Ошибки молодости, поверьте, так бывает. Я попросту забыл, что втолковывал мне дедуля в свое время. Когда ты подросток, всякие наказы и предупреждения типа "Не суйся в сомнительные авантюры, а если уж полез, трижды подумай и вспомни, что я тебе говорил и старайся не повредить себе и другим" запросто вылетают из головы. За это я и поплатился в свои двадцать (примерный возраст, как вы понимаете). В Дольмире фрайторские аристократы купили четырех рабынь. С женщинами легче управиться, верно? А я долго недоумевал, на кой аристократам четыре малопривлекательные крестьянки. Недоумевал до самого Храма, до самого Оракула, будь он трижды неладен. Ну а когда вспомнил, мне осталось только взяться за топор.
Безмозглый дурак.
До сих пор помню то чувство болезненного озарения, захлестнувшее меня в маленькой каморке, где я ждал, пока мои работодатели закончат внимать мудрости провидца. В голове будто вспыхнул обжигающий костер. Вскочив, я пристукнул парочку аколитов и вломился в зал Оракула с топором наперевес...
Я устроил выступление, достойное лучших актеров хараштийских балаганов из тех, что зазывают к себе голытьбу в базарный день. Амок в качестве режиссера, что может быть лучше? Шумовое оформление в виде бычьего рева и драматические монологи, составленные из ругательств. И топор, которым я сходу уложил трех фрайторских ублюдков. Их главный, герцог Барток Сплантерхут, успел прикрыться рабыней, загородив главный выход из пещеры. На подмогу Бартоку спешила храмовая стража...
Увы, мой амок не мог ждать, а равно и петлять по лабиринтам с тремя девицами на хвосте. Он знал, что я запомнил дорогу - ту, которой мы пришли, что кратчайший путь на волю лежит через Бартока.
Потому мой амок прорубился сквозь женщину. Одна жизнь за три, арифметика, доступная даже варвару. Я убил ее, и снес герцогу кусок черепушки. Оба тела повалились на камни.
Мерзкая история. Приключение, достойное кретина.
Тем не менее, я спас трех девчонок. Нам улыбнулась удача - настоятель Чедаак попался под руку. Он, ошалевший от моей наглости, сам командовал атакой. В круговерти боя я сграбастал его, и, как Барток, нагло выставил в качестве щита. Так мы и выбрались. Затем я использовал его в качестве заложника, и гнал перед собой около сотни миль, петляя следы. Но нас не преследовали - храмовники поверили, что я прикончу Чедаака, если увижу погоню. Пришлось дать слово, что я отпущу его живым. Слово варваров Джарси кое-что значит даже в Дольмире.
Однако я не обещал, что отпущу его живым в... гм, целом виде. Сперва я отдал его женщинам. Они сделали Чедааку больно. Надеюсь, он до сих пор икает, вспоминая мое имя, поскольку я имел наглость представиться.
После того, что я натворил, храмовники отчего-то невзлюбили варваров Джарси. Поэтому все наши доводили караваны до подножия гор, затем в дело вступал местный проводник, а гордый варвар дожидался работодателя в городской таверне, выпивая (в меру!) и крутя романы с местными забавами (в меру, конечно же, в меру!).
Такова, вкратце, моя история. Нет ничего хуже приключений, я это говорил и повторю. Грязная мерзкая работа.
Внезапно я вспомнил кое-что еще.
В Дольмир, к Облачному Храму, отправился мой сводный брат.
Эта мысль заставила меня подобраться. Взгляд, брошенный на лица праведников, не принес ничего нового. Кое-кто (не скажу, не спрашивайте!) снова опустил глаза, некоторые сделали вид, что заняты разговором, только Имоен дерзко на меня посмотрела. Никаких тебе подмигиваний. Она до сих пор дулась на меня за розыгрыш, девчонка.
При всем при том, у меня вновь возникло стойкое ощущение, что старину Фатика водят за нос. Праведники и трезвенники, или жулье и выпивохи - какая разница? Обман есть обман, на таких штуках я съел не один десяток собак.
Наорать на них, что ли? Ладно, попробуем разобраться спокойно.
- Мой сводный брат Шатци был нанят на днях, чтобы проводить к Храму каких-то людей. Это ваших рук дело?
Праведники оживились - перекрестные взгляды, восклицания и междометия. Никакой фальши.
- Давно? - Моя эльфийка даже привстала.
- Пять дней назад. Он, шустряк, наверняка уже пересек Ближний перевал в Галидорских горах. Нам за ним не угнаться. Ну, так здесь поработали вы?
Она переглянулась с принцем, тот медленно покачал головой.
- Мнение мое - то были люди Фрея, - молвил его надутое высочество, свистнув носом. Сказывались, видать, последствия ударов по лицу. Хотя, может, это было врожденное. Интересно, искривление носовой перегородки - лечится эльфийской магией? А геморрой?
- Уверены?
Длинногривый окаменел, поджав губы.
- Мы не подвластны гнилому помидору критики! Эльфы не гавкают, варвар!
Да-да, я варвар, спасибо, что напомнили, а то уже подзабыл.
- Не брешут, - поправил я, разглядывая Виджи. Она смотрела на двери за моей спиной. - И не лают. Но укусить - могут.
- Бог-ужасный, варвар! Мы не знаем правды людей с твоим братом когда он и сколько, нет? - Он тоже привстал, в негодовании раздув тонкие крылья носа. - Еще один повтор о лжи, и я буду просить, чтобы меня удовлетворили! Мечом или топором!
- Да хоть гоблинским копьем, - буркнул я. Нашелся дуэлянт, надо же. - Сядьте, высочество, я все понял. Эльфы не лгут. Я усвоил.
Его высочество свистнул носом. "Еще немного тренировки, и будешь подавать ночные сигналы", - чуть не сказал я.
- Не подвергайте боле сомнениям нашу правдивость, Фатик, - сказала Виджи.
Вместо ответа я пододвинул ей чашку.
- Налейте мне чаю.
Гритт, еще одна нескладуха. Значит, Фрей бьет на опережение? Получается, мой братец ведет людей Фрея, чтобы те устроили нам засаду где-то в окрестностях Храма? Гм, не вижу особого смысла. Если пираты Кроуба в сговоре с Вортигеном, не проще ли отправить туда банду головорезов морем? Проще и быстрее.
Нескладуха, Великая Торба! Нестыковочка. Нестыковка в темноте, как сказала бы в постели графиня дар Конти, прошедшая огонь, воду и все круги бульвара Веселых Монашек. Надо было оставаться с ней, ведь был шанс! А теперь...
Я глубоко вздохнул, печально глядя на бутылку вина. Ненавижу дела, связанные с политикой. Ненавижу, когда в делах замешаны личные мотивы. Ненавижу, когда приходится действовать с завязанными глазами. Но мосты сожжены - я дал слово.
- Ладно. Вам нужен хороший проводник - он перед вами. Но дело касается политики, я сам в нем по уши замешан, а на хвосте у нас гончая. Поэтому - расскажите мне все. Все, что мне можно узнать.
- Спрашивайте, Фатик, - сказала Виджи, слегка передернув плечами. При этом ее грудь... Она, как бы сказать, немного поднялась.
Белая кожа, очерченная золотистой патиной волос...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
