Читаем без скачивания Изнаночные швы времени - Иван Слепцов

– Конечно, если есть свободные номера.

– А может не быть?

– Да, – кивнула она головой. – На Оршинском впервые будет проходить этап какого-то мирового чемпионата по рыбалке. Основные мероприятия тут, по соседству, в Горицах, но народ и у нас селится.

Шурик сходил к портье, и в мансарде нашелся свободный номер. Освободить его нужно было рано утром, но Шурика это не беспокоило. Зато там был древний стационарный компьютер и, значит, можно было почитать новости на удобном экране.

«А как, интересно, все сложилось, если бы я в отеле в Гетеборге сразу проверил, где киктоп? – думал Шурик, расхаживая по номеру. – Нормана не было бы, и скорее всего, мы осторожно прошли бы следом за княжеским войском. За княгиней бы похода не было…»

В дверь постучали. Это был коридорный. На подносе он держал блюдо с запеченной зайчатиной под горкой дымящейся моркови.

– Лучше б мне пиво сначала… – проворчал Шурик.

– Момент, – откликнулся коридорный. Пиво – пятилитровый бочонок – он принес в специальном рюкзаке, висевшем у него за спиной

– Ну и порции тут у вас! – сразу повеселел Шурик, расплачиваясь.

– Да, нестоличные. Нормальные, – в тон ему ответил коридорный, пожелал приятного аппетита и закрыл за собой дверь.

Зайчатина показалась Шурику очень похожей на то, что они ели рядом с базой на следующий день после переброски. И пиво тоже. «Ну, за неизменность прошлого, – провозгласил он сам для себя тост. – Даже если Сазонов и Голицыным и поссорятся. Что, впрочем, может быть, и не плохо», – добавил он, включая компьютер.

Если верить медийному агрегатору, в новостях не было ничего особенного. Во время принудительной пресс-конференции Андрей и Олег рассказали только о том, что поиски казны великого князя Владимирского увенчались успехом, все найденное находится в Национальном центре российской истории. Названы были имена участников экспедиции, то есть Нормана и его, Шурика, а также Квиры.

«Умных вопросов что-то нет, – продолжал разговаривать сам с собой Шурик. – Не отправляют на антигратах гоняться за добычей понимающих в истории журналистов. Но у Маши Джойс в институте уже человек тридцать знают о нашем улове, а значит, скоро почитаем что-нибудь поинтереснее». Он дал агрегатору подсказки, как лучше искать нужную ему информацию, и теперь основательно взялся за еду и пиво.

Следующая порция вестей пришла не по линии научной журналистики. На экране появился таблоид «Наблюдатель» с надписью «Прямая трансляция». Судя по картинке, несколько дронов с видеокамерами ночной фиксации, перемещаясь на манер аппаратов спецназа, окружали мобиль, стоящий на опушке березовой рощи.

«Дорогие зрители, – заговорил голос за кадром. – Наша съемочная группа только что нашла еще двух участников погружения на дно Оршинского озера. Это Норман Кирлин и Квира Эради. Кирлин является научным сотрудником Национального центра российской истории, а Эради работает в Центре прикладной хрономенталистики. Эта организация занимается перемещением людей в прошлое. Дорогие зрители, история, свидетелями которой вы стали благодаря нашему телеканалу, обещает быть еще более занимательной».

Один из дронов аккуратно заглянул в окна мобиля, но там никого не было. За машиной зрителям «Наблюдателя» тоже досталось только одеяло, расстеленное на траве. Как бы ни совершенен дрон, он все-таки гудит, и Норман, по-видимому, услышал его раньше, чем они с Квирой попали в объектив камеры.

На других дронах включились прожектора, но тоже поздно – мобиль сорвался с места, не дожидаясь, когда двери опустятся на место.

Сначала мобиль далеко оторвался от погони, но дроны, которым темнота и узкое шоссе не были преградой, настигали. «Пассажиры питают пустые надежды…» – комментировал сотрудник «Наблюдателя», но закончить фразу не успел. Последним изображением, которое поймала камера дрона, был вид стоящего возле откинутой дверцы Нормана. В руках у него был спортивный лук со спущенной тетивой.

Через секунду картинка с экрана пропала – стрела Нормана или сбила дрон, или вдребезги разнесла его камеру. Другие ждала та же судьба. В эфире послышалась ругань комментатора. Прямая трансляция прервалась.

Шурик зааплодировал с кружкой в руке, расплескал пиво, встал, чтобы взять в туалете полотенца, но на экране появилась новая информация, и он снова опустился на стул. Агрегатор обратил его внимание на агентство «Рейтер»: на первой позиции стоял заголовок «Успешный опыт трансвременного кладоискательства и перемены в российском Центре прикладной хрономенталистики». За эту эксклюзивность Шурик выложил аж тридцать центов.

«Сегодня, 21 сентября 2246 года, поиск клада, известного как «казна великого князя Владимирского Андрея Ярославича», закончился феноменальным успехом. Как сообщили агентству «Рейтер» в Национальном центре российской истории (НЦРИ), куда на экспертизу были направлены поднятые со дна Оршинского озера ценности, общая стоимость найденного составляет не менее $700 млн. Этой суммой оценены золотые и серебряные монеты, слитки, украшения и другие предметы из благородных металлов. Кроме того, обнаружено значительное количество артефактов и экофактов высокой степени сохранности, которые могут вызвать большой интерес у исследовательских центров и музеев.

Экспедиция, которую организовал Центр прикладной хрономенталистики, единственная в России организация, владеющая технологией трансвременных перебросок, проведена в крайне сжатые сроки. Торговый дом «Херршерр», с помощью которого Организация объединенных сообществ реализует права на исторические ценности, считающиеся утраченными, продал патент на казну князя Андрея 24 апреля, и таким образом, поиски продолжались всего пять месяцев. Эффективность объясняется ЦПХ принципиально новым подходом, применяемым в практике кладоискательства: сотрудники отправились в 1252 год. Это год, когда великий князь Владимирский отказался платить дань Золотой Орде, недолговечному монгольскому государственному образованию, и точно установили место нахождения ценностей, брошенных после сражения у Переславля-Залесского. После этого им оставалось только отправиться на это место и извлечь клад.

Поиск мог бы, вероятно, более интенсивным. Однако экспедиция Центра прикладной хрономенталистики одновременно проводила исследования в интересах НЦРИ, который, по словам директора Марии Джойс, выделил на эту экспедицию $70 млн и получил возможность отправить своего сотрудника Нормана Кирлина для наблюдения за действиями великого князя Андрея и золотоордынского полководца Неврюя, посланного на Русь для утверждения пошатнувшейся политической власти Чингизидов над княжествами Рюриковичей.

Далее, участники экспедиции «несколько отвлеклись», как выразился директор и владелец 20-процентного пакета акций ЦПХ Андрей Сазонов. Он не стал говорить, что имеет в виду. Руководитель экспедиции Олег Голицын также отказался от комментариев. Узнать подробности из других источников «Рейтеру» пока не удалось.

В НЦРИ не было известно, что экспедиция ЦПХ преследует несколько целей, но претензий у института нет. Джойс сказала «Рейтер», что довольна полученными результатами. «Сверх обещанного по контракту мы получили мемограммы всех участников экспедиции. Это бесценный материал, он будет досконально изучен, но уже сейчас можно делать вывод, что великий князь Андрей Ярославич пытался восстановить независимость средневекового русского государства, в отличие от своего старшего брата Александра Невского, сотрудничавшего с Ордой», – сказала она. Кроме того, по словам Джойс, комплексный характер экспедиции позволил сэкономить и провести на три года раньше запланированного полевое изучение вопроса об историческом выборе древнерусского государства в период монгольской экспансии. «Мы заплатили существенно меньше, чем если бы заказали такую экспедицию только для своих целей. Сроки соблюдены», – пояснила директор. Кирлин, с которым «Рейтер» удалось побеседовать, также доволен. По его словам, он получил богатейший материал не только в области политической истории Руси XIII века, но и для оценки состояния материальной культуры и социологические данные.

Обнаруженные ценности ЦПХ выставит на аукционах в течение года. «Мы не будем работать с казной князя Андрея самостоятельно. Работа Центра – это ремесло, позволяющее историкам делать свое дело. У нас в штате нет специалистов академического уровня, что бы ни говорили мои предшественники», – пояснил Сазонов, который руководит ЦПХ с момента его приватизации в 2240 году.

Дефицита покупателей наверняка не будет. Корреспондент «Рейтер» побеседовал с представителями нескольких исследовательских центров, крупнейших музеев и агентов частных коллекционеров. По их словам, они уже отправили запросы в НЦРИ и с разрешения ЦПХ начали получать информацию о найденных ценностях. «Это феноменальные находки, – сказал один из собеседников агентства. – До сих пор по русской истории того периода в научный оборот не вводилось ничего подобного».