Стиву, она переоделась, сунула в карман куртки пачку кредиток и две «торпеды» и снова забралась в кабину. Лейла – паршивка, идея наверняка принадлежала ей!
Сумасшедший бросок от Ни’Алле до Рузы – должно быть, Тина побила все местные рекорды, но сейчас даже думать об этом некогда. Она решила начать поиски в Солбурге. Город находился под землей, подобно всем остальным рузианским поселениям, и, пока бот проходил через автоматические шлюзы, Тина нетерпеливо вертела в пальцах найденную в одном из выдвижных ящиков батарейку для карманного компа. Кончилось тем, что она эту батарейку расплющила. За такое надо бить по рукам, как говаривал один тергаронский сержант – тоже, кстати, киборг.
В солбургском космопорте выяснилось, что эти две авантюристки добрались до Рузы благополучно, бот стоит здесь, а сами они где-то гуляют. Под носом у «Конторы»…
Тина сняла номер в ближайшем отеле, заперла дверь, обнаружила и вывела из строя приборы для наблюдения за постояльцами (когда-то ее поражало, с какой легкостью это делает Стив, а теперь она и сама так умеет), включила «торпеду».
– Луна оторвалась от стебля и скрылась во мраке весны, – первая фраза – пароль, строчка из лярнийского стихотворения (пусть вероятность ловушки ничтожно мала, не стоит сбрасывать ее со счета). – Я в Солбурге, в отеле. Мне срочно нужна твоя помощь, у нас проблема. Жду пятнадцать минут.
Лишь бы он не спал и не нежился в ванне… и не занимался любовью с Аминой… Лиргисо появился через десять минут.
– Давай к тебе, – шепнула Тина. – Там объясню.
– Фласс, это плоды твоего воспитания! – процедил Живущий-в-Прохладе, выслушав ее рассказ. – Я всегда говорил, что дети должны подчиняться взрослым, а у тебя сия древняя истина вызывала смех. «С девочками у нас никаких проблем!..» – он передразнил ее интонацию. – Ты меня сразила, как всегда.
– Хватит, – оборвала Тина. – Лучше собирайся.
– Я уже собираюсь! – он вынул из ушей и положил в одну из ячеек лярнийского столика серьги с сапфирами, стер косметической салфеткой помаду с губ и тени с век. – А где наш невинный шантажист?
– Они со Стивом все еще на Рузе. В смысле, на поверхности. Давай бегом!
– Обожаю этот твой унтер-офицерский тон…
Вообще-то, собрался он быстро. Изменил черты лица с помощью геля-наполнителя – он умел делать это за считаные минуты, свои мелированные зеленые волосы стянул резинкой на затылке. Исчез из комнаты, а когда вернулся, на нем были щегольские кроссовки, джинсы и куртка с заклепками – на Рузе многие так одеваются. На правой руке украшение-кастет: четыре перстня в виде бутонов, соединенных цепочками с браслетом на запястье. Если поступит сигнал, бутоны раскроются, каждый лепесток – миниатюрное изогнутое лезвие с зазубренной кромкой. Одно время он носил эту игрушку не снимая, пока она ему не надоела.
– Возьми это, – он протянул Тине передатчик. – Одноканальный. Если найдешь их, дай знать.
Они телепортировались в тот же номер, и потом Лиргисо исчез: у него в Солбурге было еще несколько точек для телепортации. Хоть он и загримирован, им с Тиной лучше не показываться на людях вместе.
Покинув отель, Тина направилась к ближайшей информ-кабине, когда-то прозрачной, а теперь до того исцарапанной, что ее стенки стали похожи на шероховатый мутный лед, чудом переживший оттепель.
Девчонкам повезет, если она обнаружит их первая, потому что от Живущего-в-Прохладе им достанется… Говорить он будет долго, доведет обеих до слез и даже после этого не остановится. Тина сердилась на Лейлу с Ивеной, но не настолько, чтобы обречь их на выслушивание его нотаций.
– Лейла, идем домой. Мы уже все тут посмотрели.
Девочки бродили по солбургскому рынку. Громадное, как стадион, гулкое холодное помещение, эхо сотен голосов отдается под сводами, где перекрещиваются небесно-голубые трубы и сияют плазменные лампы. На металлических прилавках россыпи деталей, подержанное геологоразведочное снаряжение, сигареты, кофе, спиртное в небольших бутылочках. Парень с шелушащейся, как после солнечного ожога, кожей предлагал «настоящие шоколадные конфеты с Ниара», всего-то за три сотни кредиток, дешевле не сыщешь, но Лейла с Ивеной, недавно умявшие коробку «Рубиконской короны», даже взглянуть на его драгоценный товар не захотели.
– Здесь это редкость, – шепнула Лейла, когда продавец от них отстал. – Пока довезут по «капиллярам»…
Истрепанные распечатки каких-то карт. Кристаллы и обломки, некоторые запаяны в прозрачные коробки, вот это уже поинтересней. Девочки долго разглядывали «норнианские кораллы» – разлапистые, как будто покрытые оранжевым или зеленовато-желтым инеем.
– Пойдем отсюда, полетели домой, – опять предложила Ивена. – А то они вернутся, а нас нет.
Она чувствовала, что уходить надо поскорее, но не могла объяснить Лейле, в чем дело. О том, что Ивена обладает задатками «сканера», знали только Стив, Тина и Поль, и она обещала Полю, что больше никому об этом не расскажет, особенно Лейле, ведь та может сказать Лиргисо. Поль не хотел, чтобы она стала настоящим «сканером», таким же, как он.
«Это причиняет боль. Тебе будет плохо, вроде как постоянно ходишь босиком по битому стеклу. Те „сканеры“, которых использует „Контора“, не от хорошей жизни сходят с ума». – «А как же ты?» – «А я привык».
Способности у нее были далеко не такие, как у Поля, и Ивена пообещала, что не будет развивать их, но кое-каким полезным вещам он ее все-таки научил – например, предчувствовать опасность и определять ее источник.
Вот и сейчас Ивена ощущала приближение опасности и знала, что им надо бежать отсюда со всех ног, а Лейла думала, что она просто ноет.
Ежась от холодного несвежего ветра, Саймон уныло переходил от прилавка к прилавку. Он уже приметил, кто здесь продает из-под полы запрещенные допинги (есть корк – настоящая бомба, не хуже мейцана), однако денег у него не было. Вот если бы что-нибудь стащить и на месте загнать… или там бумажник у какого-нибудь растяпы… Клисс печально шмыгнул носом и до упора застегнул «молнию» на куртке. И зачем врубать кондиционеры на полную мощность, если от обычной для герметичных городишек вони это все равно не спасает?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
