пауку, отбил удар лапой, попытался подобраться к головогруди... И едва увернулся от лапы. Черт. Быстрый механизм...
Я попытался подобраться с другой стороны — всего-то и нужно, что раздолбать окуляры, а потом расчленить механизм, но паук махал двумя свободными лапами, как бешеный. В конце концов я плюнул на попытку достать начинку монстра и пошел дальше по коридору.
До ближайшей двери я шел две сотни метров, и эта дверь отличалась от комнатных. Более массивная и железная. Такую клинком не выломаешь.
Возле двери сидел скелет в странной броне. Броня сразу ушла в браслет, как и пушка, которая валялась рядом с костлявой находкой.
Я осмотрел оружие, прежде чем спрятать его, но не нашел, куда вставляются патроны. Зато спуск виден. Жать на спусковой крючок не стал — сразу отправил в хранилище. Шуметь не хотелось, как и рисковать взорвать в руках оружие другой цивилизации.
Итак, дверь.
Я прислонил к двери ладонь, попробовал было поместить ее в браслет... но не получилось сосредоточиться — восприятие убегало на дверные петли и на стены, считая их частью двери.
А если так?
— Убежище, — едва слышно шепнул я, положив ладонь на металл. Даже приготовился бежать в случае успеха, если за дверью меня ждут мимики, полчища зомби или иная ксеносная дрянь.
Сработало! Дверь медленно обернулась стеной тумана и пропала.
Из помещения пахнуло затхлым воздухом, гнилью. Нехороший запах. Если в помещение нашлось, чему гнить, возможно, оно, или то, что его убило, не упокоено до конца.
В помещении стояли пластиковые контейнеры с прозрачными боками. Много, очень много контейнеров. И через пластик каждого я видел сотни светящихся пластин. Фонарик можно было и не использовать — батареи в контейнерах светились синим, довольно тускло, но их было достаточно, чтобы я мог спокойно смотреть по сторонам, не размахивая фонариком.
В коробках были и испорченные, угасшие батареи, но рабочих было гораздо больше. И похоже, в пластинах находится та самая светящаяся жидкость, что текла из паука.
Это я удачно зашел. Людям, которым требуются мозги роботов, наверное, будет интересно достать и батареи для них?
Сразу обшаривать контейнеры, судорожно набивая карманы, не стал. Сперва — достал из браслета огненную гранату. Потом подумал, посмотрел на контейнеры и заменил огненную гранату кислотной. Если батареи взрывоопасны, тут рванет так, что уничтожит меня сразу, несмотря на весь иммунитет.
Достал из браслета стулья, поставил по обеим сторонам от двери. К ножке одного примотал медной проволокой гранату, зацепил кольцо другим куском проволоки и обвязал другой конец вокруг ножки второго стула. Теперь если кто захочет за мной подглядеть, как я знакомлюсь со своими вещами, неприятно удивится.
Когда установил растяжку, начал как можно тише перекладывать в ближайший контейнер рабочие батареи и вынимать нерабочие. Дело спорилось: за десять минут я наполнил три контейнера и спрятал их в убежище.
И пока я пытался примерно подсчитать, сколько мне дадут купюр за эти вещи, и дадут ли хоть что-то, за спиной послышался шорох.
Я обернулся быстрее, чем ковбои из фильмов достают из кобуры свой кольт. Луч фонарика промчался по коробкам, и уперся в человеческий силуэт.
Стоящая посреди прохода девушка не заслонилась ладонью от луча, хотя человеку в кромешной тьме он ощутимо бы резанул по глазам.
Пока я пытался понять, кто стоит передо мной, и почему черты лица девчонки кажутся мне знакомыми, из-за спины прозвучал смутно знакомый голос:
— Нильям?
Глава 19
Я быстро сместился в сторону, чтобы видеть одновременно двух существ, не оставляя никого за спиной, и... в голове будто взорвался шарик с водой. В ушах слегка звенело, мысли походили на ленивых жуков.
Попытки понять, что здесь происходит, ни к чему не приводили — мыслей никаких не было. Как я сюда попал?
— Эмили? — растерянно спросил я, наконец разобрав, на кого свечу фонариком. А потом перевёл луч света на другую девушку. — Ниаз? Что вы тут делаете?
Эмили — эта девушка из прошлого, которую... которая погибла в процессе эксперимента моего первого наставника. И в её смерти были виноваты как я, так и Ниаз, моя соученица.
— А меня и не приметил, — ворчливо заметил юноша с кучерявыми волосами, выходя из-за ящика.
— Апелиус?
Старый архимаг с аналитическим заклинанием, потенциально способным доставить тебя на вершину мира. Если, конечно, кто-то более удачливый не пнет тебя во время этого подъема.
— Ну а кто же ещё? Дай-ка я тебя хоть обниму, Нильям...
Юноша раскинул руки, улыбнулся, сделал пару шагов и замер в пяти метрах от меня — кончик меча смотрел ровно в грудь молодящемуся старикану.
— Не подходи, — шагнул я назад, и добавил. — Каждый, кто попробует обняться, получит в грудь полтора килограмма стали!
— Ты чего, Нильям, тронулся? — перестал улыбаться Апелиус и послушно шагнул назад. — Говорил же, экспериментируй меньше. От постоянной информационной нагрузки мозг устает. Слова еще не путаешь? Проблем с памятью нет?
Эти люди казались очень знакомыми, но вместе с тем опасными. Подпускать их к себе почему-то казалось ужасно неправильным, но почему — я вспомнить не мог. На задворках сознания мелькало какая-то информация на эту тему, но вспомнить ее... Нет, не выходило. При попытке понять, как я сюда попал, или почему не следует подпускать этих людей к себе, голова начинала странно болеть, а внутри черепа нарастал зуд.
— Ну хоть подойти-то к тебе можно? — спросила Эмили. — Все-же столько лет не виделись...
— Пожалуй, не стоит, — покачал я головой, и добавил второй девчонке, каким-то образом оказавшейся в трех шагах. — И ты, Ниаз, тоже отойди-ка к Апелиусу.
Апелиус чиркнул вполне современной зажигалкой, подкуривая папиросу, выпустил дым. В свете батарей дым окрасился синим.
— Здесь ужасно холодно, — поежилась Эмили. Девушка выглядела несчастной: лицо бледное, пальцы белые, как у мертвеца. Ежится, пытается запахнуться в тонкий халат неофита.
— Девчонка дело говорит, — кивнул Апелиус. — Хотя бы кофту ей дай какую-нибудь.
Совет я пропустил мимо ушей.
— Откуда вы вообще взялись? — спросил, наблюдая за тройкой старых знакомых, что встали рядом друг с другом.
— Но мы уже давно здесь, — удивленно протянула Ниаз. — Ты уж должен помнить.
Да? Черт, верно... Что-то такое в голове точно мелькало. Какая-то позабытая история, которую вспомнишь, стоит лишь хорошенько захотеть. Я уверен — пару секунд назад я ничего подобного не помнил, но выкрутасы моей памяти почему-то
