и соблаговолите опутать нас второй порцией того любезного слуху повествовательного полотна, кое вы изволите прясть. Начнем, однако, с правильного конца!.. Зовут-то вас как?
– Меня зовут Роберт Холт.
– Не иначе?.. Ну, мистер Роберт Холт, выкладывайте!
Ободренный таким образом, мистер Холт повторил то, что говорил мне ранее, только более связно. По-моему, взгляд, каким Сидней смотрел на него, обладал неким гипнотическим свойством, и рассказчик не сбивался с темы – ему, с первого до последнего слова, не понадобилось ни единого наводящего вопроса.
Мистер Холт поведал, как его, усталого, мокрого, отчаявшегося и отчаянного, не пустили в ночлежный дом – хотя, казалось бы, там найдется приют для всех, кто потерял надежду. Рассказал, как подошел к открытому окну казавшегося пустым дома и, всего лишь пытаясь укрыться от ночного ненастья, забрался внутрь. Как вдруг очутился перед необычайным существом, которое показалось ему, измотанному и ослабевшему, человеком лишь наполовину. Как это жуткое создание с ненавистью осыпало дикими проклятиями Пола Лессинхэма – моего Пола! Как оно, воспользовавшись немощностью мистера Холта, полностью подчинило его своей ужасной и, по правде говоря, почти небывалой воле. Как послало этого несчастного, практически нагого, на улицу в дождь и ветер с приказом совершить кражу в особняке Пола, и как он, Холт, пошел туда, потому что не мог оказать ни малейшего сопротивления. Как Пол, внезапно вернувшись домой, наткнулся на мистера Холта в самый разгар преступного деяния и как, выслушав таинственные слова взломщика о загадочном жуке, потерял самообладание и позволил нарушителю сбежать, даже не пытаясь его остановить.
Эта история удивила меня в первый раз, а – рассказанная вторично – показалась еще поразительнее; однако, пока я наблюдала, как слушает ее Сидней, мне пришло в голову, что он все это уже знает. Так я ему и заявила, когда мистер Холт завершил свою повесть:
– Ведь вы не впервые слышите о произошедшем?
– Простите… но впервые. Вы думаете, я живу в стране волшебных сказок?
Нечто в его поведении подсказало мне, что он обманывает.
– Сидней!.. Не надо лжи!.. Пол вам все рассказал!
– Я не лгу – по меньшей мере в этом; от мистера Лессинхэма я такого не слышал. Давайте-ка обсудим эти мелочи как-нибудь попозже. Тем временем, возможно, вы позволите мне задать несколько вопросов мистеру Холту.
Я не стала вмешиваться, хотя чувствовала, что он что-то утаивает от меня и знает странную историю мистера Холта гораздо лучше, чем показывает. По какой-то причине его скрытность меня обеспокоила.
Сидней молча окинул мистера Холта взглядом.
Затем произнес в своей особой, приправленной откровенной дерзостью манере:
– Полагаю, мистер Холт, развлекая нас этой новоизобретенной сказкой, вы не надеялись, что мы с радостью проглотим вашу милую выдумку.
– Ни на что я не надеялся. Только рассказ мой правдив. И вы об этом знаете.
Кажется, Сидней такого не ожидал.
– Зря вы, вслед за мисс Линдон, считаете, что я обладаю более обширными познаниями, чем стремлюсь показать. Тем не менее оставим вопрос до иных времен… Как я понял, вы с особым тщанием пытались поведать нам о таинственном обитателе некоего странного жилища.
Я заметила, что мистер Холт задрожал.
– Мне его не забыть, – ответил он.
– В таком случае, вы сможете описать его нам.
– Вряд ли в моих силах сделать это беспристрастно. Но я постараюсь.
Если оригинал был изумительнее рассказа о нем, то, должно быть, существо и вправду потрясало воображение. У меня сложилось впечатление, что речь шла скорее о чудовище, чем о человеке. Пока мистер Холт давал это леденящее кровь описание, я внимательно наблюдала за Сиднеем и все сильнее убеждалась, что он знает о подоплеке этого необычного дела больше, чем показывает и чем может предположить сам рассказчик. Затем он задал вопрос, совершенно не вытекающий из истории мистера Холта:
– Вы уверены, что это прекрасное создание было мужчиной?
– Нет, сэр, как раз в этом я не уверен.
По интонации Сиднея я поняла, что он получил именно тот ответ, на который рассчитывал:
– Думаете, это была женщина?
– Мне действительно это не раз приходило в голову. Однако мне вряд ли удастся объяснить, что заставило меня так думать. В чертах этой твари не было ничего женственного. – Он умолк, словно задумался о чем-то. Потом добавил: – По-моему, я это просто почувствовал.
– Понимаю… Ладно… Сдается мне, мистер Холт, у вас хорошо развита интуиция. – Сидней поднялся с кровати и потянулся, будто стряхивая усталость, – он часто так делает. – С моей стороны было бы нечестно утверждать, что я не верю ни слову из вашей очаровательной – и непритязательной – сказки. Напротив, я выкажу полное к вам доверие, заметив, что у меня нет ни малейших сомнений в том, что вы сможете, к моему особому удовлетворению, направить меня в восхитительную резиденцию, в стенах которой началась ваша история.
Мистер Холт побагровел: вряд ли Сиднею удалось бы менее откровенно выразить свое отношение к его рассказу.
– Не забывайте, сэр, ночь была темная, местность – совершенно мне незнакомая, да и сам я пребывал в таком состоянии, что по сторонам особо не смотрел.
– Все это я учитываю, однако… как далеко вы ушли от работного дома в Хаммерсмите?
– Едва ли я прошел больше полумили.
– Тогда вы, вероятно, помните, куда свернули, отойдя от ночлежки: не думаю, что там много поворотов.
– Пожалуй, если увижу, вспомню.
– Значит, у вас будет возможность попытаться. Отсюда до Хаммерсмита не так далеко. Как думаете, вы сейчас способны выдержать поездку в кэбе; нас в нем будет двое, вы и я?
– Наверное, смогу. Я хотел встать уже сегодня утром. В постели я только потому, что так велел врач.
– Иногда стоит позабыть про указания докторов: я прописываю вам свежий воздух. – Сидней повернулся ко мне:
– Так вышло, что с гардеробом у мистера Холта туго, посему не думаете ли вы, что один из костюмов ваших лакеев мог бы прийтись ему впору – если, конечно, мистер Холт не станет возражать примерить его на себя на некоторое время?.. Мистер Холт, я жду, пока вы закончите переодеваться.
Оставив Холта разбираться, что ему больше подходит из одежды, мы с Сиднеем поднялись ко мне. Закрыв дверь, я сразу дала понять, что шутить в таком деле не намерена:
– Сидней, вы, конечно, понимаете, что я еду с вами. Он сделал вид, что удивился:
– Со мной?.. Рад это слышать… но куда?
– В дом, о котором говорил мистер Холт.
– Ничто не могло бы доставить мне большего удовольствия, но – дозволите мне напомнить? – мистеру Холту для начала надо этот дом найти.
– Я поеду с вами искать этот дом.
Сидней засмеялся, но я видела, что он
