— Конечно, мистер Равель. Но речь идет не об ужине. Я бы хотел услышать о том, что было позднее. Когда вы покинули столовую?
— В половине двенадцатого, сразу после того, как Бендер ответил на очередной вызов. Это было очень волнующее ощущение. Я никогда его не забуду. Мое счастье, что в это время он, как я слышал, был уже давно мертв.
— Куда вы отправились?
— В свою комнату. Мне нужно было составить каблограмму в Париж и написать одно письмо. Я воспользовался телефоном в своей комнате, написал письмо и спустился в холл, услышав громкие голоса.
Местерс посмотрел на него, затем, проверив записи в своем блокноте, продолжал:
— Ваша комната, если я не ошибаюсь, находится на первом этаже, точно напротив будуара мисс Изабеллы Бриксам, не так ли? Хорошо, все в порядке. Проходя мимо, вы, вероятно, заглянули в будуар, а может быть, даже разговаривали с мисс Бриксам?
— Нет, я с ней не разговаривал. Хотя дверь и была открыта, но она сидела перед камином с опущенной на грудь головой, и мне показалось, что она спала. Мне не хотелось ее тревожить.
Наступила тишина. Местерс бросил взгляд на Гийо, сидевшего со скрещенными на груди руками. Инспектор мягко спросил:
— А где находился мистер Гийо Бриксам?
Равель вытаращил глаза.
— Гийо? Не понимаю, Гийо там не было.
— Вы заблуждаетесь, мой друг, — сказал хладнокровно Гийо, — вы не заметили меня, вот и все. Предполагаю, что вы не заглядывали в будуар. Если у вас явилась хотя бы тень подозрения, господа, спросите мою тетку.
Равелю все это было, очевидно, неприятно, и он неожиданно выпалил:
— Послушайте, у меня нет намерения причинять неприятности кому бы то ни было, а тем более вам, которого я считаю своим другом, но лгать полиции — этого я не желаю! Так можно угодить в тюрьму. Вас не было там, я в этом убежден, так как я подошел к двери и заглянул в комнату, если только вы не спрятались в шкаф. Мисс Изабелла сидела в большом кресле, а вас там не было.
— Очень жаль, — заметил Гийо, пожав плечами, — значит, два показания против одного, только и всего!
— Допросим снова мисс Бриксам, чтобы окончательно выяснить этот вопрос, — сказал Местерс. — Благодарю вас, мистер Равель. Скажите, когда вы спустились, чтобы отнести письмо, — это было приблизительно в полночь — вам пришлось снова проходить мимо будуара, тогда вы заглядывали туда?
— Нет. Погодите, кажется, дверь была закрыта, но я в этом не уверен.
Местерс закрыл свою записную книжку.
— Сегодня не буду вас больше беспокоить, господа, если только вы сами не хотите что‑либо добавить. Нет?
Все хранили молчание. На их утомленных лицах, при тусклом свете напоминавших восковые маски, отразилось что‑то подобное чувству облегчения.
— Я полагаю, нет необходимости оставлять моих людей сторожить комнату ночью, — произнес Местерс неуверенным тоном, косясь на Г. М.
— Вам виднее, — ответил тот.
Местерс посмотрел на лица полицейских, выражающие немую просьбу, и решил:
— Вот что, друзья, ступайте‑ка вы спать! Думаю, что на эти сутки событий было больше чем достаточно. Вряд ли что‑нибудь произойдет до утра, оно уже наступает.
Они попрощались. Хозяин дома проводил всех до подъезда.
— Мне очень жаль, что опыт оказался таким невеселым, — обратился лорд Ментлинг к сэру Джорджу, Терлену и Г. М. — Я невольно втянул всех вас в эту чертовщину.
— Не извиняйтесь, Аллан, — ответил сэр Джордж, — я бы ни за что на свете не согласился пропустить это представление. Думаю, что остальные разделяют мое мнение.
— Несомненно, — сказал Терлен, — удивительно, но преступление притягивает людей, подобно магниту.
— Интересно, чем это объяснить? — произнес задумчиво Г. М., когда они садились в машину.
— Все необычное привлекает людей, а преступление, слава Богу, еще не вошло в быт как нормальное явление повседневности, — сказал Местерс, — сколько бы ни болтали о росте преступности!
— Вы уверены в этом? — спросил сэр Джордж. — Опасаюсь, что в этом мире пресыщенных скоро и зверское убийство перестанет щекотать нервы даже пятилетнему ребенку, мы идем к этому быстрыми шагами, поверьте. Нас, людей старшего поколения, преступления еще способны волновать, в этом сказывается, вероятно, наша старомодность.
— Какой же у вас дальнейший план действий, Местерс? — спросил Г. М.
— У меня есть несколько идей. Но я был бы очень вам признателен, сэр, если бы вы приняли деятельное участие в расследовании этого дела. И вы также, господа, можете оказать мне ценную помощь, — точно спохватившись, вежливо прибавил Местерс, обращаясь к сэру Джорджу и Терлену.
— Ну что же, господа, я, конечно не откажусь. Тем более, я считаю себя в некоторой степени ответственным за происшедшее. Если бы я не допустил этого опыта…
— Аллан бы все равно провел его, с нами или без нас, — заявил сэр Джордж, — я знаю его характер!
— Что вы скажете, господа, если я попрошу вас всех завтра утром заехать ко мне в канцелярию? На утро у меня назначена важная встреча, и я не смогу покинуть свой кабинет. Там никто не помешает нам обсудить подробный план действий. А до тех пор пусть каждый в отдельности подумает над этой задачей.
Все согласились и разъехались по домам. Начинало светать. Что‑то принесет завтрашний день?
Глава 11. Карточный домик
Сэр Джордж и Терлен уже целый час сидели в просторном кабинете Г. М. и пили кофе. Они уже успели обсудить события минувшей ночи и высказать различные предположения. Но все это нисколько не приближало их к решению таинственной загадки.
— А что случилось с инспектором Местерсом? Почему его нет до сих пор? — спросил Терлен.
— Кстати, он звонил мне сегодня домой в восемь утра, — сказал сэр Джордж.
— Что? Зачем же ему понадобилось беспокоить вас в восемь часов? — возмутился Г. М.
— Он просил, чтобы я ему составил протекцию в музей. Ему там нужно было получить какие‑то справки.
— Интересно, что он такое придумал? — задумался Г. М. — Он мне тоже сюда звонил перед самым вашим приходом. Буквально захлебываясь от восторга, он очень таинственным тоном сообщил, что даром времени не теряет и что ему уже почти все ясно в этом деле.
— Вот так здорово! — удивился Терлен.
— Хотелось бы знать, что ему удалось открыть?
— Он ничего больше не сказал, но, судя по всему, решил заинтриговать меня. Ну ничего, я его проучу, дайте только время.
— А меня все не покидает мысль, как я уже сказал, что это преступление каким‑то образом совершил наш друг Гийо. Его поведение в самом деле очень подозрительно, — сказал Терлен.
— Может быть, он даже сначала не собирался убивать Бендера, а только хотел что‑то срочно проверить в этой комнате? — поддержал его сэр Джордж.
— Но откуда он взял яд? И как проник в комнату? Кроме того, все слышали, как он удалился в другую сторону, — рассуждал вслух Г. М.
— Нет, он, должно быть, возвратился тайком, а все думали, что он ушел. Возможно, у него был дубликат ключа от двери. Он ждал в темноте и немного позднее проник в «Комнату вдовы». Как только он переступил порог, наш герой набросился на него, — продолжал рассуждать сэр Джордж. — Ах, зачем это понадобилось молодому олуху? Почему он не позволил убийце расследовать то, что он хотел?
Г. М. со злобой посмотрел на зазвонивший телефон.
— Как вы полагаете, кто это идет? Конечно, Местерс, он явится с торжествующим видом, гордый своим триумфом. Но погодите, я еще успею научить его уму–разуму! Если он добыл свое последнее доказательство…
Лицо инспектора действительно говорило об успехе. Он поздоровался общим поклоном и положил свой портфель на письменный стол.
— Добрый день, господа! — воскликнул он весело. — Вы, вероятно, догадываетесь, что я с утра провернул отличное дело! И, конечно, сгораете от нетерпения услышать новые данные, не так ли? — Несколько успокоившись под суровым взглядом Г. М., он сел и зажег папиросу. — Скажу яснее: я познакомился с личной жизнью мистера Бендера, и, хотя эти данные не дают нам ничего нового, они подтверждают мои предположения. Бендер жил в отеле «Блюм–Берри», очень близко от психиатрической больницы, в которой иногда требовались его услуги. Я разговаривал с его квартирной хозяйкой: ее показания подкрепили мои подозрения. Даже в отношении такой мелочи, как, скажем, мозоли.
— Что?! — воскликнул сэр Джордж.
— Я сказал — мозоли, — повторил инспектор, показывая на свою огромную ногу. — Очевидно, вы не знаете, какой болезненной может быть такая мозоль…
— Это уже предел глупости! — возмутился Г. М., ударяя кулаком по столу. — Не могу больше его слушать! Не хотите ли вы случайно нас убедить, что Бендер убит при помощи какого‑то лекарства от мозолей?
