— Искать оехи! — Мальчик указал поверх головы лошади туда, где дорога вилась среди глухого леса, и левая нога Родерика сильно зачесалась.
Словно почувствовав его дискомфорт, Микаэла слегка повернула к нему лицо.
— Скорее всего их уже не осталось на орешнике, Лео. Может быть…
— Оехи! — повторил Лео.
Родерик видел, что Микаэла боится леса, и ощущение в мертвой левой ноге словно предостерегало его. Но правая нога, наоборот, подталкивала. Нечего потворствовать этим глупостям. Это его лес. Безвредная лесная дорога.
— Ну, если только ненадолго, Лео, — согласился Родерик, надеясь, что уверенность, прозвучавшая в его голосе, успокоит тревогу мисс Форчун, — хорошо?
— Холосо, папа.
Родерик с улыбкой, адресованной своей спутнице, направил лошадь на лесную дорогу, словно входя в пещеру, хотя шатер из веток над головой был лишен листьев. Прошло несколько мгновений, прежде чем он услышал за спиной цоканье копыт лошади Микаэлы, следующей за ним.
Казалось, тысяча пар глаз наблюдала за ней из каждой купы деревьев, из каждой черной кучки сухих листьев. Она слышала беспечную болтовню Лео впереди, видела его ручонки, высовывающиеся то с одного, то с другого бока большого человека, указывая то на одно, то на другое с благоговением и возбуждением.
Но, медленно и осторожно следуя позади них, Микаэла поворачивала голову на каждый скрип дерева, каждый шорох в кустах, словно она оберегала мужчину и мальчика, сама не зная от чего.
У нее в памяти возник ее недавний кошмарный сон, но скорее звуки, чем картинки: снова стук копыт, хриплые и визгливые крики; собаки, лающие на недоброжелательную луну; рычание какого-то голодного зверя в поисках человеческой плоти, теплой крови…
Сердце Микаэлы оглушительно стучало в груди, и какая-то частица ее хотела пришпорить лошадь и послать ее вперед, чтобы оградить Родерика от всяких напастей, хотя она все еще испытывала боль от его ультиматума, предъявленного ей прошлой ночью, и была сердита на него. Но другая ее часть предупреждала — голосом матери — не находиться слишком близко от Родерика Шербона в этом глухом, хотя и тихом лесу. В этом таилась опасность, опасность…
Впереди Родерик остановил свою лошадь и повернул ее в сторону, на середину дороги. Когда Микаэла поглядела на него, то увидела, что ее эмоции отразились на его волевом, покрытом шрамами лице: тревога, замешательство, паника.
Стук копыт приближался.
Лошадь Родерика попятилась, встав на дыбы, вызвав радостный возглас малыша, и всадник должен был осадить своего скакуна.
— Микаэла, возвращайтесь! — закричал он, и в его голосе звучали как приказ, так и нерешительность. — Торопитесь!
У Микаэлы напряглись мускулы, она готова была повернуть назад танцующую лошадь, но личико Лео, высовывавшееся из его капюшона, заставило ее пришпорить лошадь и помчаться вперед к ним с криком «Дайте мне Лео!».
— Нет времени! — прокричал Родерик. — Вы должны немедленно бежать из этого леса, Микаэла…
Она направила свою кобылу в сторону, и две лошади столкнулись, защемив левую ногу Родерика ниже колена. Родерик не издал ни звука.
— Дайте мне его! — потребовала Микаэла. — Дайте же, скорее!
Теперь стук копыт слышался повсюду вокруг них, от него дрожали деревья, и он резал слух. Микаэла дотянулась до мальчика в тот самый момент, когда Родерик выталкивал его из седла, — малыш выглядел озадаченным и испуганным. Он опустился на Микаэлу, пробрался к ее груди, сел на нее, расставив ноги, а его маленькие ручки обхватили ее за шею, словно петлей.
— Теперь уезжайте! — закричал Родерик. — Уезжайте.
Но было уже слишком поздно. Родерик и Микаэла повернули головы к повороту на дороге впереди, когда шум от скачущих лошадей уменьшился, объявляя о прибытии всадников.
Микаэла обняла Лео и прошептала:
— Господи, защити нас!
Холеная, черная как смоль морда коня показалась из-за поворота, из ее ноздрей валил пар, его всадник был высок и строен и носил одежду черного рыцаря. К этому устрашающему жеребцу тут же присоединился его спутник: маленький, лохматый, белый…
Пони.
— Какого черта? — закричал всадник и, натянув уздечку, остановил коня, на что тот негодующе заржал. Он сбросил свой головной убор.
Представительный всадник на зловещем по виду коке был не кто иной, как сэр Хью Гилберт, лорд Ничтожество.
А на изящном маленьком пони рядом с ним сидела юная леди Элизабет Торнфилд.
Родерик не знал, что ему делать — расцеловать Хью или придушить его. Сердце у него громко стучало.
Он что, ожидал, что на него опустится выдуманный Форчунами Охотник? Микаэла столь же безумно хотела поскорее убраться вместе с Лео с этой дороги, как и Родерик. Боялась ли она того же? Он не знал и не осмелился спросить. Но сильный зуд в его левой ноге наконец исчез, словно его и не бывало.
— Леди Микаэла! — воскликнула девочка и пришпорила пони, направив его к Микаэле.
— Пивет, Хю! — закричал Лео и помахал пухлой ручкой закутанному в черное всаднику.
Все еще находясь рядом с Родериком, Микаэла ахнула:
— Элизабет! Господи, что ты тут делаешь?
В считанные секунды две небольшие группки всадников соединились. Микаэла протянула Лео, который уже раскрыл ручки, Хью, потом спешилась и заключила Элизабет в объятия. Девочка разрыдалась.
— Привет, Гнойничок, — приветствовал Хью малыша, с улыбкой обняв его. — Ваша парочка отправилась на увеселительную прогулку с мисс Форчун, а? — При этих словах он удивленно поднял брови, глядя на Родерика. — Замечательно, Рик. Как, черт подери, тебе удалось сесть на лошадь? Определенно, тебе помогал не конюх — это была мисс Форчун?
Родерик отмахнулся от вопроса Хью. И действительно, он вовсе не задумывался над тем, как объяснить другу свое столь улучшившееся состояние. Его пугал тот момент, когда Хью увидит, как он ходит, или будет настаивать на том, чтобы помочь ему снять сапог.
— Что делает здесь эта девочка? — прорычал Родерик, глядя на дочь Торнфилда, все еще находившуюся в объятиях Микаэлы.
Хью закатил глаза и вздохнул:
— Она последовала за мной, маленькая соплячка.
— Почему ты не вернул ее? — в отчаянии спросил Родерик. Вид Микаэлы, которая была явно счастлива увидеть девочку, вызвал приступ безрассудной ревности у Родерика. Ему не хотелось, чтобы у нее было что-то общее с проклятыми Торнфилдами — особенно теперь, когда их свадьба с Микаэлой так близка. — Что? И потерять еще время? — Хью потряс головой. — Мне пришлось бы остаться там еще на одну ночь, и она все равно последовала бы за мной. Очень настойчивая. Говорю тебе, Рик, она намерена воссоединиться со своей любимой мисс Форчун. Однако ее отец и мачеха недалеко позади нас. Они сами могут забрать ее. Сегодня я сплю в своей собственной постели, так ведь, Червячок? — Хью потрепал Лео за носик, и мальчик захихикал в ответ:
