Читаем без скачивания Слепая ярость - Фред Саберхаген

Интересно, леди, как бы вы отнеслись к тому, что я собираюсь вырвать Нифти Гифту кишки той самой конечностью, которой лишился из-за его предательства?

Отвечая на вопрос Йори, Траск попытался описать мир, в котором жила его семья. Даже самые истовые члены клана признавали, что в особых ситуациях — например, в условиях военного положения — допустимо пользоваться любым видом оружия. Кодекс был достаточно гибок и допускал это. В случае крайней необходимости можно было пользоваться и нетрадиционными средствами, лишь бы наказать предателя. Хуже всего было бы, если бы измена осталась неотомщенной.

Журналистский зуд подмывал Йори спросить, участвовал ли Траскелук сам в таких делах. Но выражение лица молодого человека говорило, что ответ может ей не понравиться, и женщина предпочла сменить тему.

Траскелук и Йори добрались до дома Нэша около полудня, через несколько часов после их первого разговора по телефону.

Идя к парадному по плавно изгибавшейся дорожке, они слышали звук струящейся воды. Очевидно, за домом скрывался не совсем обычный бассейн.

Дом почувствовал приближение гостей, и на пороге появился дворецкий. Всего лишь машина. Точнее, две машины, потому что в прихожей работал голографический экран, показывавший программу «Новостей».

— Меня прислал мистер Нэш, — сообщила Йори.

Последовала заметная пауза, после которой прозвучало:

— Да, мадам.

Забавно, подумал Траскелук. Чем более замысловаты эти машины, тем менее надежно они работают.

В правой руке железного дворецкого красовался поднос. Робот держал его на уровне плеча, словно собираясь разносить напитки. Но в данный момент поднос был пуст и держать его в идеальной горизонтальной плоскости вовсе не требовалось. Траск предположил, что в программе робота хождение с подносом занимает чрезвычайно высокое место.

Да, но зачем роботу смотреть «Новости»?

Объяснение было одно: наверно, кто-то поручил ему выуживать из «Новостей» упоминания о некой личности или явлении. Но куда проще было позвонить в программу «Новостей» самому, где бы ты ни находился.

Но эта загадка могла подождать.

По какому-то наитию Траскелук воспользовался возможностью и спросил робота, не было ли здесь человека по имени Себастьян Гифт.

Беримор степенно возразил, что программа не позволяет ему записывать личные беседы без специальных указаний. Поэтому он не регистрировал имена людей, которые бывали здесь раньше.

— А внешность этих людей описать ты можешь?

— Прошу прощения, сэр, но в отсутствие хозяина это невозможно. Требуется его разрешение.

Однако все же роботу пришлось признать, что три человека, один из которых мог быть Нифти Гифтом, в самом деле уехали из этого дома не то несколько дней, не то несколько часов назад. Однако попытка выяснить, собирался ли Гифт вернуться и когда он хотел это сделать, оказалась тщетной.

— Итак, — резюмировала Йори, — когда бы ни состоялся отъезд, из дома уехали три человека. Четвертый остался. — Поскольку это был не вопрос, ответа на него не последовало. — И где же этот человек, который остался?

Казалось, робот раздумывает над ответом.

Тут вмешался Траскелук.

— Я надеюсь, себя ты не считаешь человеком?

Ответ на это был быстрым и решительным.

— Нет, не считаю.

Настала очередь Йори.

— Тогда где же он или она? Есть кто-нибудь здесь или нет?

— Здесь есть вы, мэм. И вы, сэр. Других нет.

Два человека обменялись взглядами и отступились.

Глава 26

Дворецкий отошел в сторону и жестом пригласил посетителей войти. Ничего себе… Домашний робот, одетый как человек. Траск, у которого в последнее время развилось особое отношение к машинам, недовольно крякнул. По его мнению, одевать машину как какую-то чертову куклу было уже чересчур. Правда, робот имел форму андроида и ходил на двух ногах, словно соларианец. Беримор был немного выше среднего роста, и его темные линзы смотрели на Траскелука сверху вниз. Лицо было из гнутого металла нейтрального цвета. Его черты были неподвижны, за исключением глаз. Прямой нос, слегка улыбающиеся губы, которые не раскрывались при звуках хорошо поставленного голоса.

Пригласив гостей войти и убедившись, что дверь закрыта, он повернулся и пошел по широкому солнечному коридору. Пара двинулась следом, не зная, собираются их представить какому-то человеческому существу или нет. Глядя сзади, было легко попасть впросак и решить, что существо в ливрее — мужчина.

Мешало этому одно: отсутствие волос. Верхняя часть головы робота была плавно изогнута и выкрашена в темно-коричневый цвет, создавая впечатление волос средней длины, тщательно зачесанных назад.

Но самым замечательным во внешности этого почти человека при виде сзади был загадочный плакат, написанный от руки:

«МЕНЯ ЗОВУТ БЕРИМОР».

Траскелук вытаращил глаза. Беримор?

Йори на мгновение нахмурилась, пытаясь что-то вспомнить, а затем, заинтригованная не меньше Траскелука, окликнула робота:

— Подожди минутку. Разве твое имя пишется не «Бэрримор»? Через «э» и два «р»? Кажется, я припоминаю, что именно так звали дворецкого из одного знаменитого романа.

Одновременно журналистка пыталась вспомнить, не говорил ли босс, что у него есть робот-дворецкий.

Высокая фигура обернулась, когда ее окликнули, и молча застыла на месте. Йори пришлось повторить вопрос.

Наконец робот медовым голосом ответил:

— Мадам, это имя дал мне хозяин, когда в последний раз был здесь… несколько дней назад. Я не участвовал в выборе. Угодно ли вам что-нибудь еще?

Тут Йори стало ясно, что не то дворецкий, не то сам дом испытывает какие-то программные трудности. Нэш говорил ей, что иногда ему не передавали почту. Обменявшись взглядами с Траскелуком, женщина подошла к машине и повторила вопрос, который задавала раньше.

— Здесь есть люди? Кроме этого джентльмена и меня? — Она говорила медленно и отчетливо, как с ребенком.

— В данный момент нет, мадам. — С этими словами Беримор отвернулся, сделав вид, что готов заняться какими-то домашними делами.

Йори пожала плечами, снова посмотрела на Траскелука и сказала:

— Ну ладно. Может быть, подождете здесь или в соседней комнате? Кажется, там библиотека. Я не хочу сообщать боссу, что привела незнакомца в его святая святых. Я только заберу то, за чем он меня послал, и через минуту вернусь.

Траскелук кивнул. Надо было чем-то заняться. Он неторопливо вошел в соседнюю комнату, слыша за спиной энергичные шаги Йори. Этот дом и в самом деле был прелюбопытным местом. Время от времени он бросал взгляд на смежные комнаты. Дворецкий держался в тени. Робот стирал пыль и переставлял вещи с места на место, но складывалось впечатление, что он не спускает с гостя глаз. Что ж, это было вполне естественное поведение помощника человека, когда в доме находится незнакомец.

Йори без труда нашла нужное помещение. Нэш назвал эту комнату его святилищем; врученный ей ключ прекрасно подошел к замку. Комната была солнечная, обставленная удобной мебелью. Тут имелись узкая кровать, в данный момент аккуратно застеленная, столы, стулья и три голографических экрана. Два из них были явно предназначены для технической работы вроде компьютерной графики. У стены стояли маленькая плита, предназначенная для готовки вручную, буфет, раковина и холодильник, примерно вдвое меньше обычной модели для кухни. Все было в образцовом порядке… за исключением одной-двух маленьких странностей. Во-первых, на плоской поверхности маленькой плиты были аккуратно сложены решетчатые полки, очевидно, вынутые из холодильника. Едва ли плита была для них подходящим местом. Кроме того, в воздухе стоял резкий, неприятный запах, словно холодильник сломался и что-то внутри него начало портиться.

Желая сделать полезное дело, Йори потянулась к ручке холодильника и открыла его. Вонь тут же усилилась, но Йори этого и не заметила.

Эта женщина — вернее, то, что от нее осталось — была мертва уже несколько дней.

Какой домашний робот мог скрыть присутствие в доме насильственно умерщвленного человека? Лишь безнадежно испорченный. Если только…

Даже при вынутых полках тело женщины, одетой в простое коричневое платье, было слишком велико для холодильника. Похоже, пришлось переломать ей все кости, чтобы запихнуть в столь ограниченное пространство. Руки и ноги были вывернуты самым неестественным образом. Испуганные карие глаза бессмысленно уставились в поясницу Йори. При жизни она была молода и довольно привлекательна. Но сейчас…

Йори попятилась. Она еле слышно постанывала, словно готовясь издать леденящий душу вопль, но затем справилась с собой и молча закрыла дверцу. Затем она зажала нос и отвернулась от холодильника.