Наука и искусство были представлены депутациями от Академии наук и художеств, Санкт-Петербургского университета и прочих учебных заведений. В похоронах императриц XIX в. принимали участие делегации от ведомства императрицы Марии Федоровны, созданного супругой Павла I и традиционно находившегося под покровительством первой дамы государства. С середины XIX в. в группу богоугодных заведений входили делегации от общества Красного Креста. Представлен был и созданный при Павле I Департамент уделов.
Открытие благотворительных и учебных учреждений, приращение территорий, расширение родственных связей, усиление позиций страны на мировой арене – все находило отражение в траурной процессии через зримые образы и участников траурного действа: депутации, гербы, знамена, короны, ордена и пр.
Неизменным оставался принцип построения процессии: от менее важных участников по возрастающей линии значимости до духовенства и государственных регалий, предваряющих колесницу с телом монарха, за которой следовал император, представители семьи, родственники, окружение по нисходящей степени приближенности. На весь путь требовалось не менее двух с половиной часов, иногда и более.
Похороны императора Александра III. Почетный караул у Петропавловского собора. 1894 г. Журнальная иллюстрация
По прибытии колесницы к паперти Петропавловского собора лица, имевшие право на присутствие в соборе, занимали назначенные им места. Остальные отсылались, сдав казенные епанчи и шляпы.[607] Печальное шествие растягивалось, поэтому во второй половине XIX в. организаторы действа могли пойти на то, чтобы не все участники процессии входили на территорию Петропавловской крепости. Например, в 1894 г. с приближением Печального шествия к Петропавловской крепости первые десять отделений не должны были даже сворачивать на Ново-Кронверкский мост, а, повернув на Троицкую площадь и пройдя через нее мимо церкви Св. Троицы и провиантских магазинов, проследовать к домику Петра I, сдать знамена, гербы и маршальские жезлы назначенным для приема лицам, а затем разойтись.[608]
В соборе регалии устанавливали на табуреты, а гроб тем же порядком, как в Траурной зале, относили на приготовленный катафалк под балдахином. Начиналась панихида, по окончании которой новый монарх, императорская семья, родственники, приближенные, свита и дипломатический корпус отбывали из собора. Около церкви, балдахина и гроба выставлялись дежурные из генерал-адъютантов, генерал-майоров, флигель-адъютантов, особ 2-го, 3-го и 4-го классов, камергеров, камер-юнкеров, камер-пажей, пажей штаб– и обер-офицеров лейб-гвардии, гренадеров Дворцовой роты, подпрапорщиков и воспитанников военно-учебных заведений.[609]
Петропавловский собор во время похорон императора Александра II. Гравюра XIX в.
После перевезения тела монарха Петропавловский собор обычно несколько дней был открыт для желающих проститься с усопшим, и собственно погребение откладывалось на некоторое время. Так, императрица Анна Иоанновна была перенесена в Петропавловский собор 23 декабря 1740 г., а похоронена 15 января 1741 г.[610] Императрицу Елизавету Петровну доставили в Петропавловский собор 5 февраля 1762 г. и отпели, гроб с отпетым телом находился в соборе 22 дня после отпевания и был предан земле 27 февраля 1762 г.[611] Бренные останки императрицы Екатерины II и Петра III были доставлены в Петропавловскую крепость и отпеты 5 декабря 1796 г., преданы земле 18 февраля.[612] Император Николай I был перевезен 27 февраля, похоронен 5 марта 1855 г.[613] Императрица Мария Александровна перенесена 26 мая, похоронена 28 мая 1880 г.[614] Императора Александра II перевозили в Петропавловскую крепость 7 марта 1881 г.[615] с соблюдением всех возможных мер предосторожности в связи с разгулом терроризма, хоронили 15 марта, но даже в этом случае допуск желающим проститься не запрещался.
Если император умирал далеко от столицы, как это было, например, в 1825 г., принцип построения церемониала не менялся, но в него могли быть внесены некоторые корректировки. Так, 6 марта 1826 г. не в Петропавловский, а в Казанский собор на Невском проспекте прибыл Печальный кортеж Александра I из Чесменской церкви (там гроб был открыт последний раз, семья имела возможность проститься с покойным, и гроб был запаян). Горожане были извещены за два дня до события через столичные газеты и герольдов. В Казанском соборе доступ к гробу был открыт целую неделю с восьми часов утра до семи вечера для всех желающих проститься с императором.
Где бы ни было выставлено тело государя, к нему всегда был открыт допуск желающих для последнего поклонения. Обычно это делалось по специальному графику. Так, во время похорон Николая I с четырех часов ночи до восьми часов утра в собор впускались войска, с восьми утра до двенадцати дня – учебные заведения, с двенадцати до двух доступ был закрыт, так как шла панихида в присутствии императорской фамилии. С двух до четырех часов дня в собор пускались лица первых шести классов по именным билетам Печальной комиссии, с четырех до семи вечера – люди разного звания. Затем в течение двух часов шла панихида в присутствии императорской фамилии, впуска не было. С девяти вечера до двух часов ночи впускались лица разного звания. С двух до четырех часов ночи собор был закрыт.[616]
Допуск в собор проводился во второй половине XIX в. по специальным пригласительным билетам, но даже они не могли гарантировать проход к телу монарха. Так, в 1881 г. собор испытывал большой наплыв желающих участвовать в прощании с телом императора Александра II. Многие с билетами прибывали по льду к Невским воротам, но, отстояв три часа, отправились обратно, потому что не смогли пробиться. Пешеходы выходили в два часа ночи и возвращались в десять утра.
Петропавловский собор во время похорон императора Александра III. Вид от алтаря. Худ. Н. Иванов
Погребение
О дне погребения усопшего монарха жителям Санкт-Петербурга сообщали герольды. В день погребения по сигналу, которым служили три выстрела пушек Петропавловской крепости, в Петропавловский собор собирались члены императорской семьи, духовник покойного, придворное и высшее духовенство, приглашенные лица и дипломатический корпус.
Печальный кортеж встречал на паперти митрополит Санкт-Петербургский и члены Синода с крестом и святой водой, все вставали на приготовленные места. Духовенство входило в алтарь и там ожидало окончания литургии, начатой до приезда высоких участников действа. Весь храм был великолепно освещен. По совершении литургии члены Синода выходили из алтаря с назначенным духовенством, и начиналось отпевание по церковному чиноположению. После отпевания отдавалось последнее поклонение, последним подходил новый император. При погребении Александра III восемь генерал-майоров свиты снимали с гроба покров и относили его в алтарь, восемь генерал-адъютантов приносили крышку гроба.[617]
К. Брож. Похороны Александра III в Петропавловском соборе. 1894 г.
Император укладывал в гроб порфиру, после чего прикрепляли крышку, поднимали гроб и вслед за митрополитом несли его к могиле. До середины XIX в. обычно это делали ближайшие генералы, впоследствии в основном великие князья. Так, на похоронах Александра III гроб поднимали Николай II, иностранные августейшие особы и принцы, члены императорской фамилии, министр Императорского двора, генерал-адъютанты и первые чины двора. Тогда совершалась последняя малая лития и при возглашении «Вечная память» гроб опускали в ковчег. Верховный маршал подавал императорской фамилии на блюде песок с лопаточкой для посыпания. Блюдо брали из собора, если не было лопаточки, то ее заказывали. Лопаточка была медной, посеребренной, с черной ручкой.[618] Императорский ковчег запирал один из членов комиссии. Так, в день похорон Александра I ковчег запирал сам император Николай Павлович. В этот момент из крепостных пушек производился траурный салют, причем количество выстрелов не было постоянным. При похоронах Александра III, например, каждое орудие производило по шести выстрелов. Как символ окончания ритуала погребения на флагштоке Нарышкина бастиона Петропавловской крепости после салюта поднимался вместо траурного черного обыкновенный вседневный флаг военно-морской крепости – кейзер-флаг. «Сим заключалось отдание последнего долга незабвенному и вечные славной памяти достойному великому государю всероссийскому императору…»[619] После этого все разъезжались, ключи от ковчега отдавались сначала причту собора, но после того как Николай I установил, что ключи терялись, их стали передавать на хранение людям военным – коменданту крепости.[620] В тот же час начинали заделывать могильный свод. Последнее дежурство продолжалось до заделывания могилы.
