рычаг, пару раз подёргала, словно это был тумблер, отключающий звук.
Шрам разжал пальцы, выпуская на пододеяльник рукоять оружия и хлопнул ладонью по кнопке часов. Дребезжание прекратилось, и сержант открыл глаза. Четверть шестого утра. В комнате настолько темно, что расправивший крылья на платяном шкафу Бесёнок, выглядел едва различимым абрисом. Более светлым, чем скопившийся под потолком мрак.
— Включи свет, — попросил Шрам.
— У нас совсем нет времени на утренний моцион? — разочарованно спросила девушка и, выпустив из руки член, выскользнула из кровати.
— Увы. Сегодня даже завтрак отменяется. Только кофе свари.
— Как скажешь, милый, — покорно согласилась она, быстро накидывая на плечи лёгкий пеньюар из полупрозрачного шёлка, — А что это? Вчера такого ножичка не видела у тебя.
Едва загорелась лампочка, Шрам первым делом схватил оружие и сейчас с удивлением рассматривал странный предмет.
— Это стропорез, — пребывая в некотором замешательстве, ответил сержант.
— Чего рез? — поправляя спутавшиеся за ночь волосы, уточнила Карина.
Денис поудобнее ухватил рукоятку перочинного ножа, уверенно сместил подушкой большого пальца флиппер и продемонстрировал выскочившее из паза полотно, заменяющее клинок.
— Стропорез. Нож такой. Исключительно для быстрого и безопасного разрезания верёвок. Парашютных строп, страховочных репшнуров и прочих снастей. Видишь заточку лезвия? Она называется серрейторной. Ей человека убить невозможно, а вот разные фалы и ремни перепилить запросто.
— И на кой он тебе? — прыснула эскортница, — Такая ценность, что ты всю ночь его мял вместо меня?
— Надо! — веско объявил Денис, убирая полотно с волнистым лезвием в корпус ручки, — Чего стоим, кого ждём? Кофе сам приготовится?
Где-то на полпути к базе, имп, тревожно елозивший всё время на плече, решился спросить:
— Прости, босс, эээ… сержант, если ты чувствуешь, что не справляешься, то почему не вызовешь своего дружка из рода Леших? Не в обиду будет сказано. Сам говорил, что в любом деле важно понимание того, что делаешь. Я же часть группы? Ведь возможность попросить помощи у Малюты есть или я чего-то не понимаю?
Бесёнок, ожидая волну возмущений от столь бесцеремонного вмешательства, приготовился взлететь от греха подальше, но Шрам, на удивление спокойно, ответил:
— Во-первых, чую, что меня дурят. Ощущение очень чёткое, но в чём конкретно, не могу уловить. Во-вторых, вызвать Малюту возможность есть, но пока не вижу смысла. Что ему скажу? Нет фактов. Даже подозрения не имеют какой-то конкретики. Ну, поселился в слободе чернокнижник, ну, мутит какие-то тёмные делишки. Наступил на хвост местным авторитетам и те решили от него избавиться. Ничего экстраординарного. Думаю, что-то подобное происходит в любом более-менее обжитом месте. Чернокнижники пытаются наложить лапу на всё, что связано с социалкой, распределением и производством. Подмять, а в идеале заменить органы государственной власти. Чем больше анархии на периферии, тем труднее управлять страной из центра. Учи матчасть, Бес. В истории полно примеров подобного саботажа. Тут что-то другое. Нутром чую, а сформулировать не могу. Ещё этот твой Предтеча, засирает мозги какими-то загадками, вместо того, чтобы прямо указать на проблему и озвучить способ её решения. Раздражает.
— Предтеча мудр, но он давно не общался с людьми, — тихо, то ли прошипел, то ли пропищал имп, — Возможно это главная ошибка. Зря он воспринимает тебя как равного.
Довольно обидный для самолюбия вывод, Шрам пропустил мимо ушей. Не дождавшись ответа, Бесёнок тактично предпочёл не усугублять ситуацию своими вопросами. Сразу перешёл к конкретной цели своего интереса:
— Всё-таки ты молодец! Догадался в итоге, что размер не всегда имеет значение. Главное соразмерность! Если член Еруслана не походил размером на оглоблю от телеги, то в безопасности секса с суженым Марфа не сомневалась. Это же элементарно, сержант!
— Да пошёл ты, пошляк, лесом! И прекрати подсматривать, чем мы занимаемся с Кариной в постели! Вуайерист-извращенец!
— Больно надо! Скажи лучше, что теперь делать собираешься? Тыкать тупым ножичком в глаз ведьмаку? Я в ремкомплекте «Урала» длинную отвёртку видел. Ей вроде сподручней.
— Помнишь, что зачитал Макфлай из своего талмуда? Сложность системы управления должна быть равна сложности управляемого объекта. Отвёрткой можно шуруп выкрутить, головку болта подержать, чтобы он не прокручивался, когда гайку затягиваешь. Ведьмак похож на саморез? То-то и оно. А раз меч-кладенец превратился в моём мире в стропорез, то нужен он для единственной цели: резать силовые нити.
— Усё понял, босс, эээ… сержант! Едем в дурку?
Шрам опять затих и только увидев керосиновую лампу, освещающую вход в ангар, прервал молчание:
— Поедем, конечно, только сомневаюсь, что стропорез предназначен для освобождения Мачо. Он никто и проку от него нет. Соразмерность, помнишь? Сопоставимы ли усилия по добыче стропореза со сложностью структуры, где инструмент будет применён? Безусловно. И силовая нить и меч-кладенец элементы магического мира. А вот в плане равнозначности оружия и личности простого бродяги, используемого на подхвате, сильно сомневаюсь. Кто такой Мачо? Один из десятка бойцов Клеща, которого тот не задумываясь отправил в помощь Жнецу. Ключевое слово «не за-ду-мы-ва-ясь». Догадывался, ведь, Клещ, что наёмник использует парня, как приманку. Потому и отправил самого бесполезного. Здесь нет соразмерности, понимаешь?
Бесёнок недовольно зацокал и с досадой взмахнул крыльями.
— Что ж ты за человек-то такой, Денис Игнатов? Это тебе не этак, то тебе не так! Вечно чем-то недоволен! Может Мачо этот в теории относительности развирается или квантовую механику как «Отче наш» знает?
— Разберёмся, — успокоил Шрам, хватаясь за ручку и открывая дверь, — Всему своё время.
Зайдя в казарму Шрам выкинул из головы все неактуальные мысли. Судя по стрелкам, висящих над столом часов, бойцам уже пять минут, как подана команда «подъём». Однако в расположении тихо. Дежурное освещение тускло высвечивает пустые койки. Даже дневальный отсутствует. Бардак, короче.
Наконец, из дальнего угла раздался язвительный женский смешок и, между рядами двухъярусных топчанов, показалась фигурка Анжелики в спортивном бра и махровом полотенце, обмотанном вокруг талии. Она нежно, разделяя волосы на локоны, вытирала мокрую голову вафельным полотенцем, мало обращая внимания на окружающую обстановку.
— Зашибись! — рявкнул сержант, — Дверь открыта! Заходи кто хочет, бери что хочешь! Где личный состав?
— Совершает утреннюю помывку, — быстро завязав полотенце в виде банданы и опустив руки по швам, отчеканила Анжелика, — У Семёна запор с непривычки, сидит на толчке.
— Колхоз, мать вашу! Почему охраны нет?
— Я заминировала входную дверь, — спокойно доложила связист, — Взрыватель подключён к датчикам периметра. Ваша идентификационная метка внесена в программу распознавания. Попытайся войти кто-то из посторонних, у нас бы не было входной двери.
— Зашибись! Как бы мы жили тут без двери? На дворе осень! Прохладно, блин!
— В слободе три конторы занимаются установкой дверей разной сложности. За полдня управятся, — продолжила отчитываться Анжелика, аргументируя свои действия
