Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Фиар молча схватила его за руку, потащила наверх. Воин не сопротивлялся, но был не в силах отвести взгляда от того, что происходило с преследователем. Конь и всадник замерли, яростно полыхая; чёрный дым поднимался над ними и клочьями уносился прочь, рассеиваясь и пропадая. И вдруг с треском — словно прогоревшие насквозь поленья — оба рассыпались дождём оранжевых искр и упали наземь, обратившись в рдеющую кучку угольев.

— Много ещё у тебя таких… вещиц? — спросил Ривллим, не оборачиваясь. Он не сомневался, что произошедшее — дело рук Фиар.

— Порядочно, — отозвалась та с сомнением в голосе. — Надеюсь, на этот раз хватит.

«На этот раз!»

— Что дальше, сайир? — спросила девушка, тревожно оглядываясь. Лес по — прежнему молча шумел на ветру; обитатели его не подавали признаков жизни.

— Пусть подойдут поближе, — указал рукой воин. Нежить двигалась по лесному «коридору». Под своды леса не входила. То — то же, подумал Ривллим с мстительным удовлетворением. Кто бы вы ни были, не настолько уж вы сильны. С другой стороны, растеряйся Фиар, не метни припасённый ею «жидкий огонь» — всё могло бы быть по — другому. Пожалуй, не стоит отчитывать её за то, что подбирает, словно сорока, всё, что плохо лежит.

Покойники остановились у подножия холма.

Подняли к преследуемым то, что было некогда лицами.

— Дай — ка мне парочку, — потребовал Ривллим. — Заодно покажи, как с ними обращаются.

— Обращайся осторожно, — велела Фиар, протягивая две грушевидные склянки. Пробки были притёрты и оклеены тёмно — оранжевой лентой. — Смотри: чуть отрываешь эту ленту и, как только она засветится или покраснеет, кидай. Времени у тебя не более…

— Сайир, — послышался хриплый свистящий голос. Фиар едва не выронила склянку, а Ривллим споткнулся на ровном месте. Голос не принадлежал человеку. И вообще живому существу.

— Сайир, — повторил жуткий голос, от которого возникали видения пепелищ и множества трупов, вывешенных у дорог на радость стервятникам. — Спустись к нам, сайир.

Ривллим молча взял у побледневшей Фиар склянку и решительно направился вниз.

— Куда ты?! — Фиар загородила дорогу. Лицо её стало двумя огромными глазами. — Тебя же убьют, сайир! Сейчас мы их отгоним, не сходи с ума!

— Я не настолько глуп, — очень трудно было оторвать от себя вцепившуюся девушку. Да ещё настолько сильную. Да ещё сжимая в руке пузырёк с притаившимся внутри огненным погребением. Хватка понемногу ослабла. — Готовься прикрывать отступление.

Длинное мгновение спустя Фиар еле уловимо кивнула и отошла в сторону. Ривллим спустился на расстояние, откуда никто из покойников не смог бы достать его копьём или мечом и замер. Тёмная масса нежити стояла не шевелясь. У воина в голове мелькнуло, что всё это очень походит на торжественную встречу. Тут ветер толкнул его в лицо и Ривллим едва не задохнулся.

Движение в массе мертвецов.

Из толпы выбрался… конь. Тот самый, который так неудачно сломал в тот день ногу.

— Сайир, — голос, оказывается, принадлежал коню. Ривллим ощутил, как напряглась Фиар, стоявшая рядом. — Сопротивляться бессмысленно, сайир. В следующий раз нас будет больше.

В глазницах коня что — то отвратительно шевелилось. Губы коня растянулись в подражание улыбке.

— Сдавайся, сайир, — повторил конь и масса нежити шевельнулась. — Отдай меч.

— Я знаю, кто говорит со мной, — ответил Ривллим, стараясь говорить твёрдо. — Я не младенец, Тёмная. Придумай что — нибудь пострашнее. — Оторвал краешек оранжевой ленты. Та тут же нагрелась, начала разгораться слабым вишнёвым светом. — На, держи!

Он метнул зашипевшую склянку в ухмыляющегося коня. Тот даже не попытался увернуться. Тут же Фиар бросилась на воина, сбивая его с ног и, не поднимаясь, метнула в гущу противника ещё один снаряд. Ривллим, успел услышать, как что — то глухо вонзилось в землю рядом с ними и увидеть, на фоне ярко — оранжевой вспышки, силуэты двух всадников, державших в руках арбалеты. Вот проклятье, про арбалеты я и забыл. Недоумок, обругал себя воин, прыгая вслед за Фиар через небольшой бугорок и спасаясь от нового залпа. Фиар метнула ещё два снаряда и вот уже добрая половина нежити стояла, обратившись в факелы, оглашая воздух невыразимо неприятным скрежещущим хохотом.

— И этот человек хотел меня выпороть, — услышал он горячий шёпот. — Ты что, думал, что с тобой действительно ведут переговоры?

— Ты права, хелауа, — шепнул воин в ответ.

— Я рада, что… о, чтоб тебя! — Фиар едва успела пригнуться. Уже две трети вновь восставшего отряда пылало, обращаясь в пепел. Странно Тёмная распоряжается своим войском. Что ей, совсем их не жалко? Разумеется, не жалко, ответил Ривллиму холодный голос изнутри. О какой жалости может идти речь, если их силой заставили вернуться к подобию жизни? Так что же это, милость с её стороны? — подумал воин ошарашенно. Да, видимо, милость. Очень своеобразная, конечно.

— Сайир! — Фиар вскочила на ноги, и воин последовал её примеру. — Они отступают!

Действительно, четверо пеших покойников быстрым шагом отступали назад, к поляне, на которой некогда были повержены.

«В следующий раз нас будет больше», вспомнил Ривллим.

— Нельзя дать им уйти, — крикнул он, и Фиар кивнула. Торопливо спускаясь с холма, прижимаясь к деревьям, чтобы спастись от непереносимого жара, путешественники кинулись следом. Да только покойники двигались не менее проворно. В сказках всё проще, подумал Ривллим и метнул очередной снаряд. Попал. Покойник остановился, оглянулся и… раскинув объятия, побежал навстречу Ривллиму, оставляя за собой огненную тропу.

— Держись, сайир, — крикнула девушка и метнула свою склянку. Снова в цель. Двое самых дальних тем временем были уже шагах в ста от поляны. Двое остальных с упорством обречённых пытались настигнуть своих губителей, слиться с ними, превратиться в единый костёр. Кто бы ими ни управлял, тупостью он не отличался. Ривллим маневрировал, стараясь держаться поближе к деревьям. Один раз покойник едва не ударил его по лицу рукой. Капельки огня упали на куртку, прожигая её. Вот же пакость, подумал Ривллим, уворачиваясь. Пропала куртка. Думал, сносу ей не будет.

Оставшиеся двое благополучно добрались до поляны и побежали по ней, погружаясь в глубины земли, по которой во всем стороны разбегались волны. Двое остальных рухнули грудой горящих костей. Фиар подбежала к воину, схватила его за руку. Он осознал, что девушка дрожит мелкой дрожью. Мигом позже понял, что и сам дрожит.