Инга кивала, не расспрашивая Алену, куда это она собралась на час-два. Вместо этого Инга, как только Алена встала и ушла, тоже начала собираться. Однако она не пошла к Ване, продолжающему грустить о полюбившемся ему «Ягуаре» или о чем-то еще. Она вышла следом за подругой, воспользовавшись той же лазейкой. За охранника Инга не беспокоилась. Ваня обладал редкой выдержкой и мог ожидать свою хозяйку буквально часами, не демонстрируя ни малейших признаков раздражения или нетерпения.
Что касалось Инги, то ей очень хотелось узнать, что затеяла Алена. И напротив, ей совсем не хотелось провести это время в обществе Вани. В последнее время он стал просто невыносим. Постоянно вздыхал, заводил разговоры о неразделенной любви и демонстрировал все признаки крайнего отчаяния. В какой-то мере Инге были приятны его терзания, ведь страдал Ваня из-за нее, но в больших дозах выносить его ей стало трудновато.
И вот сейчас, спеша по следам своей подруги, Инга думала, как ловко она все придумала. И волки сыты, и овцы целы. Все просто прекрасно.
Алена миновала два перекрестка и спустилась в полуподвальное помещение, где находился маленький испанский ресторанчик. Инга была тут и знала, что кормят здесь кое-как, на троечку. И за пышными названиями блюд зачастую кроется жесткая говядина, несъедобный соус и оставшиеся внутри сырыми овощи гриль. Правда, к блюдам подавались сухие, действительно испанские вина, что несколько примиряло посетителей с жизнью.
Но Алена зашла сюда явно не для того, чтобы перекусить или выпить вина. Едва войдя, она кинулась к столику, где сидел какой-то старый гном. Толстый, с неопрятной густой бородой, морщинистый и лысый. Но именно к этому гному и подбежала Алена, запечатлев на его пухлых щеках поцелуи.
– Ничего себе! – поразилась Инга. – Кто это вообще такой?
О том, что она видит перед собой того самого Эвклида, которым Алена в свое время прожужжала ей все уши, Инга не догадывалась. По ее представлениям, Эвклид был высоким, стройным, черноволосым греком – красавцем и героем эпических преданий Гомера, но никак не этим старым гномом, лишенным какого бы то ни было ореола романтизма.
Но дальше события развивались настолько быстро, что Инга не успела даже ничего толком сообразить. Внезапно из-за занавески, отделяющей кухню от обеденного зала, появилась тощая длинноногая тетка примерно того же возраста, что и гном. Тетка явно давно готовила свое выступление, потому что она очень резво подскочила к столику, за которым сидели Алена и ее бородатый гном, и влепила гному звонкую пощечину.
Посетители ахнули. Но тетка ни на кого не обращала внимания. Она была в такой ярости, что подойти к ней не отваживался никто. Она что-то кричала гному, а перед носом Алены размахивала сухими маленькими кулачками, ругала ее. Затем тетка схватила своего съежившегося гнома и потащила его к выходу. Инга едва успела отпрыгнуть от двери ресторана, как парочка пронеслась мимо нее.
– Мы с тобой еще дома поговорим! – шипела женщина на своего гнома. – Студентам он задания дает. Да эта студентка отучилась уже лет двадцать назад!
– Дорогая, ты должна мне верить. Эта девушка – моя студентка.
– Молчи! Не усугубляй ситуацию! Как чувствовала, решила проследить сегодня за тобой. Да ты последнюю неделю просто сам не свой. Я же тебя как облупленного знаю. Но я тебе не позволю изменять своей законной жене со всякими там «студентками»!
Подталкиваемый в спину гном послушно семенил ножками. А тетка следовала за ним по пятам, готовая в любой момент накинуться на него вновь, вздумай муженек свернуть в сторону. Проводив взглядом эту колоритную парочку, Инга толкнула дверь и вошла в ресторан. Подруга сидела в одиночестве и выглядела очень задумчивой.
– Можно к вам присесть, девушка?
Алена подняла глаза и смутилась:
– Ты тут? Ты… ты все видела?
– Да, – кивнула Инга. – И кто был этот гном?
– Мой знакомый.
– А тетка?
– Его жена.
И заметив взгляд Инги, воскликнула:
– Ну честное слово, это просто мой знакомый! Хотела с ним спокойно вспомнить былое, но видишь, жена помешала.
– Жена у него настоящая фурия.
– Наверное, с таким мужем только так и нужно, – задумчиво произнесла Алена. – И знаешь, что я подумала?
– Что?
– Нечего мне по разным местам одной шастать.
– Ты этот вывод только сейчас сделала?
– Да. Что-то мне открылось, словно бы форточка в мозг распахнулась. Вернусь-ка я поскорее в Дубочки, небось меня мой Василь Петрович уже заждался.
И уже вставая из-за стола, Алена прибавила:
– А то я вижу, все, кроме меня, знают о том, что место всякой хорошей жены рядом со своим мужем. Ну, пойдем, пойдем скорее. Нам с Ваней еще нужно собрать вещи. Сегодня же мы уезжаем с ним обратно в Дубочки.
Инга долго крепилась, чтобы не поделиться с Залесным своей историей. И лишь после того, как Алена с Ваней уехали обратно в Дубочки, она решилась и рассказала ему о том, что узнала от Альбины Григорьевны. Инга была уверена, что Залесный примется бушевать из-за того, что она знала и не доложила, понимала и не известила. Но, к ее удивлению, он лишь усмехнулся:
– Я и сам догадывался о чем-то подобном.
– Догадывался?
– Видишь ли, когда возникло подозрение в том, что сестры вовсе не жертвы, а совсем наоборот, я попытался встать на их место.
– Это как же?
– Ну, представь себе, ты – молодая девушка, в случае Наташи еще и студентка. Учиться тебе нравится. И к тому же большая часть обучения уже позади. И тебе остается совсем ничего до получения диплома. Но ради любимой сестры ты всем жертвуешь. Уезжаешь из города, где тебе все знакомо. Оставляешь друзей, институт. И что самое главное, ты оставляешь одних старика отца и мачеху, которая с успехом заменила тебе мать. Разве у тебя сердце бы не разрывалось на части?
– Конечно, разрывалось! О чем ты говоришь!
– А как поступает человек, который не может по каким-то обстоятельствам быть рядом с теми, кого он любит?
– Не знаю.
– А если при этом он вполне обеспечен? Разве не захочет он, чтобы эти близкие ему люди в его отсутствие ни в чем не нуждались?
– Захочет.
– Вот и я так подумал. Сделал запрос в банк, и знаешь, что я узнал?
– Что?
– Буквально спустя пару дней после исчезновения сестер Альбина Григорьевна получила перевод на довольно крупную сумму. Не буду тебе ее озвучивать, но это примерно треть тех денег, которые, по словам господина Ибрагима, украли у него братья. За вычетом дорожных расходов, которые понесли сестры, я уверен, это будет ровно треть от тех денег, что присвоили девушки.
Услышав это, Инга испытала смешанные чувства. Она была рада, что сестры Наташа и Светлана добрались до надежного убежища, откуда смогли послать родителям весточку о себе. Но с другой стороны, эта новость ставила жирную окончательную точку на всем расследовании. Останется ли Залесный с ней после того, как все кончилось и ее помощь в расследовании больше не нужна?
Инга нерешительно взглянула на своего любимого.
– И что теперь? Теперь ты… ты уйдешь?
– Если ты помнишь, идти мне некуда. У моей бывшей супруги в последнее время появилась нехорошая привычка навещать меня в нашем бывшем семейном гнездышке. Так что иного выхода, кроме как раздел квартиры, я не вижу. Но процесс это совсем не быстрый. А бывшая супруга упорно ждет меня там, словно паучиха в паутине. Поэтому…
– Поэтому что?
– Поэтому, если ты не хочешь отдавать меня ей, то я останусь у тебя.
Сердце у Инги радостно дрогнуло.
– Навсегда?
– По крайней мере, до тех пор, пока не приобрету собственное жилье.
И увидев, как потухло лицо любимой, поспешно прибавил:
– Или до тех пор, пока ты сама меня не выгонишь.
– О, этого не будет никогда!
Залесный улыбнулся, взглянул на Ингу и спросил:
– Так ты согласна терпеть меня рядом с собой постоянно?
– Да! Да! И еще раз да! Глупый, да я всегда лишь об этом и мечтала!
И парочка снова бросилась в объятия друг друга. Только теперь они почувствовали себя по-настоящему спокойно и счастливо. Оказывается, как мало нужно хорошему человеку в этой жизни для счастья. Кров над головой. Дающая пищу работа. И любимый человек рядом. Человек, которому ты можешь доверять на все сто процентов и на которого можешь положиться полностью в решении самых трудных жизненных вопросов.
