Читаем без скачивания Раджниш Ошо - Александр Грицанов

Любой конкретный вопрос, с точки зрения наставника дзен, абсурден, ибо вопрошающий, вычленяя факт из единства бытия, тем самым уже детерминирует его. Ответ наставника дзен абсурден по той же причине. Однако весь диалог иллюстрирует тождественность любого высказывания, тем самым имея смысл в системе буддизма чань (дзен). За коаном, отличающимся абсурдностью и нелепостью, необходимо отыскать глубокий внутренний смысл, наиболее удачный парадоксальный ответ.

Иные примеры коанов:

1) «Однажды монах спросил Шао-шаня: Существует ли высказывание, которое не было бы ни истинным, ни ложным? Шао-шань ответил: В белом облаке не увидишь ни следа уродства».

2) «Три монаха: Сю-фэнь, Чжинь-шань и Йень-тоу - встретились в саду храма. Сю-фэнь увидел ведро с водой и указал на него. Чжинь-шань сказал: Вода чиста и отражает образ Луны. Сю-фэнь сказал: Нет, нет, - это не вода, это не Луна. Йень-тоу перевернул ведро».

Коан должен полностью завладеть сознанием ученика, вытеснив прочие мысли, затем после ментального перенапряжения наступает внезапный прорыв, после чего смысл коана становится понятным. Многие коаны стали нормативными и их передают следующим поколениям.

Два наиболее известных китайских сборника коанов «Бияньлу» («Записки у бирюзовой скалы») и «Уменьгуань» («Застава без ворот») составлены в XI-XIII вв. Эти сборники применяются и японскими наставниками дзен, которые отдают коанам предпочтение перед сидячей медитацией: адепту дзен предлагают решать цепочку коанов один за другим.

Согласно Раджнишу, коаны есть прекрасный таинственный мир - «нелогичный для ума, но сверхлогичный для тех, кто понимает мир мистика, он окружает нас, нам только необходимо иметь правильное восприятие, нам нужны ясные глаза, не обремененные знаниями, - невинные, невесомые.

Нам нужны крылья любви, а не логики. Логика тянет вас вниз. Она подчиняется гравитации.

Любовь уносит вас к звездам.

Освободите в себе мистика, и вы найдете все, что стоит найти».

Коан против ума [«БП»]. По мысли Ошо, коан - это что- то похожее на головоломку, которая не может быть решена - она принципиально нерешаема. Например, как вы выглядели до того, как вы родились, - нет пути решения этой задачи, негде найти ответ...

Поэтому сначала вы должны понять значение коана. Это такое утверждение, которое не имеет ответа, а Мастер дает его ученику, чтобы тот медитировал над ним и нашел ответ.

С самого начал ученик знает и Мастер знает, что нет возможности найти ответ. Но это великая стратегия: когда ум не может найти ответ, а медитация должна быть очень напряженной, со всей энергией, сконцентрированной в коане, - ум чувствует себя почти бессильным. Он смотрит здесь и там, приносит тот ответ или этот и получает удары от Мастера за го, что принес неправильный ответ.

Каждый ответ неправилен, потому что само назначение коана не в том, чтобы дать ответ; его назначение в том, чтобы утомить ваш ум до такой степени, чтобы он перестал бороться. Если бы был ответ, ум бы его нашел. Но в данном случае неважно, очень вы умный или не очень, - любой ум не сможет найти ответ. Но, естественно, он пытается снова и снова... Но когда ум окончательно узнает, что ответа нет, он прекращает борьбу. И вся стратегия очень тонкая: надо отодвинуть ум; уставший, исчерпавший себя, у него не остается желания больше функционировать...

Коан может совершать чудеса, хотя это просто техника. Вопрос только в том, насколько тотально вы заставите весь ваш ум быть связанным с коаном все двадцать четыре часа. Это не что-то такое, чем можно заняться часок и забыть об этом.

Это монастырский метод. Существуют индивидуальные методы, которые вы можете практиковать везде, и существуют монастырские методы, когда вы можете работать с ними только в монастыре, где вы можете медитировать все двадцать четыре часа, где нечего больше делать, кроме медитации.

Коан - это монастырский метод. Если вы сможете вложить в него всю свою энергию, не оставите ни кусочка сознания снаружи, как это вошло у людей в привычку... Они никогда не оставят все. Для безопасности, для крайней необходимости они что-то придерживают. Они никогда не вкладывают все, что в них есть, в метод.

Это не загадки, которые вы можете решить, имея большой интеллект. Они выглядят, как загадки, но это не загадки; это просто абсурд. Но абсурд способен утомить ум. Только абсурд может сделать это, - с чем-нибудь рациональным ум справится, с чем-нибудь разумным ум справится, с чем-нибудь логичным ум справится. Только что-то абсурдное... Ум не может справиться с абсурдным, человек может сойти с ума, но не решит эту проблему. И до того, как сойти с ума, вы должны бросить ее.

Помните, что ваш коан ничего не принесет вам, если вы будете работать с ним спустя рукава, или сделает вас Буддой, если вы будете работать с ним тотально, вкладывая все свое сердце. Весь вопрос в настоятельности и тотальности.

До того, как коан стал целью, чем-то связывающим, он должен быть отброшен.

Я не использую коаны по той простой причине, что вы не живете в монастыре. Это в своей основе монастырский метод. Хотя никто не разделял раньше так методы. Мои санньясины живут в мире, они не могут вложить всю свою тотальность в медитацию двадцать четыре часа. Для них достаточно вложить свою тотальность в нее на несколько минут, отхлебнуть глоток их вечности, их бессмертности, просто чтобы уловить проблеск корней. И не продолжайте это, пусть по просто остается далеким эхом, окружающим вас. Как аромат - когда вы проходите через сад роз, даже если вы не касаетесь роз, ваша одежда будет пропитана их ароматом.

Вы находитесь в миру, и я хочу, чтобы каждый из моих санньясинов был в миру. Я не хочу, чтобы вы были в монастыре, потому что монастырь отнимает все двадцать четыре часа и разрушает вашу способность творить; большинство людей устают так, что они оставляют один монастырь и идут в другой. Это постоянное явление в Японии: люди, уставшие от одного монастыря, идут в другой. И поскольку им не приходится заботиться о чем-либо - едой их снабжает монастырь, - единственная их работа - это концентрация на коане, поэтому или они становятся сыты по горло монастырем и считают, что что-то неправильно в коане, потому что прошло три года, но ничего не случилось, или они становятся сумасшедшими. Их настойчивость и тотальность движется в ложном направлении, и они сходят с ума.

Это случается постоянно в дзенских монастырях. На самом деле в каждом дзенском монастыре есть помещения для монахов, которые сошли с ума. Но их метод возвращения сумасшедшего монаха в мир очень прост. Современная психиатрия и психология должны изучить этот метод, потому что то, что они не могут сделать в течение десяти лет, делается в монастыре за три недели. На самом деле нет никаких специальных приспособлений, просто в монастыре в уединенном месте, на берегу реки, скрытый в зарослях бамбука, стоит небольшой домик. Человека оставляют здесь и не разрешают ему ни с кем говорить. Никто не проходит мимо этого домика, кроме человека, который каждый день приносит еду. Но ему не разрешено разговаривать с обитателем домика, а тому тоже не разрешено, запрещено даже жестикулировать или здороваться.

В течение трех недель сидеть молча, ни с кем не разговаривать, ничего не делать... ум постепенно охлаждается. То, что психоанализ не может сделать за 15 лет, в дзенских монастырях делалось в течение тысячи лет для тысяч монахов.

Никто не посещает его в течение этих трех недель; человека просто оставляют одного. Сначала он разговаривает сам с собой, потом медленно, по мере того, как напряжение уходит, он успокаивается. Прекрасная сцена: бамбук, река и ни одного человека вокруг. И когда он успокаивается, он возвращается в монастырь.

Но в любом случае человек не должен так применять метод, чтобы он привел к сумасшествию. А причина, почему люди сходят с ума от определенного метода, состоит в том, что они стараются быть умными. Они оставляют какое-то количество энергии про запас - в левом кармане, - поэтому они никогда не цельные. А если вы не цельный, ум нельзя отбросить. Поэтому тотальность - настоящее назначение, цель коана.

Я не использую этот метод, и я не рекомендую кому-нибудь другому использовать его, если он не живет в монастыре, где не имеет мирской работы, где он полностью зависим от общества. Но когда вы зависимы от общества, вы не можете быть мятежным. Именно поэтому Мастера дзен достигали Буддовости, но их Буддовость не есть восстание; это не революция.

Я хочу, чтобы мои будды были восставшими. Но вы можете восстать, только если вы не зависите от общества. Если вы независимы в своей работе, в своих заработках, вы можете восстать против всех ортодоксов.

Это очень ловкая политика, хотя, возможно, непреднамеренная, когда богатые люди и императоры все жертвуют монастырям. Для них это очень удобно: они зарабатывают духовную добродетель, открывая банковский счет на небесах. А с другой стороны, эти люди уже никогда не восстанут. Они искалечены полностью; они забыли, как что-то делать. От них ничего не требуется, только сидеть и медитировать над к паном, что является нелепым.