Капитан приказал погасить лишнюю «иллюминацию» и, связавшись с полицией Вила-ду-Порту, попросил прислать две патрульные машины, которые стояли бы у причала с включенными «мигалками». Такая мера должна была обеспечить некоторую безопасность, отвлечь внимание возможных наблюдателей и обеспечить незаметный спуск на воду «Барракуды».
Что касается Курта, то он пошел проводить Катерину, за которой должна была прийти машина.
— Твоя дуэнья пожалует, — сказал он, избегая произносить вертевшееся на языке «поводырь».
— Я не шпионка, — возразила она, — но так получается, что за мной всю жизнь кто-то присматривает.
— И как ты с этим справляешься?
— Привыкла. Но ты бы знал, как трудно было вырваться на свидание в Торино.
Курт принужденно рассмеялся.
— А этот парень?
— Сергей. Майор Сергей Комаров.
Прозвучало солидно. Какой-нибудь крепыш, кагэбэшник… точнее, фээсбэшник. Впервые в жизни Курт был этому рад.
— Держись к нему поближе. Запирай двери. Уверен, этих ребят интересует сейчас рыба покрупнее, но кто их там знает. Им известно, что ты их видела, пусть даже издалека и при слабом освещении.
— Я все так и сделаю.
— Не хочешь сказать, зачем ныряла к тому самолету?
Катерина улыбнулась, но покачала головой.
— Майору это может не понравиться.
— Ладно, тогда завтра или послезавтра.
Она посмотрела на него погрустневшими глазами.
— Боюсь, завтра утром нас здесь уже не будет. Может, больше и не увидимся.
— На это даже не рассчитывай. Я всегда хотел увидеть Россию глазами туриста. Может быть, приеду зимой и куплю себе огромную меховую шапку.
— Заходи в гости, — предложила Катерина. — Обещаю, ты и без шапки не замерзнешь.
Подъехала машина. Сергей вышел и молча открыл дверцу. Катерина поцеловала Курта и забралась в салон.
Через полчаса все это уже отошло в область воспоминаний. Курт и Джо мчались в «Барракуде» по чернильно-черным водам Атлантики, направляясь к магнитной скале. Достигнув цели примерно за два часа, они подошли к ней со всей возможной осторожностью.
— На гидролокаторе ничего не слышно, — сообщил Завала.
— Если они уже на месте, звук может быть, как в гравийном карьере. По крайней мере, в том случае, если они планируют взять значительное количество материала. И мы должны быть в пределах видимости. Включай свет.
Джо щелкнул переключателем, и длинные, тонкие лучи разбежались по подводному ландшафту, явив американцам рассеянные по дну остатки затонувших судов. Однажды Остину довелось побывать на дне лагуны Трак, где развернулось одно из крупнейших морских сражений Второй мировой войны. Военно-морской флот США потопил тогда шестьдесят японских кораблей и более двухсот самолетов. Обломки там распределялись по большей территории, чем здесь, у Врат Дьявола, но определенное сходство присутствовало.
— Давай пристроимся вон к той старушке, «Либерти», — предложил Курт. — Там мы будем почти невидимками.
Джо посмотрел на схему расположения обломков и мастерски направил «Барракуду» к песчаному участку справа от громадины корабля. Опустившись на дно, он в какой-то момент ощутил себя рыбкой в аквариуме. В борту затонувшего судна зияла огромная дыра.
— Выключай.
Завала пощелкал переключателями, и «Барракуда» мгновенно погрузилась в кромешную темноту.
Курт поднял руку, проверяя известное выражение «не видеть дальше собственного носа». Здесь и сейчас, до наступления рассвета, оно оказалось справедливым.
— Сколько у нас воздуха?
— Почти на десять часов.
— Что ж, — Курт постарался устроиться поудобнее, — остается только ждать.
Прошло четыре часа, когда Джо постучал его по плечу. Бодрствовать и спать решили посменно, по два часа, и Курт с надеждой подумал, что гости наконец прибыли.
— Что-то случилось? — Остин выпрямился и ударился сначала головой о колпак, а потом коленом о панель.
— Да. Солнце встает.
Курт посмотрел вверх. Через толщу воды просачивался бледный свет. Внизу оставалось темно, и единственным, что он видел, были люминофорные стрелки его дайверских часов, показывавших семь утра. Наверху, должно быть, уже рассвело.
Он снова попытался потянуться и снова неудачно.
— В следующий раз, когда будешь проектировать подлодку, предусмотри пространство для головы.
— Обязательно, — отозвался Джо.
— Это еще хуже, чем полет экономклассом в Австралию.
— Там, по крайней мере, дают поесть. Пусть даже только орешки.
— Да. — Курт подумал, что подготовиться могли бы и получше.
Откровенно говоря, он просто решил, что продукты не понадобятся. Больше всего его пугало, что они опоздают, и тогда их задача станет невыполнимой.
— Не понимаю. По моему разумению, им бы надо спешить, использовать по максимуму оставшееся время, не терять ни минуты. Слышишь что-нибудь в гидрофонах?
— Ничего.
— Точно?
— У меня эти наушники так давно, что уже в мозг вплавились. Тишина. Слышно только, как трахаются рыбки.
— Ты это слышишь? — недоверчиво спросил Курт.
— Слышу ритмичную музыку на заднем фоне, но я знаю, что они делают.
От долгого ожидания и сидения в одиночестве Джо определенно чуточку свихнулся, подумал Остин, потирая глаза и моргая. Слишком долго.
— Они не придут. Включи свет.
— Уверен?
— Слишком мало времени. Они и пробурить ничего не успеют, как уходить придется. Вот тебе и идея.
Джо начал с ходовых огней и приборной панели, а когда глаза привыкли к полумраку, включил главные внешние огни. Все вокруг осветилось знакомым желтовато-зеленым.
— Все на месте, — сказал Курт. Он, наверно, даже не удивился бы, если бы магнитной скалы не оказалось на месте, если бы она исчезла у них из-под носа. Но нет, скала была там, маячила вдалеке.
Остин посмотрел вправо, туда, где темнел корпус «Либерти», за которым они укрылись. Широкая дыра ниже ватерлинии, похоже, и была результатом рокового для корабля удара. Интересно, затонуло ли судно во время Второй мировой войны, как и корабли в лагуне Трак? Судя по состоянию корпуса, «Либерти» не был таким уж старым. Скорее всего, судно пролежало здесь не больше двух лет.
Курт перевел взгляд на ближайшие к «Либерти» обломки, то, что осталось от небольшого самолета, двухмоторной «Цессны». Катерина говорила что-то насчет «Констеллейшн», самолета с тройным хвостом и фюзеляжем из алюминия, легкого парамагнитного металла. Он лежал на самой границе этого участка, остатки этого самолета оказались ближе. Почему?
Курт посмотрел на другой корабль, траулер футов 90 в длину, растянувшийся чуть дальше самолета. Самое обычное рыболовецкое судно. С того места, где они сейчас находились, траулер был виден плохо, но Курт помнил, что проплывал над ним при первом погружении. Наростов на траулере было даже меньше, чем на «Либерти».
