– А как его зовут? – расспрашивал ее Алик. – Познакомь меня с ним…
– Непременно, но как-нибудь потом, – ответила Лариса уклончиво. – Очень рада была тебя видеть, дорогой!
Она на мгновение прильнула к своему бывшему и опустила в карман его пиджака маленький плоский ключик.
И быстро взглянула на своего безмолвного сопровождающего, чтобы убедиться, что это движение не осталось незамеченным.
Парень в черном тут же достал из кармана мобильник и кому-то сообщил о том, что произошло. Наверное, вызвал подкрепление – ведь один он не смог бы следить и за Ларисой, и за Алиханом.
Убедившись, что все идет по плану, Лариса помахала кому-то в другом конце зала, послала Алику воздушный поцелуй и ввинтилась в толпу.
Он еще что-то говорил ей вслед, но она быстро удалилась в дальний конец зала и снова поискала глазами своего конвоира. К ее огорчению, он никуда не делся, все так же находился в нескольких шагах. Видимо, Алихана взял на себя кто-то другой, а он продолжал «пасти» Ларису.
Как же от него отделаться? Ей нужно было немедленно убегать отсюда. Потому что как только они поймут, что Алихан – человек случайный, они тут же примутся за нее всерьез.
Лариса увидела отходящий от зала короткий коридор, а в конце его – дверь с женским силуэтом. Она покосилась на своего неотлучного спутника и направилась к туалету – уж туда-то он за ней не посмеет сунуться!
И правда, он прочно встал на месте, немного не доходя до двери, а Лариса проследовала внутрь…
И застыла на пороге, как будто превратилась в соляной столб.
Возле зеркала стояла ее знаменитая мамаша, сосредоточенно разглядывая какой-то неразличимый невооруженным взглядом прыщик на кончике носа.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, она оглянулась, равнодушно скользнула глазами по Ларисе и вернулась к прерванному занятию.
Лариса поняла, что мать ее просто не узнала!
Приняла ее за какую-то мелкую актрисульку, которая окаменела, увидев перед собой знаменитость, русскую Катрин Денев.
Действительно, где ей было узнать Ларису в этой ухоженной, хорошо одетой женщине? Она привыкла к тому, что ее старшая дочь – едва ли не нищенка с вокзала! Да если бы сейчас Лариса предстала перед ней в наряде нищенки, мамочка и то бы ее не узнала! В упор не увидела! Да что же это такое – не узнать родную дочь?
– Что смотришь? – проговорила мамаша раздраженно. – Пришла писать – писай, а на меня нечего пялиться!
Вот как мы, оказывается, разговариваем с людьми, когда на нас не направлены камеры и микрофоны! Лариса вгляделась и отметила, что мамочка в данный момент крайне чем-то недовольна и от этого в глазах ее отражаются все пятьдесят два года. И даже немножко больше. И вообще вид не такой блестящий, как на фотографиях в журнале – без фотошопа-то…
Очевидно, мамочке было что-то нужно от того мужчины в смокинге, а он ее бортанул, оттого и злится она на весь свет.
– Сама разберусь, что мне делать! – ответила Лариса в тон матери.
Та фыркнула, но продолжать не стала и ушла с гордым видом, так и не узнав собственную дочь.
Лариса постаралась выкинуть ее из головы и сосредоточилась на том, как ей отделаться от слежки.
В это время в туалет вошла уборщица.
Она покосилась на Ларису и принялась возить шваброй по полу, бормоча себе под нос в полном согласии со сценарием:
– И ходют и ходют, и пачкают и пачкают…
– Тетенька! – обратилась к ней Лариса жалобным голосом. – Помоги! Там в коридоре мужик стоит, привязался ко мне как банный лист, проходу не дает…
Уборщица взглянула на Ларису, увидела ее дорогое платье, изящные туфли, ухоженный вид, и на лице ее проступило отчетливое выражение классовой ненависти. Уперев руки в бока, она выкрикнула грубым неприязненным голосом:
– Ишь, племянница отыскалась! Мужики ей, видишь ли, прохода не дают! Сама со своими хахалями разбирайся, а я человек простой, трудящийся, мне работать надо! Это тебе, моделя бесстыжая, за просто так деньги плотют, за морду твою гладкую, а мне за каждый рубель надо тряпкой да шваброй возить! Выметайся прочь!
Лариса на секунду растерялась, но тут же собрала разбегающиеся мысли и предприняла еще одну попытку заручиться поддержкой принципиальной уборщицы.
– Тетенька! – воскликнула она, подпустив в голос слезу. – Если бы это хахаль был, я бы не стала тебя просить, сама бы разобралась. Не хахаль это, а муж мой бывший. Он у меня сыночка отобрал, разлучил мать с ребенком. Он богатый, с судьей договорился и с милицией, отнял Митеньку. Сыночек на суде плакал, ручки ко мне тянул, я тоже рыдала, а только что ж поделаешь? Я неделю промаялась, другую, а потом не вынесла разлуки, к школе поехала, где Митенька учится, и забрала его. Сыночек как меня увидел, кинулся ко мне на шею и заплакал – забери меня, мамочка! Ну, я его, конечно, забрала и увезла к своей маме. А он, бывший мой, теперь за мной гоняется, хочет силой Митеньку отобрать…
На ходу сочинив такую душещипательную историю в духе телевизионного сериала, Лариса краем глаза наблюдала за уборщицей. Та по ходу рассказа пригорюнилась, преисполнилась сочувствия, а под конец даже пустила слезу.
– Это надо же, какие мужчины сволочи попадаются! – проговорила она, дослушав рассказ до конца. – У меня на этого гада прямо душа горит! Пойду сейчас же ему в морду плюну!
Лариса подумала, что если ее уволят из медицинского центра, можно попробовать писать сценарии сериалов, у нее к этому явно талант. Однако от уборщицы ей нужна была помощь другого рода.
– Тетенька, – взмолилась Лариса, – не надо плевать, от этого никакого прока не будет. Ты лучше мне помоги от него сбежать, чтобы он не узнал, где я Митеньку прячу!
– Непременно помогу! – пообещала уборщица и на мгновение задумалась.
– Вот мы что с тобой сделаем… – она сняла свой синий форменный халат и застиранную косынку и протянула Ларисе. – Надень, девонька, и выходи потихоньку, а я его отвлеку.
Лариса накинула халат уборщицы поверх своего восхитительного платья, повязала голову косынкой и взглянула в зеркало. Ну, если не очень приглядываться, можно принять ее за моложавую уборщицу. Для довершения образа она взяла тряпку, открыла дверь туалета и выбралась в коридор, согнувшись и делая вид, что протирает пол.
Приставленный к ней оперативник скользнул равнодушным взглядом и отвернулся. Лариса, не выпрямляясь, двинулась к служебному выходу.
Вдруг оперативник что-то заподозрил и окликнул ее:
– Эй, тетка, постой!
В это время из туалета выскочила настоящая уборщица, вооруженная шваброй и ведром с грязной водой.
– Ты чего это, извращенец, перед дамским туалетом ошиваешься? – воскликнула она пронзительным скандальным голосом. – Ты чего это тут подглядываешь? Вот я сейчас тебя…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
