со мной честен, вчера и сегодня. А теперь, не можешь ли ты мне вернуть рукописи?
— По крайней мере, я попытался, — пожал плечами Анхельм, вынимая из-за пазухи уже весьма помятые и замызганные бумаги мага хаоса, которые он вытащил из моей сумки пару минут назад.
Я аккуратно вынула рукописи из его рук, до последнего опасаясь, что он их сожжет, но тот, казалось, был настроен если не миролюбиво, то по крайней мере нейтрально.
А затем он ушел, и я осталась одна. Прислушиваясь к шуму за пределами повозки — лагерь снимался, и мы вновь оставались путешествовать небольшой компанией. Анхельма с нами уже не было, но зато к нам присоединились двое степняков, которые должны были проводить нас до границы с Тайрани. Но в любом случае, ввосьмером путешествовать гораздо тише и быстрее, чем в караване из нескольких сотен человек, добрая треть из которых это женщины и дети. Хорошо хоть, что меня, в силу моей "болезни", не стали привлекать к утомительным церемониям прощания.
Дальнейший наш путь до Тайрани был лёгок и необременителен, правда, не без некоторых сложностей во взаимоотношениях. Выяснилось, что присутствие Хеля, которое казалось лишь накаляло обстановку в нашем отряде, на самом деле позволяло сохранить баланс сил. Было четыре стороны: Эрик и я, Уна и Бергель, и третьим, независимым крылом были Иса, Тари и Анхельм. И если вороненок и шаноэ предпочитали делать вид, что некоторые разногласия внутри тайранцев их не касаются, то некромаг принимал в них деятельное участие, умудряясь распутать даже самые сложные ситуации. Теперь же раздражение накапливалось, не находя выхода.
Развязка должна была быть скорой, и скорее всего, весьма неприятной — когда ругаются боевые маги, редко всё заканчивается мирно. До дуэли конечно не дойдет, но и без силовых методов едва ли обойдемся — всё к тому и шло. Но конфликт разрешился сам собой, когда нам пришлось столкнуться с внешним врагом — бушующей стихией.
Как сказали нам степняки, до границы мы должны были добраться к середине третьего дня, а значит, нам оставалось не более двух ночёвок на территории Великих Степей. Хотя степями местный ландшафт было назвать уже сложно — поверхность земли перестала быть уныло плоской, сменившись столь милыми взгляду тайранцев холмами. Правда я, выросшая на северо-западе, была больше привычна к чуть более цивилизованному пейзажу, но мысль о том, что я вот-вот окажусь на родной земле, делала меня почти благодушной. Ключевое здесь слово "почти" — я совсем не была уверена, что возвращение домой будет столь уж радостным. Я возвращалась не победительницей, а побежденной, потерявшей драгоценную дочь дома Майстеров лишь только потому, что с головой увязла в собственных проблемах.
Как бы то ни было, пока мы всё еще находились на территории Степей, так что все проблемы с моей семьей откладывались еще на некоторое время, уступив место более насущному вопросу — где нам стоило переночевать.
— Здесь неподалёку, чуть западнее от нашего пути, есть скалистая гряда. Есть смысл остановиться на ночь там, — переговорив со степняками, сообщил нам Бергель.
— А что, разве в этих землях опасно? — спросила я. — Я бы предпочла не соваться в горы без лишней необходимости.
Гор я не то что боялась, просто знала, насколько они могут быть коварны и непредсказуемы. И хотя здесь явно не могло быть таких оползней и обвалов, как в салдорских ущельях, но мы могли столкнуться с другой проблемой — такие места нередко становились прибежищем не только утомленным спутникам, но и всяческим бандитам.
— Это не то, чтобы горы — просто скалистый массив. Если бы здесь жили тайранцы, давно бы его растащили на строительство домов, а так этот кусок камня, пусть и очень большой. Но там есть пещеры, где мы можем переночевать.
— Ночи с каждым днём всё теплее и теплее, мне даже стало нравиться засыпать под звёздным небом. Для чего нам менять свой путь? Так мы лишь потеряем несколько часов. — спросила Уна недоуменно.
— Надвигается талсуанская буря. Я уже с утра чувствовал, что с погодой что-то не так, и степняки подтвердили мои опасения. Они же и предложили укрыться в пещерах.
— С этого и стоило начинать.
Весенние бури Талсу — событие редкое, но весьма неприятное. Недаром степняки редко весной наведываются в эти земли, а тайранцы, живущие неподалёку — все как один имеют в своих домах крепкие подвалы. Я с тревогой взглянула на небо — а оно действительно начало темнеть.
— Сколько у нас времени?
— Достаточно, чтобы добраться до скал, и даже с запасом. Можно не торопиться, тем более что в худшем варианте событий мы на эти скалы еще насмотримся.
— А что, они так долго длятся, эти талсуанские бури? — с тревогой спросил Эрик, но Бергель не соизволил ответить. Вместо него ответила я.
— Я слышала, что самые сильные весенние бури длятся до трёх-четырёх дней. Надеюсь, эта буря не из таковых.
Мысль, что я надолго останусь запертой в маленьком пространстве с этими людьми, приводила меня в ужас.
— Как того захотят боги, — пожал плечами один из наших проводников — лысый и усатый дядька лет пятидесяти. Его напарник, молодой мужчина с ослепительно белой улыбкой, в этот раз лишь хмуро покивал.
Хотя по словам Грима, время у нас было, мы всё заспешили, заставляя лошадей перейти почти на бег, и лишь приблизившись к угрюмым низким скалам, несколько сбавили ход. Я окликнула молодого степняка, с некоторым трудом вспомнив его имя:
— Эсху, а что ты знаешь об этом куске камня?
— О, — оживился он, — старики говорят, что это место священно. Оно находится под покровительством богини Ниаз.
В степных богов, а тем более богинь, я не верила, но о богине Ниаз, которую почитают и некоторые еретики-тайранцы, я слышала. Богиня ветров и бурь. Вовремя же мы её вспомнили.
— Жертвы кровавые ей приносят там что ли? — ухмыльнулась прислушивающаяся к нашему разговору Уна.
— Когда-то приносили, — серьёзно ответил Эсху. — Она ведь и наградить может, и наказать — натравить своих прислужников — демонов талсу.
— В честь которых названы весенние бури?
— Говорят, — почти прошептал степняк, не обращая внимания на наши насмешливые взгляды, — что они появляются иногда в виде белоснежных кошек, посреди бури, чтобы утащить за собой человеческие души.
— Видела я подобных кошек, когда салдорцев по горам гоняла, — фыркнула воительница. — Их там, правда, по-другому называли. Воют по ночам так, как будто они реальные демоны, а размером не намного больше наших домашних охотниц за мышами. Тоже мне, демоны!
— Если стаей нападут — вполне и медведя завалить могут… — возразила
