2) как источник информации о самом себе, о своём поведении и своих действиях, связанных с преступлением; например, таковыми становились лица, оставившие следы на месте преступления, и т. д.
Впрочем, надо сказать, что тема личности интересовала криминалистов ещё задолго до Ганса Гросса. Так, Людвиг фон Ягеманн, родоначальник западногерманской криминалистики, в своем «Руководстве по судебному расследованию», изданном в 1838–1841 гг., уже тогда предпринимал попытки типизации допрашиваемых лиц по их личностным характеристикам.[400]
Немало внимания вопросам личности участника уголовного судопроизводства уделяли и такие известные зарубежные криминалисты, как Р. А.Рейсс — автор книги «Научная техника расследования преступлений» (1912)[401], А.Вейнгарт — «Уголовная тактика: Руководство к расследованию преступлений» (1912)[402] и другие ученые.
В отечественной криминалистике, находившейся под заметным влиянием западногерманской криминалистики, также с повышенным вниманием стали относиться к проблеме личности участников уголовного судопроизводства и к её изучению, о чём можно судить уже по первым монографическим работам российских учёных-криминалистов. В этих работах, так или иначе, затрагивались вопросы личности участников расследования уголовных дел. Правда, их теоретические разработки в основном касались исследования личности преступника и свидетеля, сведения о которых рекомендовалось использовать следователю в работе с ними.
Между тем разработки отечественных ученых не ограничивались использованием данных о личности в судопроизводстве. О широте диапазона исследований личности, проводимых российскими криминалистами еще до революции, говорит, в частности работа известного ученого Е. Ф.Буринского, вышедшая в свет в 1903 году под названием «Судебная экспертиза документов, производство ее и пользование ею». В ней автор, по сути дела, заложил теоретические основы изучения личности по почерку.[403]
В 1916 году появляется монографический труд еще одного отечественного криминалиста Б. Л.Бразоля, в котором автор также уделил достаточно внимания вопросам личности участника уголовного судопроизводства.[404]
Одним из первых советских криминалистов, обратившихся к проблемам получения показаний от свидетелей и их оценки, стал И. Н.Якимов, рекомендовавший учитывать при общении с ними особенности их личности.[405] Он же писал о необходимости изучения преступника с точки зрения характерных особенностей его личности, формирующих преступные наклонности субъекта криминальной деятельностии т. д.[406]
Не менее значимыми для формирования криминалистического учения о личности участников уголовного судопроизводства стали научные разработки еще одного известного советского ученого-криминалиста — В. И.Громова, который обратил внимание на крайнюю важность учёта особенностей личности допрашиваемого на эффективность общения с ним во время допроса.[407] То же отмечали и авторы первого учебника по криминалистике для высших учебных заведений, подготовленного под редакцией А. Я.Вышинского в 1938 году.[408]
Между тем, анализ научных работ, изданных в дореволюционный и послереволюционный период отечественной истории вплоть до начала Второй мировой войны, показал, что за эти годы удалось создать лишь предпосылки для теоретического обобщения и обоснования необходимости разработки учения о личности как самостоятельной частной криминалистической теории. И только с середины ХХ века в отечественной криминалистике начинается целенаправленная разработка учения о личности участников уголовного судопроизводства. Такое стало возможным не только в связи с начавшей интеграцией криминалистических знаний, прежде всего с такими науками как уголовный процесс, криминология, судебная психология, но и в связи с интенсивным развитием теоретической базы криминалистики, с разработкой и созданием частных криминалистических теорий. Успехи науки на этом поприще и стали источником для формирования новых криминалистических учений — прежде всего, учений о личности обвиняемого и потерпевшего.
В 1973 году выходит в свет работа Цветкова П. П. «Исследование личности обвиняемого».[409] В том же году Ф. В.Глазырин успешно защищает докторскую диссертацию на тему «Криминалистическое изучение личности обвиняемого».[410] В 1972 году впервые поднимается вопрос о виктимологии как о новом направлении теории и практики борьбы с преступностью.[411] Позднее, в 1988 году издается монография Е. Е.Центрова «Криминалистическое учение о потерпевшем».[412] Не остаются без внимания и проблемы криминалистического изучения личности свидетеля.
Действительно, с момента формирования и становления науки криминалистики, как мы видим, осуществлялось обобщение и систематизация эмпирических фактов относительно личности участника уголовного судопроизводства. Вместе с тем подобные обобщения еще не могли образовывать частные криминалистические теории, поскольку, как справедливо отметил Р. С.Белкин, развитая теория не является следствием простого обобщения эмпирических фактов, между ними существует еще одно звено — отдельное теоретическое обобщение, отличающееся меньшей степенью общности.[413]
И вот, начиная с 40-х годов, знания о личности участника уголовного судопроизводства начинают достигать своей зрелости, что позволило ученым-криминалистам осуществлять переход от отдельных теоретических построений к частным криминалистическим теориям различного уровня общности.
В 1938 году выходит статья С. М.Потапова «Принципы криминалистической индентификации».[414] Данная криминалистическая теория, хотя напрямую и не посвящена личности участника уголовного судопроизводства, но тем не менее затрагивает многие проблемы, связанные с ней. В 1940 году издается монография А. И.Винберга «Криминалистическая экспертиза письма», в которой определены научные основы криминалистического исследования письма, что позволило в дальнейшем проводить идентификацию личности.[415] Так продолжается вплоть до 60-х годов 20 века.
Начиная с указанного периода, криминалисты, следуя общему направлениюперсонификации во всех гуманитарных науках и осознавая важность и исключительность личности участника уголовного судопроизводства как источника криминалистически значимой информации, начали работу над формированием соответствующих частных криминалистических теорий.
В этой связи, с учетом имеющегося теоретического и эмпирического материала, появились объективные предпосылки для формирования частного криминалистического учения о личности малолетнего как участника уголовного судопроизводства.
К таковым можно отнести следующие предпосылки:
С момента возникновения гуманитарных наук в XVIII веке, личность человека, сам субъект научного познания становится объектом научных исследований. Подобная субъектно-объектная трансформация с веками лишь укрепляла общую тенденцию персонификации в различных отраслях гуманитарного знания.
Наличие процессуальной феноменальности малолетнего участника уголовного судопроизводства, вследствие чего на первый план встает необходимость и важность обеспечения его прав и законных интересов.
Выработка единой методологии изучения личности малолетнего участника уголовного судопроизводства.
Как следствие, определение и выявление тактических особенностей как получения информации о личности малолетнего участника уголовного судопроизводства, так и использования полученной информации о ней в целях обеспечения его прав и законных интересов и повышения эффективности предварительного расследования и судебного следствия
