Читаем без скачивания Боевая Магия - Тамора Пирс

— Там-то она и нашла твою еду.

— А люди её видели? — спросила Эвви, гадая, была ли она единственным человеком, заоравшим при виде гигантского вершинного паука.

Луво, похоже, это позабавило:

— Никто в этой земле не видит народ духов, если представители народа этого не желают. Они предпочитают жить тихо. Хватит вопросов, Эвумэймэй!

Робко, поглядывая на Дибан Кангмо, Эвви подползла к кастрюлям. Все они были холодными. Ей было всё равно. Она начала с чая, жадно хлебая его. Чай смочил её сухое, истерзанное горло. Потом она сосредоточила своё внимание на еде, зачерпывая ца́мпа, шарики из ячменной муки, и запихивая их в рот. Эти были с маслом и творогом. Обычно она бы выплюнула такое. Но сегодня их вкус был лучше, чем всё, что она пробовала прежде в жизни, даже лучше её обожаемого жареного баклажана. В другой кастрюле было острое рисовое карри с молодой бараниной. Эвви ела карри попеременно с цампа, пока в неё лезла еда. Только после того, как она уже не могла даже смотреть в другие кастрюли, чтобы узнать об их содержимом, потому что наелась до отвала, она с трудом поднялась на ноги, и подошла к обширному водному пространству рядом с её ложем.

— Я грязная, — сказала она Луво. — Я буду мыться.

Поскольку Эвви была весьма уверена в том, что он не знал, что такое «грязная», она объяснила:

— Я вся покрыта кровью, мочой, дерьмом и потом. Обычно от меня так не пахнет.

Она стала возиться со своей одеждой, снимая её с себя, один слой за другим. Ей и в голову не приходило стесняться. Говорящий булыжник и гигантский паук едва ли были кем-то, в чьём присутствии ей было бы неудобно быть обнажённой.

— Жаль, что у меня нет чистой одежды.

В зелёном свете, исходившем от расположенных повсюду светящихся пятен, было трудно сказать, но Эвви была почти уверена, что на некоторых предметах её одежды была кровь. Это имело смысл, учитывая то, что одежду она сняла с убитых людей.

Вода была очень холодной. «После всех этих купаний в холодной воде во время наших путешествий мне следовало бы уже к этому привыкнуть», — мрачно подумала она, — «но я не привыкла».

В неё подобно ножу вонзилось воспоминание о её кошках, сидевших на берегах бессчётных ручьёв и наблюдавших за тем, как они с Розторн ойкают в холодных водах. Эвви села на дне пещерного озера, и тихо позволила своим слезам течь свободно.

Наконец Эвви начала расчёсывать пальцами свои спутанные волосы. Когда они стали прямыми и достаточно чистыми, она выбралась на сушу.

Её грязная одежда исчезла. Рядом с её мшистой кроватью лежала кучка материи различных подсвеченных зелёным цветов.

— Есть одно закрытое место, — сказал Луво, когда она подошла ближе. — Оно похоже на тот «храм» Лошадей Грома, но оно — для моей горы, и гор моих братьев и сестёр. Твои люди приходят туда, и оставляют вещи для людей, которые там поют, и зажигают лампы, и кланяются вверх и вниз, как ты, только больше. А ещё они используют огонь, чтобы делать интересно пахнущий дым.

Эвви натянуто улыбнулась ему:

— Здешние люди поклоняются твоей горе и двум другим как богам. Они думают, что вы трое — мужья Королевы Солнца.

— Смехотворно! — сказал Луво. — Солнце вообще не является частью этого мира!

Эвви неуклюже присела, и порылась в горке одежды. Вскоре она оказалась одета в несколько слоёв цветастых шёлковых халатов, подбитых мехом. Луво каким-то образом также принёс несколько пар штанов, которые были ей впору после того, как она подвернула им штанины, и две пары подбитых мехом сапог. Одну из них она могла носить. Одевшись, она выпила ещё чаю, и снова легла спать.

Западная армия, состоявшая из более чем пятисот членов племён, жрецов и жриц, и шаманов, верхом на маленьких, крепких лошадях или на повозках, прибыла около полудня, пока Браяр варил снадобья в храмовой мастерской. Один из детей принёс ему весть о прибывших людях, но Браяр был занят, не давая вывариться самым действенным частям своих снадобий. Когда он взял передышку, Браяр сходил на стену, чтобы поглядеть на множество палаток и солдат в стенах храма и за его пределами. Уже только этот вид его рассердил. Он подумал, сможет ли он попросить своего нового друга, оранжевого каменного тигра, о разрешении снова поспать с ним той ночью.

Один из деревенских детей позже вернулся, чтобы дать Браяру и остальным лекарям знать, что с востока прибыл посланник. Браяра это не интересовало. Приближения Розторн он не чувствовал. Со смертью Эвви он сомневался, что с востока он может получить хоть каким-то хорошие вести.

Джимут принёс ему приглашение от Суды на ужин. Хотя работу на тот день Браяр закончил, приглашение он отклонил. Он собирался выклянчить еду у повара, и поесть в каком-нибудь уединённом месте. Но Суда решительно вошла в мастерскую, пока он заканчивал уборку, и схватила его за руку.

— Хватит прятаться, — твёрдо сказала она. — Ты будешь есть с нами, и не спорь.

Она не отпускала его, пока они не оказались в палатке, которую они с Параханом похоже использовали в качестве приёмных покоев. Стражники расставили на ковре блюда. Вокруг них были раскиданы подушки. Парахан уже был там, запихивая что-то в рот на куске лепёшки.

— Подождать не мог? — потребовала Суда.

Он проглотил и сказал:

— Браяр, садись. Не прячься, ладно? Мне её тоже недостаёт. Я знаю, что ты с ней был знаком дольше, но ты знаешь, что без неё меня бы здесь не было.

Его улыбка дрогнула.

— Она была слишком юной, чтобы обдумывать все последствия, как могли бы сделать мы с тобой.

Браяр кивнул. Он сел на подушку рядом со здоровяком, и взял блюдо. Он набрал туда карри, потом тупо уставился на еду, забыв, что он собирался с ней делать.

Суда забрала блюдо, и нагрузила туда мясо, лепёшки и колобки, помимо карри.

— Ешь! — приказала она. — Нас ждёт работа!

Она села на свою подушку, скрестив ноги, и набрала еды уже себе.

— Пока западные устраивались, прибыл ещё один посланник от Сэруго, — сказала она Браяру. — Она хочет, чтобы мы встретились с ней в Ме́лонаме. Это на северо-западе отсюда, по дороге в Гармашинг. Её солдаты переместили в восточные храмовые крепости столько людей, сколько успели, прежде чем наткнулись на слишком многочисленные для них имперские войска.

— Они попытались отступить к Крепости Самбачу, — внезапно сказал Парахан. — Ну, отступить-то они отступили. Только вот крепости там нет.

Браяр уставился на него:

— Что значит «крепости там нет»? Она не могла просто взять и уйти.

— В письме генерала сказано, что там, возможно, было землетрясение, — объяснила Суда. — Только она не помнит, чтобы они почувствовали настолько сильные толчки, чтобы обрушить целую крепость.

— А Эвви могла это сделать? Если она умирала? — прошептал Парахан.

Браяр покачал головой:

— То место было большим! Мы с ней в своё время частично обрушили дом, но что-то такого размера — нет.

— Эх, вот бы она это сделала! — выкрикнул Парахан.

Двое солдат сунули головы внутрь палатки. Суда махнула рукой, послав их прочь.

— Вот бы она обрушила крепость на этих убийц, — выдал её брат-близнец, но уже тише.

Браяр закинул руку Парахану на плечи, чтобы успокоить его:

— Мы придумаем кой-какие сюрпризы для их друзей, вот увидишь, — пообещал он.

Когда Парахан посмотрел на него, Браяр одарил своего друга маленькой, недоброй улыбкой:

— Мы заставим Уэй-шу пожалеть, что он вообще прослышал о нашем существовании.

Парахан накрыл ладонь Браяра своей:

— Да. Да, я думаю, что это — весьма великолепная мысль.

— Браяр, ты ещё не чувствуешь Розторн? — спросила Суда.

Он покачал головой:

— Но если мы направимся отсюда по северной дороге, то будет довольно легко ощутить её присутствие. Я дам растениям знать, куда мы направляемся. Она сможет проехать по нашему следу.

Когда Эвви проснулась, она обнаружила, что Луво находится там же, где он был, когда она засыпала. Гигантского паука рядом не было. Она почувствовала облегчение, хотя от Дибан Кангмо не получала ничего кроме доброты. Тем не менее, её действительно нервировало ощущение взгляда всех этих глаз.

В принесённых Дибан Кангмо кастрюлях оставалась еда. Эвви съела значительную часть того, что осталось. Украдёт ли паучиха ещё? Обитатели храма наверняка начнут гадать, куда девается их еда. К тому же, в храмах должны были размещаться беженцы. Дибан Кангмо что, крала еду, которая предназначалась им?

Эвви допила оставшийся чай, и осознала, что у неё есть ещё одна проблема, которую нужно решить.

— Мне, эм, нужна уборная, — сказала она Луво.

Потом ей пришлось объяснять, зачем нужны уборные, и почему она не могла делать это прямо на месте, подобно животным в горах. После всех этих слов он показал ей углубление в стене пещеры, где на полу было больше песка, чем камня. Потом она снова помылась. Завязывая свои волосы шарфом из кучи приношений, она набралась решимости, и сказала: