и опрокинул горшочек. Огонь перекинулся на занавески, и все вокруг заполыхало. Но у истории был хороший конец – советник вылечился и щедро наградил не только врача, но и слугу.
Пациенты, которых другие врачи лечили ртутью, избавлялись от сифилиса, но нередко расставались и со здоровьем. У них изо рта ручьем текла слюна, как у бешеной собаки, выпадали зубы, десны покрывались язвами и кровоточили, отмирали отдельные части тела. К ночи боли усиливались, больные кричали и доходили до самоубийства или умирали от сердечной недостаточности и удушья. «Их лица сияют, словно надгробные камни; зубы пляшут, как клавиши органа под пальцами маэстро, а в глотке клокочет пена, как у кабана, окруженного стаей гончих», – писал о сифилитиках Франсуа Рабле, французский писатель и врач.
Считая, что сифилис завезен из Америки, люди верили, что там должно существовать средство его лечения. Испанский казначей Гонсалес привез в Европу гваяковое дерево и утверждал, что только оно помогло ему исцелиться. Эти огромные деревья высотой от 6 до 10 метров растут на островах Вест-Индии и в некоторых странах Южной Америки. Древесину очищали от коры, измельчали, заваривали и полученный сироп или кашицу пили. Гваяк при нагревании имеет приятный запах. Потение при лечении им тоже считалось необходимым.
Гваяк спасает от сифилиса! Прекрасная новость: врачи были в восторге! Сам Никлас Пол, который был лейб-медиком императора Максимилиана до его смерти, сообщил, что он вылечил гваяком от дурной болезни три тысячи человек. Три тысячи!!! Какие уж тут сомнения? Новое средство восхваляли наперебой. Каждый, и больной, и здоровый, мечтал как можно скорее его приобрести. Семья Фуггеров добилась монополии на импорт гваякового дерева. Торговля приносила ей огромный доход.
Как ни странно, в этом больше всего помог Фуггерам их непримиримый враг и противник – рыцарь Ульрих фон Гуттен, поэт и публицист, популярный в Германии. Гуттен был сторонником Реформации, гуманистом и немецким патриотом. В своих произведениях он бичевал хищников и эксплуататоров народа, а самыми вредными из них считал ростовщиков и банкиров Фуггеров. Ульрих фон Гуттен заболел сифилисом и не мог вылечиться. Помог ему гваяк, и он в 1519 году написал стихотворение, в котором прославлял это дерево. Потом поэту становилось все хуже, и он нигде не находил приюта. Только Цвингли разместил его на острове под Цюрихом, и там в 1523 году Гуттен в одиночестве скончался от сифилиса в возрасте 35 лет. Но похвалы гваяку пережили его, а словам Гуттена люди верили. Его вклад в триумф гваяка в Европе оказался решающим.
Гваяковое дерево стоило дорого, и с ним была масса хлопот. Прежде чем древесину заваривать, ее надо измельчить. А эта древесина серо- или черно-зеленого цвета тяжелее воды и удивительно прочная. Ее превращали в опилки рашпилями. Нудную и тяжелую работу свалили на заключенных: в тюрьмах они целыми днями пилили гваяк. В Страсбурге Парацельса однажды спросили на улице, где находится «рашпильный цех» – так называли городскую тюрьму. Городской совет Страсбурга накопил запас гваякового дерева, а Базель договорился о поставках, суливших крупную прибыль.
Выходит, что доктор Теофраст, добившись введения в Базеле карантина, лишил уважаемых людей доходов от торговли гваяком и отнял у горожан нужнейшее лекарство, которое прославлял целый хор радостных голосов? Этому хору противостоял лишь один голос – Парацельс впервые выступил с публичной критикой чудодейственного препарата. Он старался выражаться осторожно и заявил, что главным способом лечения сифилиса должно быть лечение ртутью, а эффект гваякового дерева преувеличен. У Парацельса было подготовлено несколько трактатов о сифилисе. Первую короткую работу он издал в 1527 году, вторую – в 1529 году, а две трети сочинения остались неопубликованными, потому что автор шел против течения.
Теофраст возмущался эйфорией, которая началась со слов Гуттена: «Первый шум о дереве поднял неопытный человек, который поддался увлечению. Он стал учителем и профессором для врачей и специалистов. То, чему он их учил, можно каждый день услышать от больных… Люди жалуются мне на обманщиков и халтурщиков, которые хвастаются, что целебное свойство гваяка бесспорно». Парацельс знал, что сифилис – коварная болезнь. Через некоторое время после заражения возникает повреждение (шанкр), но оно через три – шесть недель само заживает. Больному кажется, что он выздоровел, он благодарит врача и расплачивается с ним. Оба довольны, но они – жертвы обмана. Сифилис затаился и продолжает отравлять весь организм – на коже появляется сыпь, опухают железы. Потихоньку разрушаются внутренние органы, мозг, нервная система, кости… Конец печален: паралич, слепота, слабоумие и смерть.
В своих трудах Парацельс подробно описал признаки этой болезни. Внешние стороны ее были хорошо знакомы его современникам: ввалившийся нос, смрадное дыхание, гнойные язвы, воспаленные глаза и хромота при ходьбе, частичный паралич. Таких людей выдворяли за городские ворота. Так выглядел в последние годы и сам Ульрих фон Гуттен. Мало того что гваяковое дерево было неэффективно – лекарство из дальнего зарубежья было к тому же очень дорогим, недоступным для бедных слоев населения, и это возмущало Парацельса. Он утверждал, что в природе любой страны можно найти все, что нужно для лечения болезней.
Много лет работая в лаборатории, доктор знал, что ртуть и ее соединения очень токсичны и могут вызывать тяжелое общее отравление организма. В книге о болезнях шахтеров он описывал, как от паров ртути чернеют зубы, слабеют и немеют члены, появляется дрожь во всем теле.
Как же можно было такими опасными средствами лечить сифилис? Теофраст был очень осторожным врачом и применял для лечения минимально необходимые дозы. Только при этом условии лечение ртутью могло быть успешным. Парацельс был против вдыхания паров ртути. Он возмущался врачами, которые «мажут тело больного толстым слоем ртутной мази, как сапожники, не жалеющие ваксы для сапог»: «Лучшие из наших известных врачей – те, которые приносят наименьший вред. К несчастью, одни отравляют больных ртутью, другие залечивают их до смерти слабительными или кровопусканием. Некоторых более беспокоит собственная выгода, нежели здоровье больных. Вот пациент, которого вы заставили проглотить немыслимое количество ртути… У одного ртуть в костном мозгу, у другого – в венах. Она рассасывается, осаждается и так далее. Кто поспорит с тем, что это убийство?»
Парацельс прославился своим лечением сифилиса. Эта история позволяет лучше понять его судьбу и роль в медицине. Своими выступлениями доктор вызвал бурю возмущения со стороны своих коллег, торговцев гваяком и властей. Время показало, кто был прав. Лечение венерических заболеваний ртутью по методу Парацельса применялось в медицине вплоть до XX века. В учебниках препараты ртути назывались главным средством, и они лишь сравнительно недавно вышли
