– Нет, спасибо.
Сидни вдруг нахмурилась:
– Твое тату Воина – просто тату, верно? Никакой силы?
– Нет. Тату не дает нам никаких возможностей. Это всего лишь украшение.
– Ладно, – сказала она. – Это даст мне хорошее прикрытие для Вульфа. Не переживай, что бы я ни говорила, с твоей нынешней татуировкой ничего не случится.
Трей не выглядел спокойным.
Я обдумал это.
– Ему ведь не нужна особая татуировка, верно? – спросил я. Я не стал уточнять при Трее, что смысл эксперимента заключался в том, чтобы проверить, смогут ли ее чернила устранить действие алхимических.
Она кивнула, уловив мой не заданный вопрос:
– Да, но мы будем беспокоиться после того, как я получу некоторые из тех материалов. Тогда мы сделаем второе тату.
Губы у Трея дрогнули, но он не успел ответить. Почти сразу вернулась Джеки с Вульфом, с нетерпением потиравшим руки.
– Прелестно, так отчего же такая полуночная спешка? Вы двое хотите сделать татуировки со своими именами друг другу? Я могу сделать их очень милым и романтичным шрифтом.
Сидни хотела что-то сказать, но запнулась на мгновение. У Вульфа не было никаких доказательств наших отношений, но он всегда считал, что они были, даже когда их еще не было. Она быстро взяла себя в руки и рассмеялась над его комментарием, как над веселой шуткой. Трей, понятно, казался слишком завороженным идеей, что одноглазый мужчина будет делать ему тату, чтобы обращать на что-то внимание.
– Напротив, – сказала Сидни Вульфу. – Нам бы хотелось удалить татуировки моих друзей, мы получили кое–какие особые чернила, которые должны стереть их с течением времени.
Он хмыкнул:
– Правда? Никогда об этом не слышал. Я думал, лазерные технологии – единственный способ избавиться от этого.
– Это новая техника, – легко объяснила она, отдавая небольшую дань Трею. – Его родители приедут в ближайшее время, и они убьют его, если увидят это.
Я удивленно моргнул. Она была настолько убедительна, что я чуть не поверил в ее историю, хотя я знал правду. Вульф, конечно же, купился на это. Это было то, что я, как правило, забываю: алхимики были превосходными лжецами. Если Сидни когда-либо захочет соврать мне, я этого, скорее всего, даже не замечу.
– Где это? – спросил Вульф.
Трей среагировал не сразу. Я думаю, что он тоже почти поверил Сидни. Отвернувшись от нас, он стянул с себя рубашку и показал татуировку в виде солнца на лопатке.
Вульф наклонился вперед:
– Так что? Твои родители часто видят тебя без рубашки?
Сидни дернулась, осознав свой промах:
– Просто будет лучше, если она исчезнет до их приезда.
– Ага, – подыграл Трей. – Иногда мы всей семьей выбираемся на пляж.
Я накинул ему за это пару баллов.
Сидни объяснила, что Вульф должен был только добавить чернила в уже существующую татуировку. Он выглядел разочарованным, что не будет возможности проверить его художественные способности, но я думаю, что он был достаточно доволен ночным посещением Джеки, чтобы не слишком расстраиваться из-за затраченного времени и усилий.
Хотя оборудование Вульфа и выглядело достаточно профессионально, гаражные установки придавали всей конструкции довольно сомнительный вид. Я не знал всех деталей нанесения татуировки, но Сидни оглядела все критическим взглядом, спросила о стерилизации и осталась довольной, что Вульф каждый раз менял кое–какие детали инструментов. Джеки выглядела беспомощной, стоя рядом со мной и собирающимся совершить подвиг Треем, глаза которого были широко раскрыты и кожа заметно побледнела. Даже Сидни выглядела немного напугано, однако, Трей все же лег на скамью, чтобы Вульф с иглой мог дотянуться до его лопатки.
– Я уверена, он очень опытный, – сказала она. Трудно сказать, кого из нас она пыталась убедить.
– Черт, мальчишка, – сказал Вульф, тыкая в один из его трицепсов. – Какими видами спорта ты занимаешься?
– Всеми.
– О, да? Ты когда-нибудь практиковал скоростной бег на коньках, метая копье?
– Скоростной бег на коньках... что? – спросил Трей.
До каждого из нас дошло, что Вульф излишне ударился в разговор, и Сидни прочистила горло:
– Мм, сэр? Нам действительно нужно спешить, – она в последний раз отступила от инструкций, и Вульф принялся за дело.
Раньше я никогда не видел процесс нанесения татуировки. По звуку это напоминало сверло стоматолога, и, хотя я не боялся крови, работа иглы заставила меня сморщиться. Было больно, но Трей вынес это стоически, ни разу не дернув мышцей. Сидни пристально за всем следила, и, сделай Вульф что-то не так, она тут же его остановила бы. Она буквально и фигурально смотрела Трею в спину.
Я сел рядом с ней, стараясь особо не касаться, но на самом деле не оставляя никакого пространства между нами:
– Хорошо. Пока Вульф не закончил с татуировкой Трея, какой следующий шаг? Я знаю про твою идею насчет нанесения ему татуировки с алхимическими чернилами, чтобы увидеть, будут ли чернила защищать его, но как ты, в общем-то, собираешься их получить? Ведь для этого требуется кровь вампира и пользователь земли. А эти вещи не валяются на каждом углу.
Слабая улыбка заиграла на её губах:
– Нет, не так, как другие ингредиенты. Я точно не смогу заказать их в интернете или получить через каналы алхимиков. Я придумаю какой-нибудь другой способ раздобыть их.
– Но ты всё ещё хочешь сделать это в первую очередь, – я кивнул в сторону Трея.
Её мимолетную улыбку как ветром сдуло.
– Да, я решила сделать это после того, как увидела Кита сегодня. Может быть, это самое главное. Может быть, я не должна спешить, пока не получу чернила, но когда я думаю о Ките... Я должна что-то сделать, Адриан. Я не могу позволить им поступать так с другими людьми. Я говорила о создании этого материала в гипотетическом смысле, но сейчас я не могу выдержать и мысли об ожидании Маркуса или об отличном результате. Это поможет нам стать на один шаг ближе. Трей готов к тому, что я получу чернила алхимика, и как только мы докажем, что это работает, Маркус рассеет их.
Я поборол желание обхватить ее лицо руками. То, о чем она говорила, было неплохой идеей. Может, будет лучше, если она и Маркус нанесут одному из его учеников с татуировкой алхимиков, и проверят, сработает ли это так же, как чернила индиго Маркуса? Уверен, это было бы идеально. И в этом крылась причина. Сидни всегда все делала идеально. Она была щепетильной. Она ничего не делала наспех, и не довольствовалась второстепенным результатом. Но сейчас она действовала стремительно. Она выбрала самый простой способ, чтобы ускорить процесс. Это было то, что мог сделать каждый. Я бы смог. Тот факт, что Сидни решилась на это, стал, тем не менее, решающим для меня. Она была движима импульсом и эмоциями, что совсем на нее не похоже. Сидни боялась.
