— Бвана, помоги нам! Мы простые дровосеки и не умеем защищаться от слонов. Даже не пытаемся. А ты настоящий охотник и знаешь, как это делается. Ты убьешь слона! — Кули умоляюще вращал глазами.
— Ты Кули, а как зовут твоего друга?
— Извини, бвана, я не представился. У меня перед глазами все еще стоит слон, топчущий моего брата. Меня зовут Сумак, — Было видно, что верзила начал понемногу успокаиваться.
— Хорошо! Поскольку я охотник и твой друг в опасности, мой долг — оказать помощь. Не будем терять времени. Садитесь в машину и показывайте дорогу к лагерю. Может быть, удастся спасти ваших товарищей.
Африканцы мгновенно ожили и, перебивая друг друга, стали лепетать слова благодарности. Панго, который до сих пор стоял в стороне, придвинулся ко мне.
— Мзее, это все окаянное разноцветное солнце, поверь мне! — прошептал он и полез вместе со всеми в кузов «Тойоты».
В тишине мы продирались сквозь буш вдоль речки. Почему слон атаковал людей? Что-то здесь не так! Должно ведь быть какое-то объяснение. Эти и другие мысли крутились у меня в голове, пока мы двигались по сложной для автомобиля местности. Возможно, у слона был период «охоты», во время которого у самцов из желез, расположенных между глазами и ушами, сочатся коричневые выделения. В этом периоде слоны бывают агрессивны и очень опасны. А если напала самка? У них периодов «охоты» не бывает.
Через тридцать минут мы выехали на небольшую равнину, где под огромной акацией стояла хижина, сделанная из жердей и травы. Кострище и несколько больших камней вместо кресел — вот и вся роскошь этого лагеря. А что, собственно, еще нужно лесорубам? Главное — вода, а река была рядом.
К реке спускалась только одна тропинка, вторая вела в буш. От почти потухшего костра поднималась тонкая струйка дыма. Фупи нигде не было видно.
— Бвана, — позвал меня Сумак, — Здесь ничего не происходило, все случилось немного дальше, в пори.[48] Там слон убил Суди и, наверное, Фупи.
Я молча вытащил свой самый тяжелый карабин «Винчестер Магнум» калибра.458, укрепил на поясе кобуру с запасными патронами. Джуме я доверил дробовик, заряженный самой крупной картечью на случай встречи со львами, леопардами или гиенами. Панго взял в одну руку пластмассовую канистру с водой, во второй у него было мачете.
Через несколько минут Кули и Сумак повели нас по тропинке в глубь буша. Мы ступали почти бесшумно, с нас ручьями лил пот. Температура воздуха была тридцать восемь Цельсия в тени. Ни малейшего ветерка.
Сумак шел передо мной. Спустя какое-то время он тихо спросил:
— Ты сегодня утром видел восход солнца, бвана?
Я промолчал. Сумак спросил снова:
— Видел или нет?
— Видел. И в тот самый момент, когда солнце всходило, меня по лицу хлестнула ветка дерева. Она рассекла ухо, пошла кровь. Вот посмотри, — Я показал на свое пораненное правое ухо.
— Ты счастливец, бвана. Все могло быть намного хуже, например, как с моим братом. Он уже мертв. Знаешь, мы, маконде, верим, что, когда встает кровавое, как сегодня, солнце, должно погибнуть много людей. Тогда солнце напьется самого ценного, что есть на свете, — крови — и опять будет светить и дарить людям тепло.
Джума обернулся ко мне со словами:
— Видишь, мзее, все люди верят, что солнце может пить человеческую кровь и потому тускнеет. А вот у нас на севере верят, что…
— Бог с ними, с вашими размышлениями, — оборвал я его, — Лучше внимательнее смотрите под ноги и по сторонам. Нас ждет слон-убийца.
Мы продрались сквозь заросли густых кустов и натолкнулись на пень, рядом с которым лежал извилистый ствол поваленного дерева.
Это было первое дерево, срубленное дровосеками. Работа выполнялась вручную, только топорами. Мы миновали еще несколько срубленных и обработанных стволов. Сумак тихо произнес:
— Еще немного, бвана, и мы будем на месте.
На протяжении следующих двухсот метров буш становился все более густым, видимость не превышала пятнадцати метров. Ничего удивительного, что слон смог близко подойти к лесорубам, а те не заметили грозящей опасности.
— Бвана, где-то здесь должен быть Суди, — Сумак взволнованно махнул рукой.
Мы осторожно подошли к месту, указанному лесорубом, но Суди нигде не было видно.
— Кровь, мзее, — констатировал Джума и показал на вытоптанную площадку. Мы внимательно осмотрели каждый метр поверхности. В одном месте мне показалось, что слон будто бы вонзил свой бивень в землю. Неподалеку мы нашли еще следы крови, чуть дальше — пятно крови с запахом гноя.
— Это не кровь Суди, — сказал я, — это кровь слона.
— Откуда ты это знаешь, бвана? — спросил Сумак.
Не успел я ответить, как в разговор вмешался Джума:
— Ты умеешь рубить деревья, а мы умеем охотиться на животных и читать их следы. Смотри, здесь кровь смешана с гноем, который сильно воняет. Разве твой брат был ранен так давно, что его рана загноилась?
— Нет, недавно. Но я сам видел, как слон топтал его, — возразил Сумак.
— Это ничего не значит. Не ты ли говорил до этого, что от слона сильно воняло? — спросил следопыт и продолжил: — У слона имеется рана, которая кровоточит и гноится одновременно. Это, должно быть, очень болезненно, поэтому он в ярости. Иди, посмотри сюда! Видишь землю, которую недавно кто-то расковырял? В ней опять кровь с гноем. Это след от бивня, а поскольку ты сам видел что у слона всего один бивень, следовательно, из второго обломанного бивня текут гной и кровь. Не так ли, мзее? — обернулся ко мне следопыт.
— Ты прав, Джума. Гной с кровью выходит из раны на голове слона — скорее всего, из раны, оставшейся после того, как был сломан или отстрелен бивень, — подтвердил я и спросил: — Но где же Суди?
— Здесь есть след, — раздался слева голос Панго.
Я даже не заметил, пока изучал следы вместе с Джумой, что Панго успел обследовать местность вокруг. Мои следопыты прекрасно выучены и знают, что нужно делать. Мы направились к Панго, который рассматривал следы слона и убегавшего от него человека. Внимание! Тут что-то не так, внезапно пришло мне в голову. Судя по всему, это следы второго лесоруба, Фупи. Сумак видел, как он убегал от слона. Я посмотрел на землю — следы человека и слона были четкие, хорошо читались. Лесоруб бежал, как спринтер, по следам не было видно, чтобы он хромал или имел какое-либо ранение. Тот, кто оставил этот след, был здоров. Слон топтал явно не его.
— Это, должно быть, след Фупи, — сказал я через минуту.
Сумак закатил глаза и, заикаясь, спросил:
— Но г-где мой б-брат?
— Джумо, Панго, возвращаемся к тому месту, где мы видели кровь слона! Там необходимо найти следы Суди, — произнес я, и мы все вместе двинулись в обратном направлении.
