— Вот ее вы под землей не найдете. Я, собственно, пришел об этом сказать. Она ночью была у себя дома, в Дмитрове. Там мои ребята уже с недельку в засаде сидели. Так эта чертова девка при них в дом вошла, пистолет сперла и спящей сестренке на подушку кулон золотой положила. Эту сестренку, как выяснилось, она же и подожгла несколько лет назад. Ее чудом спасли и до сих пор операции делают.
— Я потрясен, — произнес после долгой паузы Слава. — Просто потрясен квалификацией вашего штата, господин Кольцов. То есть сидят они в засаде, вооруженные, все, как полагается. Приходит та, которую они ждали, юная засранка, по сути, и с легкостью завладевает оружием, да еще пробирается к полуживому ребенку! Паша, что ты об этом думаешь?
— Я думаю, — неторопливо начал Павел Иванович, — что если Ксения Бройдо уехала с дачи вместе с Дарьей Майоровой, то мы правильно делаем, что не ищем ее на Мальдивах. Маньячка-то у нас типичная, не убивать не может. Не знаю, что за хмырь был этот Селиванов, но если девицы после дачи поехали к нему, то не Майорова ли там поработала? Как мне помнится, он был убит примерно так же, как Коркин, с немотивированной жестокостью, да и как Михайлов тоже. Слава, срочно поднимай дело об убийстве Селиванова, сравни отпечатки пальцев с теми, которые сняли в квартире, где прикончили Коркина.
— Но она оставляет тела там, где убивает. А тела Ксении Бройдо не было в квартире Селиванова.
— Она могла ее убить до или после. Слава, занимайся оформлением разрешений. Звони магнату. Роем в прямом и переносном смысле на даче Ветрова и вокруг квартиры Селиванова. Подключай этого отставного опера.
— Я могу быть рядом с вами в эти трудные минуты? — спросил Сергей.
— Будь! — велел Павел Иванович. — Подключай свою команду, если она в состоянии после облома. Возможны ситуации, когда наши со Славой руки будут скованы законом.
— Я отвлеку вас еще на минутку. Что касается скованных рук. Пока мы будем искать убийцу, возможные трупы, Сизов передаст дело в суд на Серкова, бомжа, помните? И к тому времени, когда у вас все будет готово, этого беднягу осудят и прикончат на зоне, чтобы ничего не всплывало. А Сизов получит следующее звание.
— Что ты предлагаешь? — заинтересовался Слава.
— Мне нужно полчаса вашего времени. У меня есть интересное досье на Сизова, когда он числился «оборотнем». Мне кажется, будет убедительнее, если мы предъявим ему это вместе.
— А что, Паша, — в глазах Славы вспыхнуло вдохновение. — По-моему, это интересно. И не мешает делу революции!
Глава 22
Никита стал пленником в своей квартире. Он не сразу понял, насколько все серьезно. Когда он вез Дашу к себе домой, то думал лишь о том, как она испугается, когда поймет, что он решил с ней разобраться всерьез. Его план был таким продуманным и жестоким, что, когда они вошли в квартиру, он даже решил оттянуть удовольствие. Предложил выпить, поболтать, поставил на стол бутылку виски… Он не помнил, когда и почему провалился вдруг в тяжелый сон. Но когда проснулся и увидел над собой ухмыляющуюся рожу этой шлюхи, сразу понял, что попал в беду. Она сидела в кресле рядом с диваном, а на коленях у нее лежали два пистолета. Один из них точно его. Поймав его взгляд, она медленно, издеваясь, вытащила из кармана джинсов его часы с бриллиантами и поводила перед его носом.
— Такие классные, честно. И точные, как кремлевские куранты. Мы теперь будем на них смотреть и считать, как долго тут проколбасимся. Как голубки, е-мое! Я не спешу. А ты?
Она встала и продемонстрировала ему обе связки ключей от квартиры. Его дверь закрывалась изнутри ключами, и теперь они все у нее. Даша картинно сунула обе связки под ремень своих джинсов. Никита прикрыл глаза и стал лихорадочно думать. Он сильнее ее, у него тренированная реакция, он знает технику внезапного нападения. Он справится с этой бешеной тварью. И уж тогда… Каждый нерв его вибрировал от ненависти и жажды мести.
— Точно, поспи еще, — донесся до него Дашин голос. — Если по правде, я тебе лошадиную дозу клофелина сыпанула. Это ты с перепугу проснулся. Бздишь, фраер. Думал, Дашка — так себе, Красная Шапочка. А теперь видишь, как все получилось. Я, между прочим, тебе вставать пока не разрешаю. Захочешь в туалет, попросись, я отведу, — последние слова она произнесла невнятно, с набитым ртом. Она издевалась над ним, а сама спокойно ела и пила!
Никита из-под полуопущенных ресниц оценил расстояние между ними, увидел, где теперь лежат пистолеты, и весь собрался для броска. Он подождал, пока она плеснула себе в стакан виски, а сама потянулась за куском холодного мяса, и рванулся. Страшная боль настигла его в полете. Она прострелила ему колено! Никита корчился на полу, скрипя зубами, а мозг его в страшной панике сигналил: «Она — убийца! Она — сумасшедшая убийца — маньячка!»
* * *
Сизов напрягся, когда Сергей с Калининым и Земцовым вошли в его кабинет. Не испугался, не встревожился, а злобно набычился, как любой зарвавшийся подонок, которому многое сходило с рук.
— Привет, — улыбнулся Сергей. — Я пришел, как обещал. Ты не очень соскучился? Моих друзей тебе представлять, видимо, не надо. Вы, можно сказать, коллеги, это я — так, сбоку припеку.
— В чем дело? — сквозь зубы поинтересовался Сизов.
— Да все в том же. Мы, старичок, решили помешать тебе повысить раскрываемость преступлений.
— Да что ты говоришь! И каким же это образом? Вам, господа офицеры, лучше меня известно, кто распорядился ваше дело закрыть, а мое открыть.
— Да, был один звонок, — неторопливо согласился Павел Иванович. — И я тогда даже не удивился, что руководство, прямо скажем, МВД так опекает районного следака, который к тому же в Москве работает без году неделя. Но я тогда не знал, насколько ты у нас гусь непростой. Ты, может, для кого-то золотой гусь. Я так подумал, когда папочку эту просмотрел.
— Понятно, что вы притащили. Только против меня дело прекращено, так что ничего у вас не выйдет.
— Павел Иванович, разрешите я объясню товарищу, он ведь не понимает. — Сергей придвинул стул впритык к Сизову и преданно заглянул тому в глаза. — Дело ведь не в том, что ты в Красноярске в составе милицейской банды машины угонял, убивая владельцев, людей в рабство продавал, женщин насиловал. Это действительно прокуратуре и суду показалось мелкими человеческими слабостями. Причем только в твоем случае. Подельники твои получили на полную катушку. А тебя в столице устроили, как бесценный кадр. Но… обрати внимание на этот миленький диск… Здесь один очень информированный человек рассказывает в сауне нетрезвым приятелям, как ты у Коли Красноярского из-под носа общак увел. И сколько миллионов баксов там было. И как по-хозяйски ты это дело употребил. Кому и сколько дал в прокуратуре, кому — в МВД. Какой особняк на имя жены воздвиг на Клязьме, какую виллу в Испании прикупил на имя покойной бабушки. И сколько еще осталось. Интересно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
