присматривали. Сразу видно, что старик сам не встанет.
Интересно, кто же в такую погоду из дома ушёл? Путник отбросил все эти мысли сразу. Не до этого стало сейчас. Старик очнулся. Прохрипел и загробным голосом попросил воды.
Он принёс ему воды. Протянул. Напоил. Тот вдруг ловко охватил его за запястье, своими корявыми пальцами, и крепко сжал руку, не смотря на свой внешний вид, почти покойника, сжимал он руку, как кузнец.
Путник даже опешил от неожиданности. Потом почувствовал боль внутри тела. Последнее, что он слышал, если ему это не привиделось, это бормотание старика. Что он говорил, вернее, шептал, было непонятно.
Очнулся он уже позже. Непонятно сколько пролежав около тела старика. Гроза уже прошла. Напоследок старик прошипел.
— Спасибо. Теперь это твоя ноша.
Путник выскочил из дома и побрел, куда глаза глядят, мало сейчас отдавая себе отчёт в происходящем.
Через час пришли мужики, тайно забрались на крышу и стали ломать её. Знали бы только они, что этого делать уже не надо. Старик умер, передав свой ужасный дар случайно зашедшему к нему путнику.
Глава 44
Аркадий Иосифович и Семён Поликарпович за игрой в карты рассуждали, что же всё-таки произошло на самом деле в доме колдуна. Их внимательно слушали, два помещика, не перебивая.
— И всё же мы их одолели, мой друг. Эти, прости Господи, нечисти отправились прямиком в ад, где им самое место — сказал доктор.
— Безусловно. Вне всяких сомнений. Это уж точно. После нашей операции им было некуда деваться. Пришлось отправиться именно туда, откуда они пришли — потирая руки, сказал сыщик, он только, что удачно разложил комбинацию в вист и сорвал хороший куш.
Все остальные за столом лишь удивлённо на него уставились. Сегодня, несомненно, сыщику везло. Он играл как никогда и фортуна ему сопутствовала. Сыщик был рад вдвойне, и игре, и то, что так удачно разрешился их вопрос с анчутками. Теперь они уже не смогут мракобесить в округе, и пугать честной народ. Крестьяне могут спать спокойно, их страхи теперь позади.
— У меня только один вопрос, почему, когда они погибали, то прокричали, что хозяин за нас отомстит? Что это значит, уважаемый Александр Сергеевич, не сможете всем нам пояснить?
— Вы знаете я сам в глубоком замешательстве. Что и не говори, но похоронили мы колдуна, как положено. Сделали всё как подобает. Он не сможет больше потревожить живых.
— Что вы имеете ввиду? — спросил, вдруг заинтересовавшись, сыщик.
Александр Сергеевич посмотрел вопросительно на своего друга, помещика М. Тот кивнул головой, одобряя рассказ друга.
— Вы слышали когда-нибудь, как нужно правильно похоронить колдуна? — спросил помещик К.
— Я если честно — нет, — ответил откровенно старый сыщик.
— Я что-то слышал от моей бабки, но это было давно, ещё в детстве. Так что особо подробностей уже я и не вспомню — ответил доктор.
— Ну, так вот. Здесь нужно провести особый ритуал. Так как при жизни он не верил в Бога, а тем более служил силам зла, мы никак не могли его похоронить на кладбище среди простых усопших. Это было бы не по канонам церкви и против христианских заповедей. Посовещавшись со священником, похоронили его отдельно, за пределами кладбища, — рассказал помещик К. и замолчал, не решаясь дальше говорить.
— Очень интересно. А что же было дальше? — спросил доктор.
Александр Сергеевич посмотрел на друга Сергея Николаевича, тот одобрительно опять кивнул головой, дав добро на дальнейшее повествование этого рассказа.
— Наши предки хоронили колдунов и колдуний особым образом — лицом вниз, чтобы после смерти они не могли восстать из могилы в виде упырей и шататься по земле, причиняя вред живым. А также в гроб всегда клали осиновый кол. Только мы пошли дальше. Мы осиновый кол вбили ему прямо в сердце, — рассказал помещик К.
Сейчас он смотрел на нас и ждал реакции, особенно от сыщика.
— Здесь нет состава преступления, мой дорогой Александр Сергеевич. Вы вбили кол в уже мёртвое тело. Тем более это нужно было для дела. Так что вы поступили абсолютно правильно, что взяли на себя эту тяжёлую ношу. Я полностью на вашей стороне и полностью согласен с вашим поступком. Уверяю вас, что дальше этой комнаты информация не выйдет, можете быть в этом уверены. Думаю, меня поддержит и мой друг, и коллега Аркадий Иосифович.
— Да. Мой друг прав. Вы действовали из благих побуждениях, заботясь, прежде всего о вверенных вам крестьянах и о своей семье. Так что здесь я только могу вами восхищаться, как человек. А как доктор не могу не заметить вашу храбрость. Ведь не каждый так отважно сможет вбить кол прямо в сердце, тем более колдуну. Для этого нужно большое мужество и самому обладать стальными нервами и как минимум иметь храброе сердце. А у вас, как я погляжу, голубчик, все эти качества есть. Я снимаю перед вами шляпу и готов вам пожать руку.
Доктор встал и протянул руку молодому помещику К.
— Присоединяюсь к словам своего друга и готов также пожать руку такому храброму человеку, — сыщик встал и пожал руку помещика К., вслед за доктором.
После они сели за стол и выпили по стакану вина. Тем более бутылка замечательного хереса стояла на столе и ждала своего часа.
— Тогда вдвойне непонятны их угрозы. Что они имели ввиду, когда кричали про хозяина!? Если их хозяин в действительности уже мёртв, — сказал свои мысли в слух Сергей Николаевич.
На этот вопрос у друзей не было ответа, такие вещи, как колдуны, их перерождение, было вне зоны их компетенции, так же, как понимания вопроса в целом. Здесь, к сожалению, они были полностью профаны, больше полагаясь на удачу, чем на профессионализм в этом вопросе.
***
Жизнь в деревне текла безмятежно. Ратибор привык жить в уединение, в спокойной обстановке. Драгомир всегда выбирал самые укромные места, чтобы никто из властей не трогал и не беспокоил их. Так надо было, чтобы жить было проще, и не беспокоиться о завтрашнем дне, ищя новые укрытия.
