Посмотрев сначала вслед той собачонки, затем на ее хозяйку, которая соблазнительно прогнувшись, чуть ли не целиком залезла за ней, я уловил на себе внимательный взгляд деда, он поманил меня к себе и, наклонившись к самому моему уху тихо проговорил:
— Я понимаю, как для тебя важен тайник с отпечатком, поэтому завтра мы с тобой кое-что проверим и, если всё подтвердится, то мы в марте вместе летим в Грецию.
На следующий день мы зашли в какой-то питомник, и собаки в вольерах как по команде сошли с ума. Дикий лай, визг и рычание сопровождали нас, пока мы не отошли с территории подальше.
— Еще один контрольный заход, — пробормотал себе под нос дед. — На этот раз Московский зоопарк!
Возле вольера с крупными волками мы простояли минут десять.
Где волки? Куда подевались?
Пришлось перемахнуть через забор и искать зверей по вольеру. Волки обнаружились в самом дальнем углу, в искусственной пещерке, прижавшись друг к другу и поджав хвосты, они тихо поскуливали от охватившего их ужаса.
— Дед, что всё это значит? В зоопарк ты меня сводил, мороженое купил! Дальше-то что?
— Дальше? Дальше мы едем в Грецию, Коля! Но только в конце марта, раньше нам там делать нечего.
Дед хлопнул меня по плечу и быстрым шагом направился на выход из зоопарка. Я поспешил за ним.
— Я читал много раз ту инструкцию к тайнику, пока ее не уничтожили, — проговорил дед, когда я его догнал. — Первое, что ты должен знать, это самый первый тайник, о котором упоминалось в книге. Второе, в инструкции указано, что претендент — назовем его так, должен не бояться волков! Но это была неправильная трактовка! Видимо, книгу переписывали много раз и допустили грубую ошибку. Правильная трактовка гласит, что претендента должны бояться волки!
И он победно посмотрел на меня.
— Ты уверен?
— Абсолютно! Я еще тогда, возле тайника обратил на это внимание своих родичей, да кто же меня тогда послушал — молодого!
Глава 14 Последнее пристанище Крона
Спустя четыре месяца
Ранним утром я и дед направлялись в международный аэропорт Шереметьево, на рейс Москва — Афины.
Уезжал я с тяжелым сердцем. Пару недель назад сильно заболела тётя Тамара. Подхватила где-то сезонный грипп, а он дал осложнение на и без того уже сильно изношенное сердце. В итоге — два дня назад жесточайший сердечный приступ, и Тамару Павловну еле спасли. Понятное дело, что подключили самых лучших врачей Москвы, но возраст и нервная работа в молодые годы поизносили сердце тёти Тамары основательно.
Сейчас, как говорят врачи — кризис миновал, но всё равно рядом с Тамарой Павловной круглосуточно дежурили, сменяя друг друга, опытные врачи, а машина скорой помощи постоянно стояла припаркованной недалеко от нашего дома. Доктора меня заверили, что всё под полным контролем, и только поэтому я решился на долгожданную поездку.
Подъезжая к аэропорту, я связался с компанией, которая предоставила нам бизнес-джет.
— Всё нормально! Самолет готов, нас ожидают! — сказал я деду, кладя трубку.
— Ну и отлично! Только с пилотом и стюардессами я сам лично побеседую. Не спорь!
Я только пожал плечами.
Возле небольшого, но явно очень комфортабельного самолета нас встречал экипаж — два пилота и две очень милые и очаровательные стюардессы.
Поздоровавшись со всеми за руку, я поднялся на борт, а дед задержался, как он выразился — пообщаться немного с экипажем.
Самолет действительно был сравнительно небольшой, и с нашими с дедом габаритами как раз на нас двоих. В салоне всего четыре пассажирских кресла и два роскошных дивана со множеством небольших мягких подушек. Роскошью здесь отдавало абсолютно от всего. Повсюду дорогие сорта дерева, уютные кресла, широкие проходы, два сравнительно небольших обеденных столика вдоль диванов, большой плазменный телевизор, небольшие экраны возле каждого кресла. Весь интерьер выполнен в теплых, успокаивающих тонах. Одним словом — лети себе и радуйся.
В салоне появился дед в сопровождении двух улыбающихся во все тридцать два зуба стюардесс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Всё! Летим, Коля! А здесь очень мило, надо почаще пользоваться услугами этой авиакомпании!
Четыре часа полета и правда пролетели как-то совсем незаметно. Порадовала и кухня, и обслуживание, дед даже вздремнул немного на диване, укрывшись пледом. Действительно надо почаще передвигаться между странами подобным образом, средства позволяют, а то я всё бизнес-классом, но с моими-то габаритами и там было тесновато. Спасибо деду, надоумил.
В аэропорту Афин мы выбрали себе машину напрокат, закинули сумки в багажник и покатили в сторону горы Парнита. Говорят, сам бог Пан любил там повеселиться…
Дед управлял прокатным «мерседесом» как заправский водитель с многолетним стажем. Быстро несясь по трассе, он всё время поглядывал на окружающую местность и дорожные указатели. Для этого ему приходилось почти касаться руля своим подбородком.
— Нам надо выехать на трассу Афины — Ламия! Я здесь бывал несколько раз, но последний раз уже очень давно — лет так пятьдесят назад. Но ничего… разберемся! — уверенно проговорил он.
На нужную нам трассу, мы выскочили минут через двадцать.
— Так, а теперь как бы нам не прозевать нужный поворот, там, насколько я помню, должен быть указатель. Смотри внимательно, Коля, мало ли я по-стариковски не замечу!
Еще через полчаса мы свернули налево, и почти сразу же начался крутой извилистый подъем на саму гору Парнита. Дед чаще стал крутить головой по сторонам, выискивая только ему знакомые ориентиры. Наконец после очередного крутого поворота он съехал с дороги и остановился, прижавшись к левой обочине.
— Всё, внук, выгружаемся и переодеваемся! Дальше идем только пешком.
Дед достал свой мобильник и начал набирать номер в телефоне.
— Видел рекламу отеля в начале подъема?
Я неопределенно пожал плечами.
— Сейчас я туда позвоню, и нашу машину заберут, — пояснил он свои действия. — Он тут уже совсем рядом, нам всего-то несколько минут надо подождать.
И правда, буквально минут через пятнадцать к нам подъехал старенький потрепанный «фиат». С пассажирского кресла выскочил парень лет двадцати в форме служащего какого-то отеля, быстро о чём-то переговорил с дедом и сел за руль нашей машины. Затем, лихо развернувшись почти на месте, он укатил в направлении вершины горы.
— Вот и хорошо! — дед кивнул подбородком куда-то наверх. — Там и за нашей машиной присмотрят, и нам есть где заночевать если что.
Мы начали спускаться по западному склону горы, пробираясь через хвойный лес.
Где-то через час вышли на еле заметную тропинку, и она, запетляв между крупных камней, достигающих человеческого роста, очень скоро вывела нас к каменным россыпям. Еще час быстрой ходьбы, и вдалеке уже можно было рассмотреть развалины какой-то крепости.
— Это Филис! — дед указал пальцем на развалины. — Одна из самых древних крепостей на территории современной Греции. Когда-то в давние времена, это была нерушимая твердыня, а теперь тут одни камни. Но нам надо вон туда!
Дед перевел свой палец на местность чуть левее крепости.
— Мало кто знает, но это было построено на развалинах еще более древней крепости, — просвещал он меня, — вот нам-то как раз и нужен тот самый, первый фундамент…
Дед, не оглядываясь, быстро пошел вперед, и мне ничего не оставалось делать, как поспешить за ним.
С самого первого взгляда мне стало очевидно, что это совсем не то место, которое снилось мне каждую ночь уже много лет. Нет тут ни моря, ни той скалы, на которой я уже знал каждый камешек, но я твёрдо решил пока ничего не говорить деду — чувствовал, сейчас должно произойти что-то очень важное, настолько, что это изменит всю нашу дальнейшую жизнь и, возможно, даст ответы на многие волнующие всех нас вопросы.
Дед прибавил шагу, почти побежал. До наступления темноты по нашим расчетам оставалось еще около пяти часов, и нам надо было найти подходы к тайнику еще засветло. В противном случае он не гарантировал, что в темноте обнаружит нужные ориентиры. Пришлось нам немного ускориться для того чтобы успеть.
