— Марта, а вы азартный человек? — я наклонил голову, в упор глядя на нее, а она слегка заерзала под моим пристальным взглядом и ее скулы порозовели.
— Почему вы спрашиваете? — тихо спросила она.
— Потому что я хочу сделать вам неприличное предложение и рискнуть.
— И насколько ваше предложение неприличное? — она порозовела еще больше и облизнула губы. О, это было невероятно эротично, я даже слегка завелся.
— Очень неприличное, на грани фола, — наклонившись к ней поближе, я уже практически шептал ей свой план на ушко. — Как насчет того, чтобы шортануть?
— Насколько проверенная информация? — черт, я так скоро влюблюсь. Вот что значит четко и по существу.
— Буквально из первых рук. Вообще-то все о ней знают, вот только не верят в ближайшую перспективу. А я точно знаю, что она будет. Во всяком случае, главе клана Волковых недолго осталось жить. И, предположительно, всему его клану тоже. Корпорации, поддерживающие клан, может быть и устоят, но их знатно качнет.
— Я думала об этом, — Марта снова облизала губы. — Просто… вы правы, никто не верит в подобные перспективы, потому что верить в них, значит принять то, что случилось и что, скорее всего, скоро начнет происходит. Так вы мне предлагаете Волковых?
— С меня информация. Номер вашего кома на быстром наборе. Как только случится что-то, что качнет акции, я сразу же связываюсь с вами. Сколько стоит обычная ставка брокера, один процент?
— Семь, — улыбнулась она. — Слишком большие риски и неопределенность.
— Если вдруг случится неудача, то я возмещаю убытки.
— И все равно семь. И вы возмещаете убытки, — не женщина, а акула. Надеюсь, что играет она так же хорошо.
— Вам ведь придется занимать акции? — она кивнула. — Давайте уже, оформим все скорее, а то я уже изнемогаю, — она откинула голову и рассмеялась. Затем серьезно кивнула и принялась заполнять стандартный бланк на услуги брокера, где прописала то, что мы только что обсудили, если это можно было так назвать. Я внимательно изучил договор, переводя взгляд на Марту, которая напряженно следила за мной. — Знаете, я не думаю, что действовать в одиночку будет правильным шагом с вашей стороны. Вы же понимаете, что это может привлечь нежелательное внимание со стороны, если одинокий брокер начнет лезть туда, куда ему в принципе лезть не стоит.
— Я это прекрасно понимаю и именно поэтому семь процентов, с расчётом на стандартную ставку брокера в полтора.
Отметив, что эта девушка не так проста, как кажется, и то, что она до сих пор с ее буквально бульдожьей хваткой является одиночкой и не состоит ни в каком клане выглядело крайне подозрительно. Однако, кто сказал, что я не являюсь рисковым человеком? Поставив подпись, я забрал свой экземпляр и на обратной стороне записал номер ее кома.
— Продавайте, Марта, продавайте все! Но только в тот самый момент, когда получите от меня сигнал. А вот, когда покупать, вы и сами разберетесь, — и на этой пафосной ноте я покинул биржу, вовсе не думая, что я один такой умный, но надеясь, что я один такой быстрый.
Выйдя на улицу, я нашел взглядом свою машину и направился к ней. Николай встрепенулся и выскочил из-за руля, чтобы открыть дверь, коль не подогнал машину к подъезду.
— Вы все выяснили, Виталий Владимирович? — ему было абсолютно неинтересно, что я там выяснил, но это была дань традиции, вроде он был обязан спрашивать, как прошел мой день. Я же только глянул на него и кивнул.
— Да, Николай, я выяснил все, что мне было нужно. А теперь на улицу Первого изменения квадрат тринадцать, — продиктовал я адрес, который нашел на сертификате, где были перечислены реквизиты этого таинственного «Маготеха».
— Вы уверены, Виталий Владимирович, что нам нужно именно туда? — ого, а в голосе Николая прозвучало неподдельное волнение.
— А в чем дело? — я нахмурился.
— Это промышленный район, и… он давно заброшен. Власти Твери все никак не могут продать землю, чтобы кто-то снова открыл хоть какие-то новые производства на месте заглушенных, — я задумался над словами водителя. Но, с другой стороны, «Маготех» — это вполне может быть какое-нибудь производство, так что адрес вполне объясним.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Едем по этому адресу, — отрезал я, откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза.
— Как скажите, — Николай пожал плечами, как бы говоря, что снимает с себя всю ответственность, и вообще, он предупредил.
Машина мягко тронулась, а снова и снова пытался понять, чего мама пыталась добиться, скупая эти чертовы акции? Почему она делала это в тайне? И, наконец, связано это с ее гибелью, или нет?
Глянув в окно, я увидел, что мы как-то незаметно выехали из города и теперь ехали в пригороде, который являлся промышленным районом. Точнее это было несколько районов, объединенных в один с чисто номинальным делением на условные квадраты. Вот один из этих квадратов и не функционировал, причем уже довольно давно, и никто почему-то не хотел приобретать данные простаивающие площади.
— Николай, а какие именно производства были заглушены в тринадцатом квадрате? — после недолгих раздумий я решил задать вопрос Николаю.
— Там была секретная зона, пропускные пункты и все такое, — тут же ответил Николай. — По слухам, все производства квадрата включали в себя экспериментальные лаборатории, в них-то и происходили попытки объединения магии и технологий, иногда успешно, а иногда и не очень, — он поежился. — Поговаривают, что крысюки все еще встречаются в этом тринадцатом квадрате. В подвалах, конечно, потому что они как не выносили дневного света, так и не выносят, но факт остается фактом. Поэтому-то покупатели и не находятся. Может быть, все-таки повернем домой? Уже вечереет, а кто знает, вдруг что-то из этих страшилок правда?
Я слышал про крысюков. Они появились из обычных крыс, на которых испытывали различные придумки вроде того же шлема с нейросетью, сочетающие в себе как различные виды дара, так и высокие технологии. В итоге твари получились практически неуязвимые, быстрые и смертоносные. К счастью, они не размножались, к несчастью, смерть от старости им не грозила. Я поежился. Может, правда в другой раз съездить? А с другой стороны, когда этот другой раз настанет, если уже завтра пойдут траурные церемонии, после которых мне нужно будет возвращаться в школу? Ладно, только взглянем, есть ли там обитаемое с виду здание, а визит отложим на потом, — принял я решение и тут же озвучил его Николаю, который только кивнул и прибавил газу.
Подъехав к условной границе квадратов, мы с удивлением обнаружили, что проезд нам перегораживает шлагбаум, и вообще, как раз-таки наполовину магический, наполовину технологический пропускной пункт исправно работал. В груди шевельнулось неприятное предчувствие, и когда Николай открыл дверь, чтобы выйти из машины и попробовать разобраться, я крикнул.
— Не открывай! Домой быстро! — вот только все мои слова потонули в самой настоящей пулеметной очереди. Наполовину вылезшего Николая забросило обратно в машину, а я максимум, что сумел сделать, это сползти на пол, сжавшись там в компактный клубочек.
Вечер явно перестал быть томным. Пулемет замолчал. Я, подождав еще немного, приоткрыл дверь и выполз наружу, сразу же спрятавшись за машиной. Теперь нужно было открыть переднюю пассажирскую дверь и как можно быстрее проверить, машина все еще на ходу или уже все? И если на ходу, то валить отсюда со всей возможной скоростью!
Глава 4
— Извини, приятель, — я вытолкнул тело Николая наружу, предварительно вытащив из кобуры штатный пистолет и запасную обойму, и закрыл дверь. Все это я проделал, практически распластавшись на сиденье. Рука протянулась к замку зажигания, повернула ключ и… стартер сделал пару оборотов и сдох, похоже окончательно. Черт! Что же делать? Отползать назад, становясь отличной мишенью, или попробовать пробиться вперед под прикрытием машины?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Стрельба по какой-то причине не возобновлялась, и это давало слабую надежду на то, что у стрелка кончились патроны.
