Читаем без скачивания Земная кровь - Кейт Лаумер

— Роун не знаком с нашими обычаями, — отечески объяснил он запряженному, потрепав человекоподобного по плечу. — Не стоит так переживать. Бенни хороший. Мы все любим Бенни. Нонни такой симпатичный. Роун, не могли бы им сказать Бенни, что он симпатичный?

Роун растерянно кусал губы. Бенни сердито смотрел на него. Он был так расстроен, что даже не мог есть сладость, его большие глаза выражали абсолютную наивность, и это уже совсем не вязалось с квадратной бородой и спутанной гривой его темных волос.

— Бенни симпатичный, — выдавил Роун через силу.

Ленни смущенно и испуганно наблюдал за ними.

— Рабы на Альфе-два, по крайней мере, не радовались своему положению, — размышлял Роун. — Но ведь они даже не были людьми.

— Хм, — на секунду задумался и Дарел. — Вы отталкиваетесь от их внешности. Я понимаю, они… похожи на нас. Ну, а если бы они имели иные формы?

— Не знаю, — резко оборвал его Роун. Он избегал встречаться взглядом с Декором и Сидисом.

— Давайте, садитесь, — буркнул он им.

— В такую-то красотищу? — удивленно прорычал Сидис.

— А вы что, предпочитаете прогуляться на своих двоих?

— Да мы уж лучше прогуляемся, — вставил Аскор.

— Полагаю, от вас мы не отстанем, — поддержал его Сидис.

— Тогда идите. Повозка тронулась.

— Конечно, вам нужна собака. Но не беспокойтесь, я вам ее подыщу, как только вы устроитесь. У вас будет время принять ванну и вздремнуть. — Дарел весело хлопнул украшенными поводьями по широким, рыжевато-коричневым спинам. — А затем… впрочем… сегодня вечером сами увидите!

Глава двадцать первая

Роун проснулся в кромешной темноте, и глубокий сон, не желая отступать, продолжал туманить его сознание. Непривычная тишина, такая, что слышны были даже удары сердца, вернула его к реальности. Роун вспомнил, что находится на Земле в высокой стеклянной башне, в комнате, полной цветов. Откуда-то дул легкий бриз, принося с собой запах другого мира.

Неожиданно вспыхнул свет, и Роун увидел перед собой большого, короткошерстного пса, который ему вежливо кивнул.

Добрый вечер, хозяин. Я — Состель, ваша собака… если, конечно, вы не против…

Насмешливо хрюкнув, Роун сел.

Моя собака, — повторил он растерянно, раньше ему не доводилось владеть живым существом.

— Сожалею, что пришлось потревожить ваш сон, хозяин… но господин Дарел так настаивал на вечеринке…

— Все в порядке. Только я голоден. Ты можешь принести чего-нибудь поесть?

Изящной рысью подбежав к стене, Состель нажал кнопку, выкатил столик с глазированными фруктами на подносе. Пес подкатил его к Роуну, заодно подставив и стул. Только теперь землянин разглядел, что передние лапы пса очень напоминают человеческие руки.

— И все? — удивленно спросил Роун, глядя на поднос.

— Как обычно, — подтвердил Состель. — Но если хотите, я достану вам что-нибудь еще.

— А как насчет мяса и яиц?

— Собачья пища? — казалось, Состель просто не знал, негодовать ему или смеяться.

— Ну, не могу же я есть одни сладости, — резонно возразил Роун.

— Я сделаю все, как вы хотите, хозяин, — покладисто согласился Состель. — Вас устроят котлеты в солнечном вине и фазаньи яйца из Метрополии?

— Отлично, — приободрился Роун. — На твой вкус.

— Приготовить ванну, хозяин?

— Я же вчера уже мылся, — удивился Роун.

— Ну… это дело привычки…

— Ладно, — недовольно бросил Роун, покосившись на собаку. — Я довольно невежествен, Состель. Спасибо, что пытаешься мне помочь.

Состель вывалил розовый язык в своеобразной собачьей улыбке.

— Я уверен, что вы станете великим Хозяином. Я чувствую это. Если вы простите глупые собачьи фантазии, господин.

— Ну, если ты не дашь мне выглядеть полным идиотом перед этими приятными существами, я кое-что смогу тебе простить!

Праздник был устроен в огромном зале с серебристо-стеклянными стенами, хрупкие колонны которого, как тростинки, тянулись вверх к с йодам и смыкались под блестящими панелями высоко над головой. По полу из бледно-фиолетового стекла змеились сверкающие отражения. Льющаяся музыка то очаровывала, как полет лебедя, то заставляла сжаться от воинственного напора.

Чуть позади, слева от Роуна, стоял грациозный и важный Состель в своем жестком форменном жакете.

— Держите стакан за петельку одним пальцем, хозяин, — шептал он, — а не всей пятерней…

Роун едва кивнул, будучи предельно скованным от того, что навешанная на него Состелем от всей души куча разноцветного тряпья не только была смешна и нелепа, но еще вот-вот могла с него свалиться, стоило только сделать неосторожное движение. Чувство общей неловкости обострялось этим самым парадоксом — с головы до ног окутанный тряпьем, он ощущал себя словно голый.

Гости старательно обходили его своим вниманием, а Состель, напротив, добросовестно называл каждого, кто пропархивал мимо в танце, прикасаясь к партнеру лишь кончиками пальцев. Потрясенный ослепительным светом и обилием цветов, Роун в явной растерянности наблюдал за всем этим. Ему казалось, будто мужчины и женщины, замысловато разодетые, буквально парят в воздухе, отражаясь в многослойном стеклянном полу.

Он осушил бокал, и ему тут же налили снова. Наконец появился Дарел, одетый в розовые одежды, с мертвенно-серебристыми волосами и перистыми крылышками на лодыжках.

— Роун… как чудесно вы выглядите, — он бросил взгляд на Состеля. — А Состель, сукин сын, хороший пес. Но почему он не предложил вам изысканные краски для волос и духи? И еще разные штрихи к портрету…

— Он предлагал, — резко оборвал его Роун, — но я отказался. Слушайте, Дарел, я не собираюсь больше терять времени. Когда вы предоставите мне возможность встретиться в эмиссарами вашего правительства и военными лидерами?

Гости Дарела с любопытством наблюдали за Роуном. Кто-то хихикнул, но благоразумно тут же замолчал.

— Терять время? — Нос Дарела дернулся, словно его прищемили.

— Я, кажется, снова всех обидел, — в неожиданно наступившей тишине проговорил Роун с досадой. — Вы не предупредили, что мне плевать на манеры?

Нервный смешок прошелестел по залу.

— А для вас, похоже, только это что-то и значит! — выпалил Роун. — Сплошные манеры! Вам плевать, что Земля снова стала свободным миром… что Галактика открыта для вас?

Дарел положил узкую ухоженную ладонь на его запястье.

— Здесь мало кто верит в мифологию, Роун. Они…

— Какая, к черту, мифология?! Я говорю о тысячах мирах… о миллионах! Ими всеми Земля когда-то управляла!

Послышались редкие аплодисменты.

— Очаровательно, — неожиданно вмешался Дарел. — Так спонтанно, — он покосился на остальных. — Многообещающе, — завершил он.

Роун заметил, что на него пристально смотрит прелестная девушка — изысканная копия Стеллери и в то же время напоминание статуи с Альдо Церис, только живое. Ее губы, изогнутые в мягкой улыбке, напрашивались на поцелуй, а зеленые глаза весело смеялись, образовав нежные складочки в уголках.

— Меня зовут Дэзирен, — представилась она сама. — Я не понимаю, о чем вы говорите, но это очень волнующе.

— Дэзирен будет выступать сегодня вечером, — заметил Дарел. — Она кульминация всего вечера. — Его похотливый взгляд обшаривал ее, как лапающая грязная рука.

— Слушай, — обратился Роун к девушке. — Вечеринка, конечно, прелестная, да и ты такая красивая, что мужчины с ума от тебя сходят. Но кто-то же должен выслушать меня! Произошло самое великое событие за последние пять тысяч лет… хотя Земной Флот уже давно должен был догадаться, что блокада прекращена. Есть парень Тришинист, который голову положит, лишь бы стать командующим оккупационных сил на Земле. Они думают, что эта планета — настоящая сокровищница, которую можно хорошенько пограбить. Самая богатая добыча всех времен и народов…

Дарел рассмеялся, набрав полный рот дыма, но почему-то поперхнулся. Тут же явился Состель со стаканом воды и надушенной тряпочкой. Люди стали потихоньку отходить от Роуна, заскучав от нудных разговоров.

Дарел понимающе улыбнулся и вынул изо рта сигарету.

— На вашем месте, — заметил он, — я бы чуть-чуть сбавил темп. Я понимаю, вы хотите быть великим фаворитом, но ведь надо и меру знать. Не так ретиво, мой друг, не так ретиво, люди этого не поймут.

Роун зарычал. Дарел вздрогнул.

— Вам и в самом деле следовало бы преподать кое-какие приличные манеры, — довольно резко сказал он. — Я бы посоветовал вам, например, отрастить ногти, сделать маникюр и еще кое-что… на усмотрение Состеля, — он поднялся легким балетным движением. — А теперь, я думаю, Дэзирен и я…

— Она будет танцевать со мной, — заявил твердо Роун.

Он одним глотком допил вино, отбросил бокал и подошел к девушке. Когда Роун обнял ее, она только удивленно распахнула свои зеленые глаза. Он же, ощутив в своих руках это воздушное, легкое, очаровательное создание, буквально лишился дара речи.