благородство… – сглотнула, мечтая провалиться в адову бездну от смущающей близости. – Но я не захочу. Боюсь, тут вы промахнулись.
– Я не промахиваюсь. Раз говорю, что захотите – значит, захотите, – прошелся подушечкой пальца по нижней губе, словно хотел ее по лицу размазать. Или вовсе стереть.
– Прямо никогда-никогда не промахиваетесь? – уточнила с исследовательским интересом, украдкой косясь на его рот.
Да с чего он решил, что захочу? Губы как губы. У Вейна такие же. Разве что у Рэдхэйвена они были выточены четче. И вот эта кривая надменная ухмылка одними уголками придавала его лицу сложное, нечитаемое выражение.
В каждой черте хитанца сквозило чувство превосходства над окружающими, с чьими планами, желаниями и мечтами он не собирался считаться. И это отрезвляло. С моими он тоже считаться не будет.
– Может, пару раз всего ошибался, – хмыкнул он.
– Это – третий, – промычала сквозь горевшую под его пальцем губу. – Вы ведь понимаете, что наш гипотетический брак будет кошмаром?
– О да, я давно догадался, – признал королевский мастер, пряча неуместную улыбку. – Разводы в Эррене не запрещены, Эйвелин. Не понравится – сбежите, как вы обычно это делаете. И спрячетесь по уши в любимую книжную пыль.
Ей Варху, мне уже прямо сейчас хотелось сбежать и спрятаться в незаметной кучке книжной пыли. Подальше от прожигающих темно-карих глаз и сильных горячих пальцев.
– Райс сказал, вы тоже бежите, – повела плечом и отступила, ожидаемо упершись лопатками в запертую дверь. – Прячетесь в пышных складках королевских юбок. От чего?
– От себя, – хмыкнул этот… неощипанный… Даннтиэль. – Но не в данный момент. Как видите, я остановился. Больше не прячусь. Вы меня остановили.
Он встал передо мной и поднял лицо за подбородок – аккуратно, едва касаясь кожи кончиками пальцев.
– И что думают юбки Ее Величества о вашей «остановке»? – скептически поморщила нос, словно вся эта ситуация дурно пахла.
Не пропадало чувство, что меня используют с неведомой целью. Мой теоретический ум отказывался признавать, что столичный сноб вдруг влюбился без памяти в девицу из Аквелука. За каких-то семь ночей и десяток укусов! Или что ему так невыносимо захотелось «трения», что даже на брак согласился.
– Я не успел им сообщить.
– Были в Хитане по срочным «делам короны» и не нашли ни секунды, чтобы обмолвиться о невесте?
О-о-очень занятой мастер! Даже по ночам. Вон какой вид измотанный. Ничего себе аппетиты у королевы.
– Еще не время для громких заявлений.
– Вот как? – хмыкнула с издевкой.
– Вот так.
Ясно все с этим квахаром. Сир Райс был прав на его счет: он просто убивает скуку чрезвычайно специфическими методами. Для него это все шутка! Игра в «приручение деревенской дикарки», которую можно завершить в любой момент и выйти сухим из воды.
Может, Рэдхэйвен просто повздорил с Ее Величеством и решил отомстить? За мой счет и с разнообразными приятностями для себя.
– А вам бы хотелось первую полосу в «Вестнике»? – усмехнулся он. – У меня есть связи, могу устроить хоть завтра.
– Упаси Имира!
– Я тоже так подумал, – кивнул одобрительно. – Останетесь?
– Ч-что? – я оторопела и даже не сразу нашлась, что ответить.
И потом тоже не нашлась. Тьма!
Вот так сразу? Прямо… сегодня?
На глаза навернулись слезы, и я усердно поморгала, пряча свою растерянность. Я не наивная дурочка, знаю, что такие люди… они всегда берут свое. Выпивают до дна, выжимают без остатка. А потом ты еще и оказываешься им должен.
– Здесь, со мной, – уточнил очевидное и кивнул на постель. – Раз уж сами пришли…
Я до сих пор отказывалась вспоминать, что ввалилась среди ночи в спальню к холостому мужчине. Но с каждой секундой мой спонтанный визит выглядел все глупее. И опаснее. Потому что «самые разнообразные смыслы» явственно пропечатывались на лице проклятого рабовладельца.
– Огхаррели? – сбивчиво прошептала.
– Соскучился, – улыбнулся мерзавец, расстегивая рубашку. Жадно втянул носом воздух и почесал короткие волосы у виска. – Два дня… Я был весьма наивен, когда думал, что смогу спокойно проработать тут неделю и лишь потом вернуться за вами в Аквелук.
Подошел ко мне, взял за запястья, магнитя взгляд просветом в расстегнутой рубашке. Он не соврал: под пупком и впрямь имелась дорожка волос.
Тьма! Зачем я вообще туда пялилась?
– Стоило захватить из дома одну их тех невозможных сорочек, – прошептал в самое ухо, потирая запястья и рождая внутри совершенно неуместную бурю. – Тогда бы тебе точно было нечего опасаться…
– А сейчас есть? – уточнила с опаской. И отчего-то шепотом.
Загипнотизировал он меня, ей Варху!
– Конечно, Эйвелин, – сдержанно кивнул Рэдхэйвен. – Тебе со мной очень опасно. Я не отравлен тьмой, но… Варх! Это все равно непросто. Как вспомню, какая ты…
– Не надо! – вырвала руки и отшатнулась. – Мне и своих воспоминаний за глаза. Аж мутит от избытка впечатлений. Умоляю, только своими не делитесь.
И что он хотел сказать? Какая я… что?
Сама попросила замолчать, а теперь стало невыносимо интересно. Хоть за отвороты рубашки хватай и правду из него вытряхивай.
– Вкусная, Эйвелин. Невыносимо, – с присвистом выдохнул, подавшись вперед. Черные глаза всосали меня бездонными воронками, колючая щетина проехалась по виску к щеке. – Скоро двинусь от варховой пытки. Но я обещал: у тебя все время, какое я в состоянии дать. Считай это свадебным подарком.
По деревянному косяку проскреб его ноготь, намекая, что ни гхарра он не шутит. И вполне себе шустро движется в сторону сумасшествия.
Испуганно вскрикнув, я спиной толкнула дверь и выскочила в коридор. Чуть не придавила басисто охнувшего Фиджа.
Проклятье! Совсем забыла про дежурившего тут ушастого.
– Не смейте ко мне прикасаться! – крикнула застрявшему в проходе мужчине, оглаживающему меня мутным голодным взглядом. – И подарки свои свадебные приберегите для кого-нибудь другого. Доступно?
Боги Эррена, да нельзя так на людей смотреть! Я той твари с щупальцами на полигоне так не боялась, как теперь Рэдхэйвена. Казалось, он меня заживо съесть может, в один укус.
Или не съесть. Или не в один…
Стремительно покраснев всеми открытыми участками тела, я подхватила чавкающего мизаура и побежала по коридору. Хватит с меня ночных прогулок. Чтоб я еще хоть раз свою спальню в темное время покинула!
«Вкусная»… Ошалело похлопала глазами. Да нет, логично, в
