Валить паление этой цивилизации на них было бы, конечно, несправедливо. И без них по большому счёту рухнула. То, что арии завоёвывали и покоряли, было жалкими остатками бывшей роскоши. А обрушил её в основном экологический кризис. Тут и общее иссушение климата свою роль сыграло, далеко не одну только долину Инда затронувшее, тут и сведение лесов на топливо для того же обжига кирпича эту проблему ещё и местно резко усугубило, тут и тектоника заодно крупно им подкузьмила. Серёга говорил, там ещё одна река параллельно Инду юго-восточнее немного текла и тоже очень нехилые площади сельхозугодий орошала, но в результате серии землетрясений ейные притоки русла свои сменили – часть в Инд стала впадать, а часть – в притоки Ганга. Ну, стал сам Инд немного полноводнее, так параллельная же долина пересохла, и в целом вся ихняя цивилизация в большом минусе оказалась. Жрать стало нечего, часть сельского населения подалась на юго-восток в сторону Декана, часть на север, к Гималаям поближе, а немалая часть и на восток, в верховья Ганга. Без воды же – правильно, и не туды, и не сюды.
Но это, кто поумнее был, да посмелее, первыми всё сообразили и на тогдашние фронтиры подались. Основная же масса, как и всегда в подобных социумах, понадеялась на власть и подалась в и без того разросшиеся города – ага, их самих впору расселять по деревням хотя бы частично, а тут ещё и эти понабежали. А чем кормить такую прорву и чем занять? Понятно, что кого могли – завернули взад, но бардак должен был быть тогда ещё тот. Это в стабильной и предсказуемой ситуёвине зарегулирование жизни подданных до поросячьего визга результативно, а когда ситуёвина меняется день ото дня, и решение принимается сегодня на основании вчерашнего расклада, а выполняться будет уже только завтра – о какой адекватности принимаемых мер может идти речь? На местах-то низовым регулировщикам расклад виднее, да только кто же посмеет свою-то инициативу проявить, идущую вразрез с мудрыми по определению указаниями сверху? Это на Востоке признак полного служебного несоответствия, и такие дураки в регулировщики не попадают, а если случайно какой попадёт или по блату, так надолго не удержится. А в результате и бардак, нигде никем не предотвращаемый своевременно, нарастает снежным комом. Кому и когда продумывать сложные решения? Принимаются самые простые и дурацкие. Мало жратвы? Так с крестьянских общин собрать побольше, самоочевидно же. На резко поубавившееся количество крестьян взваливаются резко возросшие повинности, и те, естественно, тоже вострят лыжи вслед за сбёгшими раньше. Народ разбегается как тараканы, города кормить некому, и в них наступает полная жопа. Рушится власть, рушится порядок, и утопающие спасаются сами, кто как может. Города забрасываются, остатки их населения, кто уцелел в уличных дрязгах, занимают брошенные деревни и хозяйствуют в ник, как умеют, то бишь весьма бестолково. Гораздо хуже, чем хозяйствовали прежние селяне, а порой хуже даже не охваченных той прежней цивилизацией дикарей.
Вот в этот-то раздрай на руинах и ворвались на своих скакунах и колесницах те самые арии. Громить и рушить им было уже особо-то и нечего, всё разграблено до них, да и не стремились ведь они всё непременно порушить, а стремились просто в Индии жить, в сытой и благополучной цивилизации. Которую – ага, кругом обман – внезапно пришлось строить им же самим на оставшемся от той прежней цивилизации пепелище. Естественно, для себя любимых. Если ты сам о себе не позаботишься, то кто же о тебе в таком бардаке позаботится? Ну, как знали и понимали, что умели, то и построили. На подоконниках для начала в две шеренги местных всех построили. На Востоке ведь власть – всему голова, и её же мало захватить, её же удержать ещё надо. И удержи тут её попробуй, когда дравидов этих покорённых многократно больше, чем своих. А если о самостийности размечтаются? Вот и установили жёсткую варновую систему со строгим ранжиром – мудрецы и вояки во главе, и они только из своих, среди кормильцев тоже свои шестёрки самыми основняками поставлены, а чтобы покорённое население дополнительно разобщить, ещё и в кормильцы не всё его зачислили, выделив не меньшее число в подай-принеси, которых опустили ещё ниже – типа, цените, кормильцы, оказанное вам уважение. А чтобы и эти против ранжира установленного не вякали, всех протестующих и уклоняющихся от того разранжиривания вообще ниже плинтуса опустили – ага, в неприкасаемые. А ты не бунтуй и не вякай, не то сам как раз к ним из своей варны и вылетишь в два счёта, если вообще в живых оставят.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
![]()
В общем, тут и старик Алоизыч нервно курит в сторонке. Понятно, что не сразу эта система у них сложилась и устаканилась, да и сложнее оно вышло на деле, потому как и качественное превосходство больше мнимое, чем реальное. Сами же дикари с таким же бронзовым оружием, как и то, которое дезертиры дравидские в бардаке порастащили. Как тут дравидского вояку в вайшии или шудры загонишь, когда его это не устраивает, и он не хуже ария вооружён? Особенно, где южнее и восточнее, где лесов побольше сохранилось, и чем дальше в лес, тем толще партизаны. В самой долине Инда прежний уровень жизни хрен восстановишь, потому как последствия того кризиса экологического так никуда и не исчезли, засушливо там и голодно, и народец разбегаться продолжает, и надо самим вслед за ним рассредотачиваться, власть свою на новых местах устанавливая – где-то с кем-то и договариваться пришлось, принимая в ряды и под знамёна, а значит, и зачисляя нужного и полезного дравида в варну подостойнее. Ага, тоже типа истинный ариец. А вдобавок же и дравиды не все уходят дальше в леса или партизанят, некоторые и объединяются, и воюют организованно, и со всеми такими разом воевать – никаких сил не хватит. С некоторыми и дружить из-за этого приходится, тем самым равное достоинство за ними признавая. И чем шире рассредотачиваться вслед за податным населением приходится, тем чаще требуются и друзья-союзники среди дравидов, а значит, и собратья по достойной варне. Формально арийского расизма никто не отменял, но политика есть искусство возможного – вплоть до отступлений в реальной жизни от формально непререкаемой теории. По мере накопления таких отступлений пришлось в конце концов и ту теорию арийским мудрецам брахманам редактировать, заменяя не соблюдаемый строго на практике прежний расистский обоснуй варнового ранжира божественной аргументацией, арийского этнического происхождения уже всенепременно не требующей. Им гордятся, но внутри варны все равны – ну, условно, с учётом внутриварнового чисто служебного ранжира и блата. Если дравид-вояка признан нормальным явлением, то не шокирует и соседний дравид-раджа, если он друг и союзник, а за его мудрецами, тоже дравидами, почему бы и брахманского достоинства не признать?
Тем более, что и не могло быть единого принципа разранжиривания по варнам без единого индо-арийского государства, а с ним у ариев как-то не заладилось. Долина-то Инда от засух страдает и всех прокормить не может, приходится и на Декан расселяться, и в верховья Ганга, а из них уже и в саму его долину. Местности же разные, друг от дружки отдалённые, связность между ними слабая, а самостийности ведь не только дравиды эти хотят, от неё и сами арийские раджи не откажутся. А чем они, собственно, хуже таких же самостийных раджей-дравидов? За что такая дискриминация? Так что образовался у них в результате конгломерат небольших княжеств, где-то по нескольку штук объединённых с царьком во главе, а где-то и вовсе независимых ни от кого. И сколько государств, столько и сводов законов. Где-то варновый ранжир жёстче, где-то мягче, где-то расизм арийский в чести, а где-то и хрен на него забили, свободно роднясь и перемешиваясь внутри варн. Где как установится, так и будет. Это в свою очередь облегчало принятие варновой системы и княжествами дравидов, а вместе с ней – и проповедующего её индуизма. Формировалась постепенно единая религия, а с ней и единая хотя бы в основных чертах культура. Она-то и поспособствовала устаканиванию складывающейся индуистской системы на большей части Индостана. А почему бы и не принять её, если живёшь при ней, как и раньше жил, и подчиняться при этом никому не нужно? Ну, вожди, конечно, решения эти принимали, а для них так оно и было, потому как им-то раджами владетельными становиться при этом предлагалось. Мудрецы ихние, с которыми они совещались, тоже обычно не возражали – поди плохо и самим заделаться полноправными членами самой уважаемой во всей Индии варны брахманов? А рядового общинника, которого ожидала участь вайшия, а то и вовсе шудры, никто не спрашивал. Спорить же с начальством и у дравидов небезопасно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
