шкур ядовитых пиявок. Если его укусить, можно отравиться.
Хм… выглядит он просто отвратительно. Сделан из чёрной шкуры пиявок. Она склизкая и неприятная на ощупь. Но это наружная часть, в вот внутренняя весьма приятная, и носить плащ вполне удобно.
А ещё в нём можно переносить ягоды! Поэтому я тут же принялся за сбор этой чудесной ягоды. Не оставил ни ягодки, а скелет мне помогал. Правда, собрали мы куда меньше, чем я съел… Ну да ладно.
Выйдя наружу, я малость… удивился. В смысле, ночь?..
— Гос… по… дин… — раздался хриплый и жуткий голос, а после я увидел зомби. Она уже почти полностью приняла облик тёмной эльфийки. Правда, кожа была бледной, жуткой, а следы гниения ещё не исчезли. Такую увидишь ночью, мало не покажется.
Хотя уже ночь… Да и я не человек.
— Биологически вы — человек, — поправил меня Паразит. Душнила.
— Вижу, у вас все хорошо. Молодцы, — кивнул я им.
— Ста… ра… ем… ся… — поклонилась эльфийка, и подмечу, что без одежды. И выглядела она малость неприглядно. В общем, фу. И ещё одно, я им позволил забирать половину заработанных БЭ. Это восстанавливает их раны и позволяет эволюционировать.
— Точно… забыл, — взмахнул рукой, и четвёрка зомби облачилась в латы.
— Спа… си… бо! — в голосе чувствовалась обида, мол, чего раньше не сделал так? Ну, забыл я, с кем не бывает.
В общем, пошли мы домой. Громила остался здесь, а скелет немного сопроводил меня. Но, поняв, что в облике меня Великого, аура действует куда эффективнее, отправил его обратно на болото.
До пляжа добрался без проблем, а вот развеяв божественное тело, едва не взвыл от накатившей боли… Последние сотни метров прямо хромал. Хорошо, хоть посох был. Использовал как трость. Подходя к стене, услышал ругань и громкую… Неужели меня потеряли?
***
Стена перед ущельем.
Несколько минут назад.
Рыжие и остальные.
— Дуры! Куда вы собрались?! Если он жив и не дурак, то переночует! — ругался Иванов, глядя на четырёх решительных женщин.
— Вот именно что уже ночь! Ему, возможно, нужно лечение! — ругалась разъярённая Катя.
— Саша уже не раз возвращался домой с сильным перенапряжением. Ему даже стоять тяжело в таком состоянии! — добавила Лена. Глаза рыжих девушек горели огнём, кулаки сжаты.
— Не будьте дурами! Вас убьют, и ничего вы не добьётесь! — не сдавался Иванов.
— Он прав, уверен, Саша решил переждать ночь, а вы лишь доставите ему неприятности, — вмешался Виталий, и Полина закивала.
— Мы сильнее, чем вы думаете, — волосы Ангелины пылали, а сама она была готова прорываться с силой.
— Одумайтесь! — практически молил Иванов, боясь потерять лекарей и сильнейшего бойца.
— Да умер он! Там твари C ранга! — раздался чей-то голос, но стоило четырём девушек уставиться на него, как тот поспешил ретироваться.
— Кто это там умер? — тут и объявился я. Просовываю голову в дыру в стене, а там вся моя компания проблемных. И у них, видимо, пополнение в виде Ангелины. Ещё одна проблема на мою голову…
— Саша!!! — закричали нет не трое и не четверо, вообще все они закричали разом… Чуть не оглушили. И… почему Иванов настолько счастлив видеть меня? Надеюсь, он не из этих? Которые «противные». Надо опасаться его…
— Да-да, это я. Помогите мне, — я вновь скрылся за стеной и принялся карабкаться через неё, а потом вниз, но тяжело это.
— А ты чего засмущалась-то? — с недовольством в голосе Анна уставилась на Ангелину.
— Всё тебе интересно знать, — рыкнула та в ответ, пялясь на мою голую задницу… Что она там нашла интересного? Может, пиявка какая присосалась?
Вскоре я передал Виталию сложенный плащ и велел быть осторожным. Посох просто бросил вниз.
— Ты что… осколки зачищал? — с неверием во взгляде на меня уставился Иванов.
— Ну а как я мог пройти мимо? Вот задержался немного, сложный гад попался.
— Немного?! Да мы тут все пересрались! Ты — наш лекарь и источник связи с империей! — Иванов начал злиться… Да и остальные выглядели так, будто хотят исправить «маленькую» оплошность, что я выжил.
— Кстати я снова связывался с домом, из самой Москвы выделили поисковый отряд. Но подробности потом. Сперва перекусить и кое-какое важное дело, поэтому вы, — указал я на здоровяка с крохой, а потом на рыжих с компанией. — И вы, ко мне.
Оставив Иванова недоумевать, умчался к себе. Сперва нужно съесть ягоды, пока они не испортились. Остальное потом.
И вот, мы оказались в доме. Стало тесно. Но в основном из-за Виталия. А ещё… Ангелина что тут делает? Я звал лишь Рыжих и седовласую. Ладно…
— А теперь слушайте меня, — я раскрыл узелок из плаща.
— Ягодка! — Ангелина схватила, но, услышав меня, остановилась за миг до того, как закинула в рот.
— Ядовитая, съев её, вас парализует.
— Тогда зачем она? — огненноволосая положила ягоду на место и уставилась на меня. Девушка, кстати, прикрыла листьями свои прелести, но немного неуклюже, отчего виднелся сосок. Остальные прикрылись получше.
— В ней огромное количество чистой маны. И благодаря ей я прорвался на восьмой ранг, — судя по лицам, люди неслабо удивились.
— Но как? Она же ядовитая!
— Как-как, привыкал к яду, — пожал я плечами, а руки засветились. Но я не говорил, что привыкал лишь пять мнут… — Теперь мои телесные жидкости должны работать как противоядие.
— П-п-поцелуй?! — Полина тут же прижалась к Виталию, а тот сердито посмотрел на меня.
— Х-хорошо… — Катя зарумянилась и опустила голову.
— Ладно, — кивнула Лена. Ангелина облизалась, а Анна выглядела взбешённой.
— Поцелуи? Фу, я просто плюну в воду, а вы выпьете, — меня аж перекосило от мысли всех их целовать. Виталию же я лучше в рот плюну, чем поцелую.
— Это же отвратительно! — скривилась Ангелина, а остальные закивали.
— А я… соглашусь? — будто спросила она у Виталия. Тому было неприятно, но он всё же кивнул.
— Поцелуй! — настояла Ангелина.
— Нет уж, но могу крови предложить.
— Крови? Ну, это не так противно, — пожала она плечами, остальные кивнули.
— Да уж… женщины, и правда, кровожадные. Слюна им моя не нравится, а если целовать, то нормально. А вот кровь подавай в любом виде, — покачал я головой.
Проконсультировавшись с Паразитом, который ещё не уснул, разбавил нужное количество крови с водой. Далее мы разделили ягоду и приступили.
— Боже! Как вкусно! — сладко-сладко простонала Ангелина, да и не только она.
— Медленней ешьте и большей пейте! — ругался я, а те не слушали, набивая животы ягодой.
— Невозможно… остановиться… — Виталий бормотал себе под нос и не думал поделиться с Полиной, да и та ела и ела, едва не забывая дышать. Но вдруг она
