в нос. Резко, так что вышло даже с хрустом. Ладонь неприятно увлажнилась кровью. Мой противник, заревел и со всей необъятной дури врезал ногой в дверь «Арчера», делая глубокую вмятину. Целил он, конечно, в меня, но я успел отскочить на полшага назад, одновременно контролируя взглядом франта. Пока Биток не успел наделать еще беды, я с предельной простотой и средней силой сунул ему ногой в пах. Зная, что в ближайшие полминуты он не боец, повернулся к франту. Тот, после секундного замешательства, бросился ко мне, атакуя справа.
— Элиз! Не подходи! — крикнул я англичанке и тут же провел смачный «Наро крут панти жело», что в переводе с лемурийского означает «удар с разворота ногой в живот».
Франт крякнул и осел, выпучив глаза так, что я побоялся не выпадут ли его глазные яблоки. Народ собирался полукругом у края стоянки. Со стороны входа в башню бежал охранник и еще какие-то люди. За ними важно, но быстро следовало двое полицейских.
— Элиз! — крикнул я, завидев ее фигуру, мелькнувшую слева от меня.
В этот момент раздался чей-то вскрик. Я не сразу понял, что это вскрик Битка. Подскочил к нему и стоявшей рядом миссис Барнс.
— Алекс, у него острбой! — сверкая взглядом, сказала Элизабет. И будто извиняясь добавила: — Мог выстрелить.
В следующий миг я понял, отчего заорал Биток: его правую руку кто-то пригвоздил к колесу «Арчера» кинжалом. Надо заметить, великолепным кинжалом, с инкрустированной золотом и самоцветами рукоятью. И я его, конечно, видел у миссис Барнс среди вещиц позаимствованных у виконта Уоллеса.
— Элиз… — укоризненно сказал я, глядя, как Биток корчится от боли, пыхтя и хватая ртом воздух. По его руке обильно текла кровь.
— Он же мог в тебя выстрелить. Демон сказал так сделать, — оправдалась баронесса.
Короткий, во многом забавный бой был окончен. Не только потому, что оба моих противника лежали на земле и больше не требовали освободить им проезд, но еще потому, что справа и слева от меня появилось по полицейскому.
— Старший урядник Куницин! — представился тот, что был ростом повыше. Глядел он на меня строго, даже сурово. — Ваших рук все это дело? — он указал на пригвозженного кинжалом здоровяка, потом кивнул на франта, пытавшегося встать.
— Дело большей частью моих ног, — сказал я и полез во внутренний карман за дворянским жетоном. — Эти, так сказать, господа пытались меня избить. Сами же видите, силы здесь явно не равны. Они вдвоем, хотя этого, — я бросил взгляд на Битка, — вообще можно считать за троих. Пришлось защищаться, защищаться, господа полицейские. Едва выжил в неравном бою, — я сунул под нос старшему уряднику свой жетон. — Граф Елецкий Алесандр Петрович.
— О, граф Елецкий! Наслышаны, наслышаны! О вас по всей столицы легенды гуляют! — воскликнул второй полицейский и заулыбался.
Среди собравшихся — а подошло народа немало — прокатился ропот. Да, я становлюсь популярным, вопреки желанию быть в тени.
— Но протокольчик, ваше сиятельство, мы составим. Извините — так положено, — с некоторым сожалением сообщил старший урядник.
— Кто ж против — это ваша работа, — чуть оттеснив Элизабет, я ввязался за рукоять кинжала и резко потянул ее.
Оружие выдернул сразу, и сразу же раздался вскрик Битка, сменившийся матами и шипением спускающего колеса.
— Это мы возьмем как… — начал было урядник, протянув руку к кинжалу.
— Нет! — прервал я его. — Этот кинжал стоит больше, чем весь ваш полицейский участок. И я не слишком понимаю, как он вообще угодил в колесо. Ты хоть понимаешь⁈ — я пнул скорчившегося Битка.
— Нет, — прохрипел тот.
— Эй, барон, претензии имеешь? — я повернулся к франту в темно-бордовом сюртуке.
— Никак нет, ваше сиятельство! — он даже попытался вытянуться, хотя еще держался за живот.
— Молодец, — я похлопал его по щеке и повернувшись к старшему уряднику, сказал: — Вот это и запишите в протоколе: никто претензий не имеет, кинжал высокой ценности проткнул руку по неустановленным причинам.
После чего я взял Элизабет и направился к «Гепарду».
— Алекс, я сделала что-то неправильно? — встревоженно спросила миссис Барнс.
— Нет, все хорошо, Элиз, — прежде чем открыть дверь эрмимобиля, я обнял баронессу и поцеловал. — Все просто замечательно. С этим ножичком только поаккуратнее, — я вернул ее драгоценный кинжал, не совсем понимая, как она умудрилась так ловко и быстро пригвоздить руку того борова к колесу. Это же надо еще было попасть точно и в быстром движении! Неужели «демон» в ментальном теле Элиз помогает не только подсказками, но и влияет на ее физическое тело? Теоретически такое может быть: ровно так, как «демон» помогает найти ей оптимальное решение, точно так же он может задавать оптимальное движение для рук, ног и всего тела, нацеливая его на нужный результат. Попросту управлять самой Элиз, когда в этом есть у нее потребность.
Поскольку генератор я не выключал, мы сразу тронулись и поехали к сыскному агентству, до которого здесь было чуть более пяти минут езды.
— Алекс, посмотри, это хороший остробой? — Элизабет вытащила из кармана куртки поблескивающую сталью штуковину.
— Ты у этого с пробитой рукой что ли стянула? — рассмеялся я. — Элиз, это уже клептомания. Сначала виконт Уоллес, потом этот, как его, которого ты кирпичом, и вот новая жертва.
— Алекс, но я же не украла. Я отобрала. Это моя добыча! — не согласилась баронесса.
— В общем-то да. Твой трофей, — я повел «Гепард» левой рукой, правую положил на бедро англичанки. — А хороший или нет, не знаю. Спросим у Геннадия Степановича — он специалист в такого рода оружии.
— Хочешь меня? — томно произнесла она и прикрыла глаза.
— Да, — признался я, сворачивая с набережной Яузы. — Но нас ждет Торопов.
— Тогда после того, как меня убьют. Да? — Элиз придвинулась ко мне, и ее ладошка проверила напряжение в моих джанах.
— Да, но на ночь не останусь, — предупредил я, помня наставления своей невесты. И некогда мне было сегодня расслабляться так, чтобы с ночлегом — дома ждал свиток Уоллеса.
На площадке возле сыскного агентства, как всегда, не имелось свободных мест. Я припарковался напротив метрах в пятидесяти и повел Элиз знакомить с ее будущим «убийцей» и теми, кто задокументирует «трагическую кончину» английской баронессы
