class="p1">Прошло время, и не только эти «овощи», но и считавшиеся более преданными, отвернутся от своей Железной леди. Всему есть предел в этом мире.
В тот день «Таймс» опубликовала занятную фотографию. Вернее, снимок обеспокоил тех, кто был в курсе работы кабинета министров Великобритании. Большинство людей едва ли помнили всех министров или волновались из-за замены одного другим. Но здесь стоило задуматься.
На фотографии кабинет министров Маргарет Тэтчер первого года ее правления - те, с кем она начинала свою работу в качестве премьера. К июлю 1989 года все до единого были заменены. Кроме самой Тэтчер, разумеется.
Поводом для публикации явилась отставка Джеффри Хоува. Хоув был министром финансов в самом первом ее правительстве, а в этом - министром иностранных дел. Но его восприятие внешней политики в корне отличалось от взглядов Маргарет Тэтчер. Джеффри утверждал, что Британия должна занять ведущее место в локомотиве по имени Европа, а не плестись в хвосте. Тэтчер же категорически противилась участию в объединенной Европе и предпочитала плестись в хвосте США, впрочем, как и ее кумир Уинстон Черчилль.
Формально Тэтчер повысила Хоува, назначив его своим заместителем взамен отправленного в отставку (официально по состоянию здоровья) Уайтлоу. Но заместитель при таком премьер-министре, как Тэтчер, с ее крайне авторитарным стилем правления, был не больше чем мальчиком для битья.
Взамен министром иностранных дел был назначен послушный ставленник Тэтчер Джон Мэйджор.
Премьер-министр, словно предчувствуя что-то нехорошее, принялась тасовать министров - тринадцать из двадцати двух либо сменили министерства, либо вовсе покинули кабинет.
В октябре новое потрясение: в отставку подал министр финансов Лоусон, фигура очень серьезная и уважаемая. На его место назначен... все тот же Джон Мэйджор. Как удобно иметь под рукой послушного мальчика (позже Джон Мэйджор заменит на посту премьер-министра саму Тэтчер по ее же воле).
- Премьер-министр, не намерены ли вы изменить свой стиль руководства в связи со столь серьезными переменами в кабинете министров?
Репортер имел в виду слишком авторитарный, не подразумевающий ни малейших возражений стиль Тэтчер. Та пожала плечами:
- Конечно, нет! Не могу же я изменить Маргарет Тэтчер.
А зря, дочь Альфреда Робертса забыла мудрость: не меняются только глупцы.
Джеффри Хоув выдержал свое положение боксерской груши для премьер-министра только до начала ноября.
Именно с его отставки начинают отсчет стремительного падения Железной леди.
Так ли важна отставка заместителя премьер-министра?
Важна была не она сама, но последовавшие выборы лидера партии.
По уставу тори выбирают лидера партии ежегодно, но в последние одиннадцать лет это было чистой формальностью, авторитет Маргарет Тэтчер в партии оставался непререкаемым. Уверенная в том, что это навечно (она приписывала исключительно себе победы тори на общих выборах), Тэтчер назначила перевыборы лидера партии на 20 ноября:
- Пусть консерваторы поймут, что я не просто лидер партии, но государственный деятель международного масштаба!
Это был самоубийственный шаг, ведь 20 ноября Маргарет Тэтчер должна присутствовать в Париже на Международной конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе наряду с лидерами США, СССР, ФРГ и Франции.
За неделю до этих выборов Хоув и объявил о своей отставке, и как объявил!
В тот день впервые состоялась прямая телевизионная трансляция из палаты общин (обычно выступления показывали «нарезкой»).
Пока Джеффри Хоув говорил о своем несогласии с политикой премьер-министра в отношении Европы, ничего страшного не происходило, несогласные бывали всегда, они просто подавали в отставку, которую Тэтчер легко принимала. Но послушный и терпеливый Хоув вдруг заявил:
- Внутренний конфликт между лояльностью к премьер-министру и верностью тем идеалам , которые я считаю подлинными интересами для нашего государства, стал слишком серьезным. Потому я ухожу! Пришло время и другим искать ответ в этом трагическом противостоянии лояльностей. На поиски своего ответа я потратил, кажется, слишком много времени.
Актер и драматург Рональд Миллар, не раз писавший тексты для Тэтчер, невольно восхитился выступлением ее бывшего заместителя:
- Еще никогда. работа по уничтожению не производилась с таким артистизмом. Все было сделано с хирургической точностью. Всего за восемнадцать минут выступления Хоув вырыл политическую могилу, положил в нее тело, произвел эксгумацию и даже успел сделать вскрытие. И это все на глазах его собственной жертвы.
Никогда еще Хоув, прославившийся своей мягкостью и нерешительностью, кажется, неспособный к твердым заявлениям, не говорил столь точно и резко. В тот день многие оценили способность Джеффри Хоува готовить и произносить речи, к сожалению, для Тэтчер это была тяжелая оценка. Она невольно с досадой процедила сквозь зубы:
- Я не думала, что он сможет сделать что-нибудь подобное.
Сама Тэтчер в «Воспоминаниях» писала только о предательстве Хоува, не оценив должным образом точность и силу его выступления.
Как бы то ни было, теперь выборы лидера партии не предполагали стать формальностью. И то, что Тэтчер назначила их на время своего отсутствия, свидетельствовало о ее крайней самоуверенности. Было бы достаточно лишь перенести выборы на неделю позже, чтобы, подписав Договор о сокращении вооружений и по возвращении из Парижа поведав коллегам по партии и всему английскому народу о своих встречах с Джорджем Бушем - старшим, Франсуа Миттераном, Гельмутом Колем и Михаилом Горбачевым, набрать множество очков и остаться на посту лидера партии. Но дочь Альфреда Робертса решила, что она выше внутрипартийной суеты, по скольку занята международными делами. «А овощи?» Как обычно, промолчат.
Когда Тэтчер пытались намекнуть на то, что неплохо бы лично присутствовать в день выборов или приложить хотя бы какие-то усилия для укрепления своей позиции в парламенте, она возмутилась:
- О каком противостоянии может идти речь?!
Тэтчер самоуверенно считала, что в партии у нее нет и не может быть не просто достойных, но и вообще соперников! Партия в кармане и послушно подтвердит ее лидерство. А как же иначе? Что может измениться из-за всего одной блестящей речи Джеффри Хоува? Да ничего!
С ее стороны кампания практически не велась, Маргарет и слышать не желала о каких-то дополнительных усилиях. Все министры кабинета и большинство членов парламентской фракции тори были обязаны лично ей своим выдвижением и положением, разве они могут, подобно Хоуву, выступать против?
Выступили...
Для пятнадцатипроцентного перевеса над главным соперником Майклом Хезелтайном Тэтчер не хватило четырех голосов. Предстоял второй тур.
Услышав о результатах первого тура голосования, Маргарет сделала то, что привело в шок многих ее сторонников. Не посоветовавшись ни с одним из них, даже не побеседовав, она немедленно объявила прессе:
- Естественно, мне очень приятно, что меня поддержало больше половины парламентской фракции партии, и я разочарована, что
