— Сень, я боюсь. Боюсь, что ему не я, а это место короля, будь оно трижды проклято нужно. Ещё и волк этот, вечно жужжит, как комар над ухом.
— А ты просто поговори с ним, выложи все карты на стол, — разумно предложила Есения. — А на счёт волка… — Девушка немного замялась, но всё же продолжила:
— Мне кажется, что вот он то как раз и манипулятор похлеще колдуна. Весь такой с виду милашка, а на деле мы всегда идём и реализовываем его очередной план.
И тут я задумалась, а правда. Колдун никогда никуда меня не впутывает, наоборот, всё время держит от неприятностей подальше. Да и плохого он про волка мне никогда ничего не говорил, ну, не считая того что называл его псом, ну тут скорее ревность. А самое главное, я до сих пор не поняла, какой у волка интерес к этой "чудо вакансии", с колдуном всё ясно, он хочет занять место короля, он никогда этого не скрывал. Но не успела я, как следует обо всём подумать, с мысли меня сбил мой пьяный в хлам братец. Нетвёрдой походкой он зашёл в гостиную громко горланя старую песню группы "Комиссар-Дрянь." Сеня кинулась к нему навстречу, подхватив его, она усадила его на диван.
— Боже, Марк ты чего так напился?!
— Имею право! У меня может быть горе!!
— Какое у тебя может быть горе, струна на гитаре лопнула, — с сарказмом произношу я.
Посмотрев мне в глаза, брат отвечает:
— У меня лучшего друга любимая женщина сначала поимела, а потом бросила, — и тут же с желчью в голосе добавляет:
— Ты случайно не знаешь, кто эта сука, а?
С грозным взглядом отвечаю:
— Нет, не знаю… — у меня нет никаких сомнений по поводу того, с кем пил мой брат.
Глава тридцать седьмая
ЛЮДВИГ
Только рука друга может вырвать шипы из сердца.
Клод Гельвеций
***
Когда мы встречаемся с друзьями, то становимся теми,
от кого родители велели держаться подальше!
***
Нужно чтобы рядом всегда был человек,
который скажет: «Да пофиг, я б тоже так сделал».
***
Дружба долго не ржавеет,
если регулярно протирать её водкой.
Афоризмы
***
Не зря женщин называют дьявольскими созданиями, прислужницами Сатаны и ведьмами, порождёнными Люцифером. Всё это правда. Ведь только женщина способна сначала вознести мужчину на вершину Олимпа только для того, чтобы потом хладнокровно сбросить его оттуда в гиену огненную. Только женщина одним взглядом своих колдовских глаз способна пленить мужчину. Только женщина улыбкой и небрежно брошенным обещанием способна заставить мужчину разжечь из — за неё войну.
В независимости от того хочет мужчина или нет, но в его жизни обязательно появиться такая женщина. Женщина, ради которой он будет готов на всё, даже убивать.
Держа в руках записку от такой женщины, я боролся с самим собой из — за всех сил, чтобы не начать делать это прямо здесь и сейчас. Получалось не важно, я чувствовал, что в любой момент могу сорваться и тогда и этот дом, и улицы этого города зальют реки крови. Ситуация на первый взгляд прямо сказать патовая. Но всё же не стоит забывать, что выхода нет только из гроба, хотя…некоторые мои знакомые как раз-таки опровергают и эту теорию тоже. Нужно как — то отвлечь себя от желания выплеснуть свой гнев на вся и всех, но как? Меня никогда не бросала женщина. Тем более после секса. Тем более любимая. Что в таком случае делают мужики? Ответ пришёл мгновенно, как генетический код потомков — пьют!!!
Аккуратно сложив ненавистный мне клочок бумаги, я положил его в нагрудной карман, поближе к сердцу. Пусть в моём случае это и была капля яда, выплюнная этой гюрзой в меня и достигшая цели. Все же это было от неё, а значит для меня это священная реликвия.
Наплевав на завтрак в кругу этих «фантастических тварей» и их решения по поводу места короля проклятых выйдя на улицу, я стал прикидывать куда можно пойти. Заведений где тебе начнут наливать с самого утра из-под полы не то чтобы много, но случайно пересечься с кем — то из знакомых совсем не хотелось. Именно поэтому я выбрал самое грязное заведение в нашем городе, где собирались одни отбросы, перед этим не забыв заскочить в одно место, работающее круглосуточно за безопасным источником опьянения. Как бы мне не было сейчас плохо всё же умереть из — за дешёвого пойла не хотелось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
МАРК
Мобильный в моём кармане противно запиликал и я, не задумываясь скорее вытащил его, глянув на экран заметно помрачнел. Звонил колдун. Не то, чтобы я был не рад звонку от него, просто в сложившейся ситуации мне хотелось перенести наше общение на попозже, сильно на попозже. Я не сколько не сомневался в том, что он звонит мне с одной единственной целью — высказать своё недовольство по поводу того, что Майя его обманула и нарушила их договорённость, а я даже не предупредил его об этом, как это сделал бы на моём месте хороший друг. В своё оправдание могу сказать следующее — Майя хоть и долбанутая на всю голову, а всё же родной мне человек. Ну не мог я её подставить и рассказать всё, ну никак не мог!!! Ну и инстинкт самосохранения само собой тоже сработал, только ненормальный сам, добровольно создал бы ситуацию, в которой он находился бы между этих двух огней!!! Намного гуманнее и безболезненнее было бы засунуть свои яйца в тиски, чем вставать между ними!!!
Как бы не был велик соблазн сделать вид, что я не слышал звонка и оттянуть моральную экзекуцию на потом я, набравшись мужества решил не бегать от заслуженного мной наказания, а наоборот понести своё наказание сразу. Именно поэтому я быстро, без промедления ответил на звонок, лишая себя малейшей возможности передумать и смалодушничать. Из трубки послышался пьяный, надломленный голос Людвига.
— Братишка, где ты? Мне так плохо! — небольшая заминка. — Я тут сижу в этом «Подземелье» один, совсем один… — дальше послышался звук битого стекла и голос Людвига, рассыпающегося в извинениях. — Ты это, приходи.
Отключившись, я засунул телефон обратно в карман. Бросив косой взгляд на сестру шепнул Есении на ухо:
— Людвиг «в хлам». Похоже Майя его окончательно довела, я схожу за ним. — Сеня ничего мне не ответила, только слегка махнула головой. Незаметно чмокнув её в шейку, я помчался выручать друга.
До «Подземелья» я добежал быстро, но Людвиг похоже был быстрее меня. Об этом отчётливо свидетельствовало, то состояние, в котором я его нашёл. Склонившись над стаканом, он потягивал содержимое в нём трубочкой поскольку опрокинуть его, он был уже не в состоянии. Всё на что хватало его сил, это подавать знак, чтобы в стакан подлили.
Пройдя через весь зал, я сел рядом с ним у барной стойки, привлекая его внимание.
— Что отмечаем?
— Не — не — не… — заплетающимся языком проговорил колдун, жестикулируя руками так, что чуть не заехал мне в глаз. — Сначала выпей со мной!
Понимая, что у меня не то чтобы есть выбор я без лишних вопросов и препирательств махнул барменше, чтобы она плеснула мне чего — нибудь горячительного. Но такой расклад Людвига тоже не устраивал о чём он меня и поставил в известность сразу же, как только мой напиток оказался на барной стойке. Он просто смахнул его, коричневая жидкость оказалась вся на моей одежде. Неприятно растекаясь по ней и марая. Подняв взгляд от пятна я, не сдерживая эмоций воскликнул:
— Ты с ума сошёл?!
Колдун предпринял попытку сложить руки в умаляющем жесте и всё на том же ломаном произнёс:
— Не надо это пить… Ты со мной моего выпей… — защёлкав пальцами в сторону барменши привлекая её внимание Людвиг указав на бутылку, протянул. — Слышь, повелительница зелёного змея, дай ещё стакан и плесни моему братишки с моей бутылки.
— Со своим приходить не положено, а тем более распивать его! — недовольно бросила в ответ барменша, но стакан всё-таки дала и даже налила в него.
Взяв полный стакан с прозрачной жидкостью, по — моему предположению водки я громко выдохнув опрокинул его, поглощая содержимое одним глоткой, а дальше… Дальше был ад!! Мои глаза налились слезами, а то и кровью и готовы были в любой момент просто выкатиться из орбит, похлеще любой Шитцу, тут даже доктор не поможет, если выпадут обратно не вставит! В лёгких закончился весь воздух, и я никак не мог сделать хотя бы маленький глоток, чтобы его восполнить. Хватая воздух ртом, как рыба, выброшенная на сушу, уже мысленно примерял себе чёрный макинтош. Задыхаясь я просто начал заваливаться на бок. Людвиг подхватил меня, удерживая от свободного падения не прекращая твердя мне на ухо:
