Ради эффективной практики сновидения мы вынуждены «осознавать себя» наяву как можно чаще (этому, в частности, и служит сталкерская «внимательность»), чтобы эта привычка перешла и на восприятие в сновидении. Но и этого недостаточно!
Усиливая внимание и осознание наяву, мы, прежде всего, отталкиваемся от тела и привычного телу энергообмена. Чтобы сделать восприятие в сновидении более последовательным и направленным на внешнее, чтобы избавиться от галлюцинируемых образов, транслирующих в сновидимое пространство психическую и психофизиологическую активность, вызванную внутренними рефлексиями, мы приступаем к технике целенаправленного формирования тела сновидения. Формируя тело сновидения, мы успеваем осознать себя в сновидении несколько раз и устранить какую-то часть продукции галлюцинирующего тоналя, выработанной в периоды сновидческой «бессознательности».
Как в теле первого внимания, так и в теле сновидения осознание активизируется произвольным вниманием, функция которого — «собирать сигналы (эманации) в пучок». Осознание в данном случае — это регистрация факта сборки. Осознание максимально интенсивно только в те мгновения, когда сборка сигналов только что осуществлена. «Собранное» становится привычным с той же скоростью, с какой угасает наше осознание. Вот почему мы поддерживаем необходимый уровень активности осознания, вариативно повторяя цикл: сборка перцептивного пучка — разборка — новая сборка.
Это происходит в любом режиме восприятия. Наяву этот механизм почти всегда используется бессознательно — мы «пересобираем» себя, когда нуждаемся в быстрой активизации внимания.
Любая непривычная позиция восприятия (особенно сновидение) требует целенаправленного выполнения этой работы, поскольку автоматизмы, опирающиеся на базовую «телесность», здесь катастрофически слабеют.
В состоянии внимания сновидения эпизод глубокой остановки внутреннего диалога или перцептивного не-делания «разбирает» как воспринимаемый мир, так и тело. Повторная сборка опять дает импульс осознанности.
Этот метод крайне важен. Мы открываем указанный механизм в процессе сталкинга. Иногда он становится явным довольно быстро, иногда затрудненность выслеживания создает проблему, и у практикующего уходят годы на поиск «ключевого звена» — осознание работы собственного осознания.
«Сканирующее» тело своей плотностью вызывает осознание внимания и восприятия почти каждую минуту. На это уходит много энергии, и активное внимание быстро устает. Вот почему следующий этап — поиск энергии в сновидении и утилизация этой энергии — имеет решающее значение.
Именно здесь начинается «магия» и интеграция. Полученная в сновидении энергия влияет на физическое тело. Мы обретаем способность различать иллюзии и реальные сигналы, потому что тело настроено на обретение силы, и внимание, следуя этой установке, вытесняет иллюзии, усиливает энергопорождающие структуры. Даже в том случае, если мы не видим энергию в сновидении, психоэнергетический механизм тоналя переходит в режим, который знаком организму наяву, — он ищет во внешнем поле реальные источники силы.
В дальнейшем, бодрствующее тело своими реакциями разрешает большую часть сомнений по поводу реального-нереального во сне. Эти реакции тела могут быть как общими (скажем, психоэмоциональными, переживанием тонуса или истощения), так и весьма конкретными (вплоть до «следов» на коже от контактов в сновидении).
Эта последовательная работа составляет сущность того Пути Сновидения, который ведет от внимания сновидения ко второму вниманию, плотному телу сновидения, переходящему в «дубль», который на высшем этапе интеграции с физическим телом осуществляет целостную телепортацию. Если телепортация физического тела была осуществлена практиком хотя бы однажды — значит, он уже стоит на пороге третьего внимания, Тотальной Интеграции.
5) Формирование тела сновидения
Чтобы понять смысл термина тело сновидения, следует подумать о том, что же такое «тело». Поскольку нас прежде всего интересует энергетический аспект проблемы, можно сказать, что тело — это система каналов энергообмена и некое поле, способное энергию сохранять. Фигурально выражаясь, это некий «сосуд», необходимый для работы осознания.
В чем смысл формирования тела сновидения? В том, чтобы мы получили возможность, находясь в позиции сновидения, поглощать энергию, излучать ее и, наконец, накапливать.
Спонтанный выход тела сновидения — это естественное моделирование каркаса, объединяющего новое поле восприятия и самого воспринимателя. Наше внимание обучено распределять себя так, что всегда есть некий центр, источник внимания, и окружающее его поле. Чем лучше работает воспринимающее внимание, тем явственнее оно по умолчанию строит тело. Воспринимаемое и восприниматель неразрывны в тонале. Если бы такого закона не было, само зарождение тела сновидения было бы невозможно.
Если причиной спонтанного выхода является мощный выброс энергии (а такое бывает в результате травмы, в момент клинической смерти, в состоянии специфических интоксикаций — особенно большими галлюциногенами), сила восприятия «вне тела» настолько велика, что может конструировать подробную копию физического тела субъекта. Но ненадолго. Почему? По очень простой причине — в данном состоянии энергия только излучается, тратится. Можно сказать, что полученная «копия» физического тела, какой бы отчетливой она ни была, — всего лишь один элемент системы. Излучающий элемент.
Под «формированием» тела сновидения имеется в виду развитие качественной поглощающей структуры и структуры накопления. Для этого и нужна специальная дисциплина.
Как уже было сказано, поддерживающая активность внимания осуществляется циклично (сборка — разборка — новая сборка), что и объясняет пульсирующий характер внимания, про который я упоминал еще в первой части книги. Фаза перцептивной сборки, имеющая место внутри каждого цикла, потребляет энергию и потому для воспринимателя является моментом излучения. Таким образом, всякое упорядоченное восприятие некоего фрагмента перцептивного поля инициирует его излучающую активность. Как наяву, так и в сновидении мы не нуждаемся в дополнительных приемах, чтобы излучать энергию вовне. Хотим мы этого или нет, излучение происходит постоянно, так как оно является физическим компонентом собирающего внимания. В тех же случаях, когда возникает необходимость многократно усилить излучение тела сновидения, практик обращается к специальным перцептивно-энергетическим паттернам, о которых будет сказано в следующей главе.
Лишь не следует забывать, что полноценная перцептивная сборка, которая формирует согласованное излучение тела сновидения, подразумевает использование не одного лишь визуального, но и всех остальных модусов перцепции — аудиального, кинестетического, проприоцептивного, а когда это необходимо — даже обонятельного и вкусового. Интенсивность и направленность излучения определяется тем, насколько сновидящему удалось воспользоваться этим сенсорным комплексом — продуктом его биологической целостности, сформированной миллионами лет направленной адаптации живой стихии к внешнему полю.
Пользуясь этим комплексом, практик совершенствует свою способность упорядоченно и целенаправленно излучать энергию в сновидении, когда выполняет в нем какую-то работу, перемещается, повторяет физические упражнения (здесь у него появляется реальная возможность открыть собственные «магические пассы»), пытается влиять на энергетические объекты или процессы.
Поглощение энергии — более сложный процесс для сновидящего. Телесные структуры, обеспечивающие поглощение и накопление энергии, как правило, активны наяву. Тональ не рассматривает сновидение как область, из которой можно черпать силу для своей психоэнергетической активности, — это естественный результат обычной бессознательности и пассивности тела во сне. Практик должен разрушить этот стереотип, поскольку без активизации поглощающих каналов невозможно добиться полноценного развития и усиления тела сновидения.
Это, надо заметить, серьезная проблема, с которой практик сталкивается через несколько лет специфического застоя в сновидческой практике. Часто мы встречаемся с разочарованными сновидящими, которые потратили пять-десять лет на тренировку произвольного внимания в сновидении, но не добились ничего, кроме наскучивших повторений одного сценария: взглянул на руки — прошелся — полетал — увидел какую-то подвижную и странную картинку — вернулся в первое внимание. «Ну и что? — спрашивают такие экспериментаторы. — Где обещанная энергетическая реальность, где магические трансформации и прочие кастанедовские «чудеса»? Мы нашли только скопище призраков».
