Среди бела дня у шофера волоколамской конторы Заготзерно Николая Александровича Пщелко угнали грузовик. Беда была не только в том, что кузов был полон тяжелых мешков, - в кабине оставалась крохотная девчушка: восьмилетняя дочь шофера Люся.
Шофер хватился сразу: увидел хвост своей машины где-то на шоссе. Как назло, поблизости не оказалось ни автомобиля, ни мотоцикла, чтобы броситься в погоню. Издали, однако, можно было увидеть, что грузовик остановился.
Что задумали угонщики? Скинуть мешки? Или случилась авария? Наконец, подоспела милицейская машина. Она быстро взяла шофера, прихватила молодого грузчика, который рвался сразиться с похитителями, и ринулась в погоню. Когда грузовик остановился, из милицейской машины выскочили сразу из четырех дверей. Преследователи бесстрашно подбежали к грузовику с обеих сторон, разом вскочили на обе подножки. И увидели… маленькую перепуганную девочку.
- Куда они делись? - спросили ее.
Девочка молчала. Один отец заметил, как она покраснела, и понял, что напрасно переполошил все вокруг, вызвал патрульную машину.
Водитель московского такси Л. Н. Александрова.
- Мешки целы? - спросили милиционеры.
Неприятностей у шофера не было: милиционеры громко расхохотались, узнав, что машину угнала девочка - Люся. Она сделала то, что делал папа, когда садился за руль, и машина понеслась.
Спустя тридцать лет «проказница» удивляется и не понимает, как ей удалось остановить грузовик. Выключила зажигание? Или, может быть, заехала в кювет? - теперь Людмила Николаевна Александрова не помнит.
Отец негодовал, обещал выпороть дома ремнем, а грузчик радовался:
- Да за что, Николай? Она у тебя шофером будет! Ай да Люся, ай да молодец!
Люся действительно стала шофером, хотя в ранней юности жизнь сложилась так, что она ушла из мира автомобилей, казалось, окончательно.
Отец со времени угона стал осмотрительней. По-прежнему часто брал дочь в рейс, но ключ не оставлял. Люся всеми правдами и неправдами добивалась того, чтобы отец посадил ее рядом с собой. То говорила, что боится оставаться дома, поскольку у нее серьезно осложнились отношения с соседскими мальчишками-хулиганами, то ей непременно надо быть у бабушки, и если ее не повезут на грузовике, она уедет сама автобусом.
В дороге отец забывал о цели поездки непрошеного пассажира, становился добрым: он понимал привязанность девочки к машине и только вздыхал, а иногда говорил вслух:
- Мне бы хоть одного сына… А у него было две дочери.
Тогда не всякая машина имела гараж. Машина, на которой работал отец, чаще всего ночевала под окном их дома, ее тут же и ремонтировали. У отца был прекрасный помощник для роли «подай-принеси». Люся вскоре уже знала детали по названиям и охотно подавала их отцу, заползшему под машину или копающемуся в моторе. И еще она научилась прекрасно ухаживать за машиной. Приносила таз с теплой водой и умывала ее, чистила.
Людмила Николаевна очень женственна, она стройна, у нее высокий голос, любит наряды. Да кто это говорит, что шоферское дело - дело только мужчин?
Чем больше помогала Люся отцу, тем больше у нее было шансов прокатиться с ним. Когда девочка училась в шестом классе, она робко попросила:
Кутузовский проспект. Триумфальная арка.
- Пап, научи меня ездить!
Она не рассчитывала на успех своей просьбы и была очень удивлена, когда отец согласился. Сначала Люся «сдала экзамен» на правила. Бойко ответила на все вопросы о знаках, сказала, что нужно сделать, если машина вливается из узкой боковой улочки на магистраль… Все это она узнала, будучи пассажиром. Кое-что она узнала и о вождении - что повернуть, включить, нажать, чтобы машина поехала или остановилась.
Однажды вечером они приехали на прямую асфальтовую дорогу, соединявшую два шоссе. Здесь редко ходили машины. Остановились. Поменялись местами. Отец посоветовал Люсе сесть на краешек - иначе она не достала бы до педали. Грузовые машины не приспособлены для того, чтобы водили их дети. Надо было что-нибудь положить на сиденье, чтобы доступнее оказался руль.
Первые уроки были не очень успешными, но последующие оказались удачнее: к тому времени отец пересел на старенький трофейный «Ситроен». Они его вдвоем отремонтировали, выходили, а потом Люся катала в нем отца. Ей казалось, что отец просто наслаждается ездой, сидит, отдыхая, и думает о чем-то постороннем, но когда возникало затруднение, он тут же приходил на помощь, и они ехали веселые, довольные друг другом.
И все-таки до профессии водителя было далеко. После школы Люся пошла на завод, стала клепальщицей. Но вышла замуж за шофера - все-таки больше всего ее манил автомобильный мир и все, что было к нему причастно.
Как-то мужу дали поручение съездить в Смоленск. А у Людмилы Николаевны как раз подоспел отпуск. Она отказалась от путевки в дом отдыха - лучше прокатиться! И она прокатилась на… грузовике ЗИЛ-130 с прицепом.
Ехали прекрасным и спокойным Минским шоссе. Дорога была пустой и безопасной. Муж, конечно, рисковал водительскими правами, но он все-таки то и дело уступал место за рулем жене. Она вела машину полпути туда и полпути обратно, вернулась в Москву радостной, возбужденной.
Никогда еще ей так ясно не представлялась ошибка, которую она совершила: конечно, нет ничего на свете лучше, чем профессия шофера. Радость движения, мелькание дороги, осторожность и смелость -. нет никакого сомнения, эта профессия для нее.
На заводе, где работала Людмила Николаевна, еще до ее отпуска вывесили
