Читаем без скачивания Жизнь мальчишки. Книга 2. Люди и призраки - Роберт Маккаммон

В моем воображении возникла картина.

Я видел, как ярмарка свернула свои шатры и укатила восвояси. Поле возле бейсбольной площадки опустело, на нем осталось лишь несколько кучек опилок, раздавленные стаканчики да билетные корешки, которые уборщики всегда оставляют на месте ярмарки, словно псы, которые метят свою территорию.

А в этом году было особенно много оберток от батончиков «Зеро», которые ветер с шуршанием уносил прочь из города.

Часть вторая

ХОЛОДНАЯ ПРАВДА ЗИМЫ

Глава 1

Одинокий путник

— Твоего отца уволили, — сказала мама.

Я только что вернулся из школы. Меня ожидали четыре выходных в честь Дня благодарения. Новость ударила меня как кулак, внезапно врезавшийся в живот. Лицо у мамы было невеселым, она уже предвкушала долгие дни тяжкой экономии. Продажа пирогов и прочей выпечки не давала дохода: у «Большого Пола» был целый кондитерский отдел, как раз рядом с молочной секцией, заполненной пластиковыми бутылками одноразового использования.

— Они сразу объявили об этом, не успел он порог переступить, — продолжала рассказывать мама. — Заплатили за две недели вперед и дали премиальные, а потом сказали, что больше им не нужен водитель на доставку.

— А где папа? — спросил я, бросив учебники на ближайшую ровную поверхность.

— Около часа назад куда-то уехал. Почти целый день он сидел дома, ничего не ел и все время молчал. Потом пытался поспать, но не смог сомкнуть глаз. Я боюсь, Кори, как бы он не сорвался.

— А куда он уехал?

— Не знаю. Сказал, что ему нужно побыть одному и подумать.

— Ясно. Поеду поищу его.

— Куда ты собрался?

— Съезжу на озеро Саксон, — ответил я и направился к Ракете.

Мама проводила меня до крыльца.

— Кори, ради бога, будь осторожен… — заговорила она, но сразу же осеклась. Я уже доказал, что становлюсь настоящим мужчиной. — Надеюсь, что тебе удастся его разыскать, — добавила она.

Под низким серым небом, грозившим разразиться дождем со снегом, я покатил на поиски отца.

Я рад был уехать из дому и чем-то себя занять. Ветер дул мне в лицо. Пригнув голову к рулю, я катил по трассе 10, опасливо поглядывая по сторонам на лес, насквозь продуваемый ветром. Зверь из Затерянного мира все еще был в бегах. Для города он не представлял особой опасности: едва ли, один раз обжегшись, трицератопс решится снова ступить в коварную выгребную яму человеческой цивилизации. Я опасался другого: за несколько дней до Дня благодарения мистер Марта Баркли, возвращаясь рано утром со свежей почтой из Бирмингема, был атакован огромным зверем, который внезапно выскочил из леса и врезался в его автомобиль. После я видел машину мистера Баркли. Ее борт со стороны пассажирского сиденья был вмят внутрь, словно от удара гигантского стального башмака, окно было разбито вдребезги. Мистер Баркли рассказывал, что чудовище просто-напросто столкнуло его со своего пути и побежало дальше. По-видимому, трицератопс объявил таким образом о своих претензиях на труднопроходимые заболоченные леса вокруг озера Саксон. Всем машинам на трассе 10 теперь угрожала опасность, так как зверь видел в них пришлых соперников-динозавров. А вдруг он решит, что и Ракета заслуживает подобною нападения? Я изо всех сил жал на педали, поглядывая по сторонам. Было совершенно очевидно, что мистер Вежливое Обращение понятия не имел о том, что обладал не просто ленивой глыбой серого мяса, дни напролет дремавшей, лежа на боку в навозе, а настоящим паттоновским танком, способным обогнать автомобиль. Свобода придает скорость ногам — в этом не приходится сомневаться. К тому же, несмотря на свой немалый возраст и огромные размеры, в душе трицератопс как был, так и остался мальчишкой.

Добившись, чтобы Дэви Рэй явился ко мне с цепной пилой, я не стал делиться с ним своими подозрениями. Джонни тоже держал рот на замке, а Бену мы ничего не сказали, потому что у него всегда был слишком длинный язык. В свою очередь и сам Дэви Рэй не особенно распространялся по поводу трицератопса, лишь вскользь обронил, что, как он надеется, люди дадут зверю возможность дожить до конца своих дней в мире и спокойствии. Я никогда не был уверен до конца, что Дэви причастен к бегству динозавра, но такая проделка была вполне в его духе. Откуда ему было знать, что, вырвавшись на свободу, трицератопс учинит в городе погром, нанеся урон на десять тысяч долларов? Но как бы там ни было, стекла можно было вставить, а вмятины на автомобилях выправить. Мистер Уинн Гилли и его жена переехали во Флориду, о чем они мечтали вот уже пять или шесть лет. Перед самым отъездом мистера Гилли мистер Доллар в шутку сказал ему, что в болотах Флориды водится такое огромное количество динозавров, что, случается, они забредают к жилищам людей и выклянчивают объедки на задних дворах. От этих слов мистер Гилли побелел как бумага и затрясся от страха. Правда, вскоре Джазист Джексон сжалился над ним и объяснил, что мистер Доллар морочит ему голову.

Свернув в сторону озера Саксон, я сразу же увидел отцовский пикап, стоявший рядом с гранитным утесом. Остановившись, я еще не знал, о чем буду говорить. Внезапно у меня словно отнялся язык. То, что происходило, не шло ни в какое сравнение с детскими забавами: это была настоящая жизнь со всей ее неумолимой жестокостью.

Устанавливая Ракету на подножку, я не заметил отца вблизи грузовика. Вскоре я увидел его: он сидел на гранитном валуне почти у самой воды. Отец неотрывно глядел на черную, рябую от порывов ветра поверхность озера. Я видел, как он поднес к губам бутылку и сделал большой глоток, потом снова замер в прежней позе.

Я оставил велосипед и пошел к отцу сквозь тростник и колючки. Под ботинками местами хлюпала красная глина, в которой отпечатались следы отца. Следов было много: он не раз и не два бывал на этом месте — в траве и низких кустиках даже образовалось что-то похожее на узкую тропку. Даже здесь он продолжал оставаться моим отцом, проложив для меня тропу, чтобы легче было идти.

Когда я подошел к нему совсем близко, он наконец заметил меня, но не взмахнул приветственно рукой, а лишь опустил голову еще ниже, и я понял, что отец, как и я, не может найти, что сказать мне в такой момент.

Я отошел футов на десять от отца и забрался на валун, который когда-то появился из недр Саксонской каменоломни. Отец сидел, опустив голову и закрыв глаза, рядом с ним на земле стояла наполовину опорожненная пластиковая бутылка с виноградным соком. Я понял, что, перед тем как отправиться сюда, отец заглянул к «Большому Полу».

Выл ветер, стучали голые ветви деревьев.