Выходя из зала, я ещё раз внимательно поглядела на лорда Алестера, который до сих пор стоял на том же месте и не упускал графа из вида. Его друг-привидение всё так же кровожадно потрясал мечом и, можно не сомневаться, шептал при этом самые мрачные проклятия. Ни один, ни другой меня не заметили. Но вот Гидеон, кажется, понял, что я сбежала. В ряды танцующих снова закралось беспокойство.
Вот чёрт! Я обернулась и вышла. В коридорах освещение было таким же скудным, но тут и там стояли новые и новые гости. Мне показалось, что многие из них выходили из зала парочками, чтобы уединиться. Сразу же за бальным залом находилось что-то вроде игрального салона, в который как раз зашло несколько мужчин. Сквозь приоткрытую дверь проникал табачный дым. Мне показалось, что в конце коридора я увидела красный сюртук Джеймса, заворачивающий за угол, и я помчалась следом, настолько быстро, насколько позволяло мне моё платье. Добежав до следующего перехода, я поняла, что Джеймса в нём нет, значит, он скрылся в одной из комнат.
Я открыла первую попавшуюся дверь и тут же захлопнула её снова, когда луч света выхватил кресло, перед которым склонился на колено какой-то мужчина (не Джеймс!), пытаясь стянуть с дамы шёлковый чулок. Ну да, если вообще тут может идти речь о дамах. Я чуть улыбнулась, готовясь открыть новую дверь. В принципе, гости на этих вечеринках не очень отличались от гостей в моём времени.
За мной в коридоре послышались громкие голоса.
— Ах, зачем же вы так быстро бежите? Неужели вы не можете оставить сестру в одиночестве хотя бы на пять минут? — не узнать леди Лавинию было невозможно!
Я молнией проскользнула в ближайшую комнату и прислонилась к двери, чтобы перевести дух.
Глава девятая
Трус и до смерти часто умирает;Но смерть лишь раз изведывает храбрый.Из всех чудес, что видел я в природе,Необъяснимее всего лишь то,Что людям смерть страшна, хотя все знают,Что все ж она придёт в свой час урочный.
У. Шекспир «Юлий Цезарь», акт 2, сцена 2. (пер. П. Козлова)
В комнате, вопреки моим ожиданиям, было вовсе не так уж темно. Свет нескольких свечей выхватывал из мрака книжный шкаф и письменный стол. Скорее всего, я попала в чей-то рабочий кабинет.
И я была не одна!
На стуле за письменным столом сидел Ракоци, а перед ним стояли стакан и две бутылки. Одна бутылка была наполнена какой-то мерцающей розоватой жидкостью, с виду напоминающей красное вино. А вот во втором сосуде, в изящной колбе с узким горлышком, плескалось нечто подозрительное, серое и как будто грязное. Шпага барона лежала прямо на столе.
— Какая скорость, — сказал Ракоци, и его голос, окрашенный сильным восточно-европейским акцентом, показался мне каким-то туманным. — Лишь успел я задумать желание — хочу встретить ангела! — и вот, распахнулись небесные хляби и послали мне ангела, да такого славного, что я и мечтать не осмеливался о таком благе. Это чудесное лекарство превосходит всё, что мне доводилось пробовать…
— Разве вы не должны были… как это… э-э-э… следить за нами из тени, или что-то в таком роде? — осведомилась я, подумывая, не стоит ли мне выбежать из комнаты, не смотря на опасность попасть прямо в руки Гидеона. Ракоци мне никогда не был особенно симпатичен, даже в трезвом состоянии.
Кажется, мои слова несколько привели его в чувство. Он наморщил лоб.
— Ах, это вы! — сказал он, всё ещё заплетающимся языком, но гораздо менее радостным тоном. — Вовсе не ангел, а лишь маленькая глупая девочка, — одним изящным движением, в мгновение ока, он схватил со стола маленькую колбу и направился с ней в мою сторону. Что он там в себя влил, одному богу известно, но на его прекрасную координацию движений это вовсе не повлияло. — Хотя и очень милая маленькая глупая девочка.
Он подошёл уже так близко, что его рука коснулась моей. От него пахло вином и чем-то ещё — усыпляющим, странным, незнакомым. Свободной рукой он погладил меня по щеке и провёл грубым большим пальцем по моей нижней губе. Я окаменела от ужаса.
— Готов биться об заклад, что эти уста ни разу не вкусили запретный плод, ведь так? Глоток волшебного зелья лорда Элкотта это изменит.
— Нет, спасибо! — я проскочила у него под рукой и ввалилась в центр комнаты.
Нет, спасибо — отлично сказано! Дальше, наверное, я бы ещё сделала реверанс!
— Уберите от меня этот ваш напиток! — попробовала я несколько более настойчиво.
Но не успела я сделать и шага — у меня закралась слабая идея выпрыгнуть в окно — как Ракоци уже снова был рядом со мной и прижимал меня к письменному столу. Он был настолько сильнее меня, что, казалось, и вовсе не заметил всех моих усилий сопротивления.
— Тс-с-с, только не бойся, малышка, тебе понравится, я обещаю, — с тихим хлопком он вытащил пробку из маленькой бутылки и с силой наклонил мою голову назад. — Пей!
Я сжала губы и попробовала оттолкнуть Ракоци свободной рукой. С таким же успехом я могла попробовать передвинуть гору. Я начала лихорадочно вспоминать всё, что мне было известно о самообороне — боевое искусство «крав мага», которым так хвасталась Шарлотта, пришлось бы мне сейчас очень кстати.
Спасительная идея пришла мне в голову в последний момент, когда стеклянное горлышко уже коснулось моих губ, а в нос ударил сильный запах пьянящей жидкости. Я выдернула из парика шпильку и воткнула её в руку, сжимавшую колбу, так сильно, как только могла. В то же мгновение дверь распахнулась, и я услышала голос Гидеона:
— Руки прочь, Ракоци!
Только теперь до меня дошло, что надо было вколотить эту шпильку Ракоци в глаз или хотя бы в шею, — боль в руке отвлекла его всего на несколько секунд. Шпилька так и осталась торчать в ладони, но он не выпустил из рук ни колбы, ни меня. Он лишь чуть ослабил железную хватку и обернулся.
Гидеон, и вместе с ним леди Лавиния, стоявшие в дверях, растерянно смотрели на него.
— Что здесь, чёрт возьми, происходит?
— Ровным счётом ничего. Я лишь хотел подарить этой маленькой девочке… ощущение полёта! — Ракоци опустил голову к груди и хрипло рассмеялся. — Может, вы отважитесь сделать хотя бы глоток? Бьюсь об заклад, вы испытаете доселе неизведанные чувства!
Я воспользовалась моментом и вывернулась из тисков.
— С тобой всё в порядке? — Гидеон обеспокоенно оглядел меня, а леди Лавиния между тем пугливо прижималась к его руке.
Просто в голове не укладывается! Может, эти двое как раз собирались найти спокойный уголок, чтобы пообниматься в тишине и темноте, а Ракоци тем временем влил бы в меня невесть какие наркотики и затем сделал бы со мной невесть что. Но теперь мне ещё полагается благодарить Гидеона и леди Чудо-Груди, что они выбрали для своих утех именно эту комнату.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
