38
В первом из названных помещений, дворце Пти-Бурбон, в 1621 г. был представлен «Балет Аполлона», во втором, Малом Лувре – балет «Природные силы» («Effets de nature») в 1632-м. Зал для игры в мяч держал тогда большой мастер и учитель этого дела Пьер Массон.
39
По словам Шарля Сореля, в 1621 г. в бушующих толпах, осаждавших зал дворца Пти-Бурбон, были замечены весьма странные персонажи: среди прочих зевак и ротозеев – некий провинциальный прокурор, одетый в мантию, приличествующую скорее появлению на заседании суда, чем на театральном представлении, и сопровождаемый супругой «в подвенечном наряде, пришедшемся бы по вкусу разве что девственницам ордена Святого Георгия», кучей малолетних детей и, наконец, держащей на руках последнего из появившихся на свет в этом семействе младенца кормилицей, голову которой венчал назатыльник фасона «рыбий хвост». В 1628 и 1629 гг. – возможно, в поисках обстановки поспокойнее – Людовик XIII танцевал в «Балете ради смеха» и в другом – под названием «Четыре части света» – за городом, в замке Сен-Жермен.
40
Франуса де Малерб, Теофиль де Вио, Никола Френикль, Гийом Кольте, Жан-Оже де Гомбо, Сигонь, Ла Шарне, Этьен Дюран, Буаробер, Пьер де Летуаль, Шарль Сорель, Энбер, Дювивье, Сципион де Грамон и тот, наконец, к кому король прислушивался в большей степени, чем к Другим, что давало ему право претендовать на звание «придворного поэта Его Величества» – Бордье.
41
В 1632 г.
42
В период правления Людовика XIII, с 1612 по 1643 г., на должности купеческого старшины сменились четыре президента, четыре советника Парламента, один государственный советник и два гражданских судьи.
43
Городские советники избирались на муниципальном собрании. Их могли освободить от должности, которая вообще-то считалась пожизненной, только лишив полномочий в присутствии нотариуса.
44
Эшевены избирались попарно, отсюда и необходимость ежегодного голосования.
45
Этот последний, полное название должности которого звучало так: «королевский и городской прокурор», бдительно следил за соблюдением интересов короны, часто в ущерб интересам собственно городским.
46
Городская стража, командовал которой полковник – как правило, из судейских – состояла из трех отрядов. Первым командовал капитан, вторым – лейтенант, третьим – прапорщик, все – выходцы из буржуазной среды, все – избранные на муниципальном собрании. Стражники, будучи солдатами-добровольцами, не получали никакого денежного довольствия (по крайней мере, как нам кажется, в период правления Людовика XIII), зато у них были многочисленные привилегии, главной из которых считалось освобождение от налога на вино, что позволяло этим хозяевам кабачков получать приличный навар от торговли спиртным.
47
Их избирали из глав городских участков и сенкантенье.
48
В одном из документов, датированном 27 февраля 1617 г., можно найти упоминание о том, что некоторые полки насчитывали до четырнадцати шефских рот. (Archives nationales, HI 1962).
49
Некий господин Руле, аббат де Ланьи, был в своем квартале полковником; некий каноник из собора Парижской Богоматери в своем – капитаном. При Генрихе IV офицеры городского ополчения выбирались королем и приносили ему клятву верности (Archives nationales, HI 1795, f-os 231 и следующие, 8 июля 1610 г.). При Людовике XIII, как нам представляется, все они, за исключением, может быть, полковников, избирались главами городских участков и полусотен (сенкантенье).
50
Для того чтобы избежать излишних расходов, Людовик XIII издавал многочисленные указы, среди которых 8 августа 1636 г. появился и такой: оружейникам и торговцам скобяным товаром, которые подворовывали, дороже продавая оружие, запрещалось, под угрозой штрафа в пятьсот ливров и конфискации лавки со всем имуществом, отпускать шарлевильские и седанские мушкеты с портупеями по цене выше 10 ливров за штуку, голландские мушкеты – 12 ливров, копья из Шарлевиля или Седана – 10-12 ливров.
51
Жан де Ланнель в «Сатирическом романе» (1624, с. 82-83) рассказывает о том, как однажды ночью, когда его герой, Эннемидор, ввязался на ночной парижской улице в закончившуюся битвой ссору с неким знатным сеньором, на шум прибежали человек тридцать-сорок (это были представители городского ополчения), и как они затем пустились преследовать участников этого поединка.
52
Отметим заодно, что купеческий старшина, эшевены, члены городского совета, квартальные надзиратели, сенкантенье и главы городских участков, пользуясь серьезными привилегиями, также не получали никаких должностных окладов; исключение составляли лишь с трудом возмещавшие их расходы на представительство так называемые «вознаграждения». И тем не менее «глас народа» обвинял их в том, что они используют служебное положение, «дабы обделывать свои делишки», а в частности, купеческого старшину и эшевенов в том, что они прикарманивают налоги, полученные от мелких служащих, ими же и назначаемых на должность (а кроме того, разносчиков сена и угля, gagne-deniers, jures-racleures и так далее), да и в том, что они устраивают махинации с рентой и спекулируют городским имуществом. Кудахтанье роженицы, 1622; Восстановление роженицы, 1622 (Le Caquet de l'Accouchee, Le Relevement de l'Accouchee)
53
Если верить небольшой по объему книжечке, выпущенной в 1615 г. под названием «Привилегии, данные королем буржуа города Парижа, пользующихся милостью короля за их службу Его Величеству», купеческий старшина столицы мог одновременно поднять по тревоге армию в двести тысяч человек. Однако это все-таки кажется преувеличением.
54
Особенно характерных для протестантских кругов этой буржуазии.
55
Казак – род плаща из четырех частей, скрепленных между собой не наглухо, а пуговицами или пряжками. Число застежек могло доходить до 150. Короткие казаки носили мушкетеры. – Прим. пер.
56
Куранта и бранль – чрезвычайно популярные при Дворе в ту эпоху французские танцы. – Прим. пер.
57
У короля, помимо его родного брата Гастона Орлеанского, были сводные братья – дети Генриха IV от фавориток.
58
«Великий бал богатой вдовушки из Бильбао», Париж, типография Лувра. (Impimre du Louvre).
59
Знаменитый португальский мореплаватель XV в. (иначе – Као), исследовавший устье Конго. – Прим. пер.
60
Этот буфет, приобретенный городом в 1619 г. за 18 049 ливров 12 су и 6 денье, был подарен Марии Медичи, но она оставила его в распоряжении эшевенов («Национальный Архив» – «Archives nationales», HI 1796, f-os 216 v° и следующие за ним).
61
В 1639 г. Ришелье, в свою очередь, захотел, чтобы его племянник, маркиз де Брезе, станцевал в Ратуше «Балет радости по поводу благополучного появления на свет монсеньора Дофина», впервые показанный в его особняке 8 марта. Высокопреосвященство вообще-то не пользовался популярностью в кругах буржуазии. Он послал к эшевенам Марка Пиоша де Лаверня, отца будущей графини де Лафайетт, поручив тому уладить все дела с представлением. 13 марта, когда толпа наводнила зал, вытеснив оттуда приглашенных, Брезе, как и другие танцоры из его труппы, отказался выступать перед сборищем негодяев. Пришлось перенести представление на 17 марта. Но в этот день беспорядок оказался еще более диким. Стражники позволяли войти всякому, кто даст им взятку. На подмостках жрали и напивались, как на ярмарке. Растаскивали угощение по домам. В дальнейшем эшевены поняли, что следует приобрести все необходимое для проведения празднеств и что Ратуше хорошо бы стать повеселее, так сказать, «гуманизировать» ее. Оборудование и инвентарь, закупленные тогда и хранившиеся в подвалах Ратуши, нередко использовались при Людовике XIV, который, однако, остерегался развлекать буржуазию танцами в собственном исполнении, потому что Фронда ясно дала ему понять: если понадобится, эта самая буржуазия восстанет против трона в одной связке с народом.
62
Вот несколько из них, которые можно рассматривать как средние. Франсуа дю Валь де Молен, маркиз де Фонтене-Марёй взял 2 января 1629 г. в аренду на четыре года у Жана Трюдена, казначея Франции, дом, расположенный на улице Платр в приходе Сен-Жан-ан-Грев, состоящий из одного, главного корпуса, за 6 000 турских ливров в год – а это на наши деньги примерно 9 000 франков. Другой пример. Никола Море, королевский гофмейстер, сдал 18 марта 1643 г. на три года Гаспару де Колиньи, маршалу де Шатийону, и его супруге Анне де Польньяк особняк на улице Бурбон в приходе Святого Сульпиция, с примыкавшими к строению большим и маленьким дворами, ангарами и конюшней, с колодцами, кухней и многими спальнями за 2 400 ливров в год, или 36 000 франков в нашем исчислении. (Из частной коллекции автора)
